Фальшивомонетчик - Страница 4

– Я это заметила по взгляду, который она бросила на меня, – добавила Джейн.

– Уверяю вас, вы ошибаетесь, – резко оборвал ее Питер.

– Но она ненавидит меня!

– Почему же?

Питер решил поменять тему и стал говорить о возможной поездке за границу. Он начал рассказывать ей о Соединенных Штатах Америки, куда несколько раз ездил и где у него есть много друзей.

Остаток дороги они молчали.

Вскоре вдали показалась крыша Лонгфорд-Манора, и прежде, чем Джейн могла опомниться, автомобиль уже остановился перед входом.

Два старых лакея проводили их в маленькую гостиную. Будуаром эту комнату нельзя было назвать – для этого ее обстановка была слишком строгой.

Из маленькой гостиной одна дверь вела в комнату Джейн, другая – в комнату ее мужа.

Она поднялась в свою комнату. Одеваться ей помогала пожилая горничная Анна.

– Господин Клифтон сказал, что вы проведете здесь остаток медового месяца, до возвращения в Лондон, – заметила она. – Нужно сказать, что сюда редко приезжают новобрачные.

Джейн была искренне признательна своему мужу за эту маленькую невинную ложь и за обедом сказала ему об этом.

– Анна не читает газет, – усмехнулся он. – Иначе она убедилась бы, что я сказал ей неправду, уверив ее, что мы уже женаты целый месяц.

Казалось, что он рад был любой возможности, чтобы поменять тему разговора.

Вечер, показавшийся обоим бесконечным, они провели в огромной библиотеке, которая занимала флигель старинного здания.

Питер попробовал заговорить с женой о некоторых нюансах ведения хозяйства.

– Я приготовил для вас чековую книжку, которой вы можете пользоваться, когда хотите. В суммах вы не ограничены, – заметил он. – Впрочем, деньги – не очень подходящая тема для разговора.

– Вы очень щедры, Питер.

По его лицу пробежала тень.

– Я иногда думаю: не поступил ли я слишком неделикатно – я имею в виду те сто тысяч.

– Но ведь это дало вам то, чего вы добивались?

– Это дало мне вас… то есть я хочу сказать…

Питер попытался неловким жестом завладеть ее рукой. Джейн вскочила на ноги и посмотрела на него сверкающими от гнева глазами:

– За эти деньги вы купили меня, вот что вы хотите этим сказать!

– Ничего подобного! – пробовал он оправдаться.

– Но вы поступили именно так. Ведь не думаете же вы, что я люблю вас?

Лицо Питера побледнело, как полотно.

– Нет. Но я надеялся…

– Конечно, я должна была сказать об этом раньше – в тот вечер, когда вы пришли к нам и прямо спросили меня об этом. Но я не намерена обманывать вас… Я буду вашей женой, но знайте, что я не люблю вас.

Питер смотрел на нее остановившимися от ужаса глазами.

– Я понимаю, – прошептал он. – Во всяком случае, я не принимаю от вас этой жертвы.

В это время раздался сильный стук у входной двери, затем послышались быстрые шаги. В комнату вошел инспектор Рупер.

– Я к вам по очень важному делу, – сообщил он и положил на стол объемистый портфель. Открыв его, вынул связку банкнот.

– Эти деньги были найдены в чемодане, который вы оставили вчера утром в конторе, – сказал инспектор спокойным голосом. – По поводу этих банкнот я желал бы получить от вас некоторые разъяснения.

– В чем же дело? – недоумевая, спросил Питер.

– Дело в том, что все эти банкноты поддельные.

Питер с удивлением посмотрел на связку банкнот.

– Но я ведь не оставлял никакого чемодана в конторе.

– А я говорю вам… – начал инспектор, плохо сдерживая раздражение.

– Пожалуйста, не повышайте голос, – строго оборвал его Питер.

Его властный тон заставил Джейн с удивлением посмотреть на мужа.

– Ведь я сказал вам, что не оставлял чемодан в конторе, – сказал Питер.

– Но, однако, на чемодане была ваша карточка.

Эти слова вызвали у Питера саркастическую улыбку.

– Поверьте, никто не будет оставлять фальшивых денег в чемодане со своей карточкой в людном месте. Вероятно, ваше начальство лучше меня разъяснит вам, что такое предположение абсурдно. Вы захватили с собой этот чемодан?

Рупер сделал знак одному из полицейских, стоявших в дверях, и тот внес в комнату чемодан из великолепной свиной кожи. К его ручке была прикреплена визитная карточка:

Питер Клифтон.

175, Чарлтон-Хаус-Террас.

– Я никогда в жизни не видел этого чемодана! – воскликнул Питер. – Скажите, не будет ли нарушением служебной тайны, если вы объясните мне: каким образом стало известно, что этот чемодан находится в конторе?

– Это уже совершенно другое дело… – в замешательстве ответил Рупер. – Ведь я приехал сюда, чтобы получить некоторые сведения.

– Сегодня утром я дал одному из поставщиков фальшивую пятифунтовку. А несколько дней тому назад меня уже расспрашивали о фальшивой пятидесятифунтовой банкноте! – с нетерпением воскликнул Питер. – И…

Он достал из кармана кожаный бумажник, открыл его и стал вынимать из него один за другим кредитные билеты. Некоторые из них оказались поддельными.

– Откуда вы получили эти деньги? Из бывшего банка? – с любопытством спросил сыщик.

Питер покачал головой.

– Я очень редко хожу в банк сам. Например, мой портной получил деньги на прошлой неделе по чеку в сто фунтов.

Джейн с удивлением слушала весь этот разговор.

Рупер был тоже невероятно поражен.

– Ведь вы не могли получить эти деньги в магазине? – с жаром воскликнул он, возвращаясь к разговору о связке банкнот, найденной в чемодане.

Питер взглянул на него с некоторым презрением.

– Я уже говорил вам, что никогда раньше не видел этого чемодана и что он не принадлежит мне, – спокойно ответил он. В его голосе чувствовалась усталость. – Наверное, это сделал кто-нибудь из моих врагов, чтобы доставить мне неприятности.

– А у вас есть враги?

Питер улыбнулся.

– Только вы, Рупер.

Глаза сыщика гневно сверкнули.

– Я поражаюсь, что такой джентльмен, как вы, может говорить подобные вещи. Ведь я исполняю свои служебные обязанности.

К удивлению Джейн, Питер покачал головой.

– Ведь вы следили за мной, по крайней мере, месяц. Вернее, я все время находился под вашим надзором.

– Вот в чем вы меня обвиняете? В таком случае, может, вы сообщите мне еще некоторые сведения: кто была та женщина, которая ежедневно посещала вас, входя через боковую дверь и выходя неизвестно когда?

– Что за выдумки!

Джейн сама не узнала своего голоса, когда она произнесла эти слова.

– Это абсолютная правда, – ответил Питер спокойным голосом. – Меня посещала дама, которая обычно оставалась не более часа и которой около шестидесяти пяти лет. Однако я не намерен называть вам ни ее адреса, ни имени.

– Это ваша старая знакомая? – спросил инспектор.

Питер улыбнулся.

– О нет. Эта женщина ненавидит меня; прежде она была кухаркой и, должен заметить, очень плохой кухаркой. Кажется, это все, что я вам могу сообщить о ней.

Рупер в волнении потер подбородок.

– Я должен буду доложить об этом начальству.

– Я сам сообщу об этом, – заметил Питер, указывая на телефонный аппарат.

Инспектор, видимо, колебался.

– Могу я воспользоваться вашим телефоном?

– Нет, – вежливым, но твердым голосом сказал Питер. – Не существует такого закона, который разрешал бы вам пользоваться моим телефоном.

Удивление Рупера было несколько комическим.

– Хорошо, сэр. Простите, что я побеспокоил вас. Смею уверить, что я не буду докладывать об этом начальству.

Питер улыбнулся.

– Из всех здесь присутствующих вы находитесь в самом неприятном положении. Вы проникли ко мне без ордера и находитесь здесь без разрешения местного констебля. Вы привели с собой несколько полицейских и просите меня не сообщать об этом вашему начальству, не так ли?

Рупер бросил на него подозрительный взгляд.

– Не будете же вы утверждать, что вы сами полицейский? – спросил он Питера.