Генерал в своем лабиринте - Страница 34

свои аммиачные накопления на горшки с геранью.

- Полковник Вильсон, - приказал ему генерал Карреньо. - Остановитесь!

Вильсон ответил, не поворачивая головы:

- Дайте закончить.

Он спокойно закончил свое дело и повернулся, застегивая ширинку.

- Начинайте проигрывать, - сказал ему Карреньо. - Хотя бы для того, чтобы поддержать товарища в беде.

- Я сражаюсь за то, чтобы никому не наносили подобной обиды, - сказал Вильсон с некоторой иронией.

- Это приказ, - сказал Карреньо Вильсон, встав по стойке смирно, посмотрел на него с высоты своего роста с величественным презрением. Потом вернулся к столу и начал проигрывать. Генерал понял.

- В вашем поступке нет необходимости, дорогой мой Вильсон, - сказал он. - В конце концов, будет справедливо, если мы все отправимся спать.

Он крепко пожал всем руки, как делал всегда, вставая из-за стола, чтобы показать: игра никак не влияет на дружеские отношения - и ушел в спальню. Хосе Паласиос спал на полу, но поднялся, увидев, что он входит в комнату. Генерал быстро разделся и, обнаженный, стал раскачиваться в гамаке, неотвязно думая о чем-то, и его дыхание становилось все более шумным и хриплым по мере того, как он размышлял. Потом он лег в ванну, и его била дрожь, но не от холода, а от гнева.

- Вильсон - мошенник, - сказал он.

Он провел одну из худших своих ночей. Вопреки его приказаниям Хосе Паласиос предупредил офицеров, что, возможно, понадобится врач, и завернул его в простыни, чтобы он пропотел. Простыни намокали одна за другой за короткие промежутки времени, которые заканчивались приступом лихорадочного бреда. Он несколько раз прокричал: "На кой черт разыгрались эти флейты!" Но на этот раз ему никто не мог помочь, поскольку флейты умолкли еще в полночь. Несколько позже он нашел виновника своего плохого самочувствия.

- Я чувствовал себя прекрасно, - сказал он, - пока мне не заморочили голову этим козлом-индейцем и моей рубашкой.

Последний переход до Онды проходил по обрывистому горному карнизу, где воздух был похож на жидкое стекло, и это можно было вытерпеть только благодаря сопротивляемости организма и присущей ему силе воли, ведь нельзя забывать, что ночь он провел почти в агонии. С первых же минут он, вопреки обычаю, несколько поотстал, чтобы ехать рядом с полковником Вильсоном. Последний воспринял это как предложение забыть неприятности вчерашнего вечера, проведенного за игрой, и протянул ему руку, как делают сокольничие, чтобы он оперся о нее. Так ему удалось одолеть крутой спуск, - полковник Вильсон был тронут его уступчивостью, а генерал, который дышал из последних сил, был все-таки непревзойденным наездником. Когда они прошли самый обрывистый участок, он спросил полковника, будто они находились на светском приеме:

- Как там сейчас в Лондоне?

Полковник Вильсон взглянул на солнце, которое было почти в зените, и ответил:

- Плохо, генерал.

Он не удивился и снова спросил тем же тоном:

- Почему?

- Потому что там сейчас шесть часов вечера,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com