Германская военная разведка. Шпионаж, диверсии, контрразведка. 1935-1944 - Страница 10

В связи с высадкой союзников в Северной Африке в начале ноября 1942 года, возможно, представляет интерес тот факт, что среди общей массы сходных сообщений разведывательное отделение в Гамбурге получило еще в начале октября вполне точное сообщение о неминуемой высадке союзников в Северной Африке. В последнюю неделю октября пришло следующее категоричное сообщение, что высадка произойдет в ближайшем будущем, что участвующие в ней союзные силы разработали крупнейшую десантную операцию всех времен, что транспортные суда уже близко от побережья Западной Африки под сильным эскортом военных кораблей и что цель операции – это серия десантов в различных точках между Касабланкой и Ораном. Сообщение было незамедлительно переправлено в Берлин, но, поскольку источник не был сочтен Верховным командованием испытанным и заслуживающим полного доверия, информация была принята за ненадежную. В этой связи на ум приходит старое высказывание Клаузевица о разведке: «Самой трудной задачей для военачальника является выбрать из поступающей к нему массы сообщений о противнике верные».

В середине июля 1944 года, примерно четыре недели спустя после высадки в Нормандии, мое разведотделение получило сообщение о дальнейших оперативных планах и намерениях противника от агента, который зарекомендовал себя как источник высшей надежности. После освобождения полуострова Котантен, говорилось в сообщении, британцы и американцы планировали не наносить прямой удар в направлении Парижа, но наступать в южном направлении на Рейн и оттуда по широкой дуге двигаться к Парижу с юго-запада. Сообщение было сразу отправлено в центральный аппарат абвера, который, в свою очередь, незамедлительно переправил его в соответствующее подразделение Генштаба. Несколько дней спустя мне позвонил офицер Генштаба, занимавшийся данным сообщением. Он сказал, что, поскольку в сообщении не указано количество дивизий, задействованных в операции, сообщение не представляет ценности. На это я возразил, что считаю задачей отдела абвера получать первичную информацию об оперативных планах противника, а идентификация планируемых к применению частей и соединений, по моему мнению, вменяется в обязанность офицерам разведотделов штаба в соответствующем районе боевых действий. Вскоре после этой стычки произошел прорыв при Авранше и план союзников развивался в точном соответствии с информацией, ранее полученной от нашего агента.

Необходимым условием функционирования разведывательной службы в Европе, конечно, является организация соответствующих каналов связи. Кроме использования обычных почтовых, телеграфных и телефонных услуг существуют еще секретные каналы связи, которые должны выстраиваться «по кирпичику» годами.

Я не предлагаю тратить здесь время на тайнопись (проявляющиеся чернила) и подобные примитивные методы. Расстояния, через которые должна передаваться информация этими секретными каналами, обычно велики, и военной разведывательной службе поэтому за некоторое время перед началом войны было рекомендовано обратить настоятельное внимание на передачу сообщений по радио; и в этом также изобретательский гений, вкупе с техническим опытом разведки, сыграл, конечно, решающую роль. В разведшколах обучению радиосвязи придавалось такое же значение, как и обучению основным методам добывания военной информации. Абвер придавал особое значение и подготовке первоклассных радистов, и созданию и модернизации эффективных и надежных радиостанций для использования агентами. Нашим инженерам удалось своевременно создать радиостанцию, в которой приемник и передатчик совмещались в одном маленьком чемоданчике и которая, несмотря на относительно малые мощности 20, 40 или 60 ватт, развивала энергию, необходимую во время войны, чтобы покрыть совершенно невероятные расстояния.

Для того чтобы обеспечить надежную и эффективную передачу сообщений в Германию, первоочередной задачей была установка первоклассных технически совершенных радиоцентров дома. Кроме большого радиоцентра в штаб-квартире в Берлине, чьей первоочередной функцией было поддержание связи с КО (военными организациями) и с другими собственными подчиненными разведывательными отделениями, остальным периферийным разведотделениям, таким как в Гамбурге и Вене, чьи линии связи должны были передавать сообщения на очень большие расстояния, также требовались мощные и абсолютно надежные установки. Разведотделение в Гамбурге с небольшой помощью со стороны построило для себя в одном из пригородов радиостанцию для связи исключительно со своими агентами; ее приемная и передающая части были разнесены на несколько миль, причем последняя управлялась средствами дистанционного управления с первой. Приемная часть была установлена в Europa-Saal и насчитывала примерно двадцать приемников и двадцать три установки для трансокеанской связи. За этими установками операторы посменно работали по строгому графику, принимая сообщения от агентов в Европе и по всему миру. Было очень важно принять первое сообщение от агента, отправленного за границу, в оговоренный час. Работа этих операторов давала большую нагрузку на нервы, поскольку им часто приходилось напрасно ждать сутками и даже неделями, пока не прозвучат позывные. Если оператору удавалось установить связь с агентом в течение первого сеанса – что было крайне трудновыполнимо и требовало чрезвычайного напряжения, – это рассматривалось как выдающийся успех и должным образом поощрялось.

Все передатчики управлялись дистанционно, и каждый был установлен в отдельном бетонном бункере на просторной открытой площадке. Приблизительно двадцать передатчиков могли быть соединены с приемниками средствами дистанционного управления и также соединялись специальными телефонами. В случае отключения энергии в резерве наготове был большой дизельный генератор, способный немедленно возместить нехватку электроэнергии.

Замечались и записывались характерные особенности работы на ключе каждого подготовленного радиста. В точности как графолог может распознать почерк или эксперт способен сказать с приемлемой точностью, кто написал определенное письмо на определенной пишущей машинке, «почерк» каждого радиста узнается сразу. Такое документирование было крайне необходимо, поскольку оно давало инструктору возможность проверить, с достаточной степенью уверенности, в самом ли деле у передатчика «на другой стороне» находится его бывший ученик, сеанса связи с которым он ожидал.

Мы увидели, что отдел «Абвер-I» отвечал за активный шпионаж, а «Абвер-III» – за противодействие вражеским разведывательным службам; как и во всех других странах, вооруженные силы Германии ощущали необходимость еще и в отделе для диверсионной работы и специальных заданий, и эти обязанности были возложены на отдел «Абвер-II», краткая история создания и развития которого приведена ниже.

Включение этих функций в круг обязанностей организации абвер является одним из различий между абвером и британской Интеллидженс сервис, хотя, возможно, это различие является более кажущимся, чем реальным. Такие британские подразделения, как SAS (Специальная авиационная служба), Long Range Desert Group (Пустынная группа дальнего действия) и в особых случаях коммандос работали с разведслужбами армии или ВВС в таком же тесном контакте, что и германские коммандос «Бранденбург» с абвером. Схожим образом все аспекты военной деятельности под названием «психологическая война» во всех армиях должны быть тесно связаны с деятельностью разведки.

Во время Первой мировой войны появилось два новых фактора, на которые из-за большой роли, сыгранной ими в крушении держав Центральной Европы, было обращено очень серьезное внимание в приготовлениях Германии к следующей войне. Первым фактором была пропаганда, которая сделала многое и в Германии, и в Австрии для подрыва воинской доблести и воли к борьбе в вооруженных силах и стойкости в гражданском населении. Вторым фактором, особенно применимым к Австрии, было обращение к национальным меньшинствам и подстрекательство неудовлетворенных и беспокойных элементов внутри нации к сотрудничеству в совершении актов саботажа.