Голый завтрак - Страница 40

нечем заняться, и всю свою зарплату он откладывает на хорошую одежду, и переодевается по три раза на дню перед громадным увеличивающим зеркалом. У него латинское смазливо-гладкое лицо с тоненькими усиками, словно прочерченными карандашиком, маленькие черные глазки, пустые и жадные, не видящие снов насекомые глаза.

Когда я добираюсь до границы, Охранник выскакивает из своей каситы, на шее у него болтается зеркало в деревянной рамке. Он пытается сдернуть его с шеи…. Такого никогда раньше не было, чтобы кто-то добрался до границы. Охранник повредил себе гортань, пытаясь снять зеркальную рамку…. Он потерял голос…. Он открывает рот, видно, как внутри у него скачет язык. Гладкое тупое юношеское лицо и раскрытый рот с прыгающим внутри языком невероятно отвратительны. Охранник тянет руку. Все тело его сотрясается в конвульсиях неприятия. Я подхожу и отмыкаю цепь, перегораживающую дорогу. Она падает с лязгом металла о камень. Я прохожу. Охранник остается стоять в тумане, глядя мне вслед. Затем снова запирает цепь, возвращается в каситу и принимается выщипывать себе усики.

Только что принесли так называемый завтрак…. Яйцо вкрутую с очищенной скорлупой являет собой предмет, подобного которому я ни разу в жизни не видел…. Очень маленькое яичко желтовато-бурого цвета…. Возможно, снесено утконосом. Апельсин содержал только громадного червяка и довольно мало всего остального…. Вот уж в самом деле, кто смел, тот и съел…. В Египте есть червяк, проникающий вам в почки и вырастающий там до невообразимых размеров. В конечном итоге, почка становится лишь тонкой скорлупкой вокруг червя. Небрезгливые гурманы ценят плоть Червя превыше всех прочих деликатесов. Говорят, она невыразимо вкусна…. Коронер Интерзоны, известный по кличке Ахмед-Вскрытие, сколотил себе состояние, подпольно торгуя Червем.

Напротив моего окна – французская школа, и я врубаюсь в мальчишек через свой восьмикратный полевой бинокль…. Так близко, что я мог бы протянуть руку и дотронуться до них…. На них шортики…. Я вижу гусиную кожу у них на ногах холодным Весенним утром…. Я проецирую себя сквозь бинокль, через дорогу, призрак в утреннем солнечном свете, раздираемый бестелесной похотью.

Я вообще когда-нибудь вам рассказывал про тот раз, когда мы с Марвом заплатили двум арабским пацанятам шестьдесят центов, чтобы посмотреть, как они отдрючат друг друга? Тогда я говорю Марву, "Как ты думаешь, они это сделают?"

А тот отвечает, "Думаю, да. Они проголодались."

А я говорю, "Вот такими они мне и нравятся."

Я как бы начинаю от этого себя чувствовать грязным стариком, но, "Son cosas de la vida," как сказал Трезвяга де ла Флор, когда легавые прикопались к нему за то, что он ухайдокал эту пизду, а труп завез в Бар-О-Мотель и выеб его….

"Она сама сильно допросилась," говорит он…. "Терпеть не могу этих воплей." (Трезвяга де ла Флор был мексиканским уголовным зэком с несколькими довольно бессмысленными убийствами на счету.)

УборнаяОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com