FallOut Equestria: Pawns (СИ) - Страница 22

-Насколько всё плохо? — спросил её брат пегас и, подбежал к ней, и остановился как вкопанный. Увиденное так его поразило, что его крылья разложились, и повисли над окровавленным полом.

Мы вшестером вбежали следом за ними. Моё внутренне чутьё подсказывало мне, что такого и вправду быть не должно. Из комнаты персонала должны были вести три прохода: один в раздевалку, второй к выходу, а третий к камере предварительной обработки, за которой находился основной реакторный отсек. Вряд ли зиявшая в западной стене огромная дыра была задумкой дизайнеров стойла. Дыра вела прямо к выведенной из строя реакторной камере. Посреди камеры стоял агрегат из мелких трещин в котором из него вытекала светящаяся жидкость разливаясь в лужи на полу. Счётчики в наших пип-баках бешено сигнализировали об облучении многократно превышающим норму.

-Вот Дискорд, графит, не дышите! — Проорал пегас.

Выбив ногой дверь шкафа, он извлёк респираторы и очки, а также желтую коробку с розовыми бабочками — аптечку. Мы быстро натянули на морды противогазы.

-Нам нужно затянуть вентиль подачи топлива, а затем заделать пробоины. — Пояснял пегас. — Запустить реактор мы уже не сможем, но прекратить утечку в наших силах.

-Я через терминал запру подачу топлива, а ты выкрути задвижки выводящих паровых труб на максимум. — Объясняла план действий ремнтница. — Затем введём хладоген…

Из лужи светящегося топлива поднялось, доселе казавшееся мёртвым, тело. Что хуже оно было обмотано чем-то очень сильно похожим на взрывчатку.

-Всё, пора сваливать!

Едва на поясе дикаря вспыхнул красный светодиод и прозвучал первый «пип», знающие чего ожидать следом пони схватили ремонтников, и рванули в туннель, из которого только что пришли.

Мы едва успели выбежать из него, по скользкому полу, как в реакторном раздался взрыв. Мы просто ничего не могли с этим поделать. Счётчики радиации, до сих пор молчавшие в зале, начали потрескивать.

-Он его уничтожил! Окончательно уничтожил! — Схватился за голову пегас. — Реактор и так держался лишь на честном слове, а теперь там настоящий раоактивный ад!

-Должен быть способ! — Настаивала Смоук.

-Это невозможно! — Отрезал ремонтник.

-Ты понимаешь, что целое стойло пони заперты в стойле с уничтоженным реактором, который сочиться радиацией!

-Про радиацию не волнуйтесь, гидравлические двери её не пропустят, мы проверяли, а вот то что они остались без энергии…

-Кристальный уровень моментально перестанет функционировать. — Пояснила я, приблизительно зная, как там всё работает.

-Это ужасно! Почему всё это свалилось на мою голову?! Почему всё не может быть просто? Почему нет способа обойти систему безопасности и открыть никчёмные дверь самостоятельно? — Чуть ли, не плача причитала единорожка.

Мы все пристально уставились на неё. И у посвящённых одновременно возникла общая идея.

-Комната управления! — раньше всех выкрикнула я.

-Бинго! Так, план таков, бойцы, идём к суперкомпьютеру, вводим команду на разблокировку всех дверей и выводим гражданских из радиоактивного стойла! Вопросы? Выполняем! —

-А почему вы считает, что так будет можно?

-Лейзи, тот компьютер активировал сотни турелей по всему верхнему уровню, думаю, с дверьми он тоже как-нибудь управиться. — Нанесла я удар по скептицизму жеребца.

Мы развернулись и рванули в сторону зала к заветной комнате управления. По пути пегас извлёк из аптечки какой-то раствор в мягкой пластиковой упаковке и передал лекарство каждому. «АнтиРАДдин», поясняла этикетка, для применения внутрь, при радиационном облучении разной степени тяжести, побочные эффекты — химелюменистенция мочи. Мне тут же стало интересно на это взглянуть. Наученные пегас и единорожка на ходу ловко проткнули упаковки системами и начали пить лекарство, остальные поступили также в меру своих ловкости и грации.

Закинув ремонтников на спину, преодолев за полтора десятка минут расстояние от разбитого реактора, до комнаты управления мы влетели в неё.

-Теперь я знаю, что хочу на день рождения — Пролепетала изумлённая единорожка.

Хард расплылся в улыбке и посмотрел на нас, жестом и мимикой выражая ясную фразу «Я сказал то-же самое, когда это увидел!», мы были слишком уставшие, чтобы как-либо на это отреагировать.

Смоук ринулась к терминалу суперкомпьютера, а остальные, воспользовавшись появившимся свободным временем, разбрелись посмотреть поближе, за что отвечают множество остальных терминалов. Я подошла к одному из терминалов, на нём были показаны непонятные графики.

-Мне кажется это состояние окружающей среды вне стойла — подала голос оказавшаяся за мной единорожка — Видите этот график? Он показывает радиоактивность поверхности вокруг стояла. Похоже за столько лет радиация на поверхности ослабла. Шкала показывает приемлемый её уровень. График интенсивности осадков, графики температур…

-Дискорд, эта штука не хочет слушаться! — выругалась Смоук, и я поспешила к ней.

-В чём проблема? — поинтересовалась я.

-Эта железяка говорит, что у меня нет доступа.

-Мисс, можно мне попробовать? — Вклинилась единорожка. За что получила свирепый взгляд от рассерженной Смоук.

-Пусть попробует. — Поддержала я единорожку. Смоук немного остынув отступила от терминала.

Единорожка резво начала вводить магией консольные команды. По экрану забегали строки кода и конфигурации.

-Вот тучки-вонючки, этот терминал не взломать. Он открывается только физическим ключом.

-Что ты имеешь в виду? — непонимающе спросила я, а Смоук кажется сообразила и задумавшись начала идти ко входу.

-Это же очевидно, должны быть некие ключи со встроенными в них магическими кристаллами в простонародье…

-Ключ-карты. — Закончила за неё Смоук. Она держала одну из них во рту. Красную ключ-карту моего отца. Она засунула её в одно из двух отверстий в суперкомпьютере, и на терминале появилось поле для ввода пароля.

-Какие варианты? — Спросила я сразу у обоих.

Смоук глянула на, разбирающуюся в компьютерах больше нас вместе взятых, единорожку.

-Я уже сказала, что этот терминал не взломать. Его вычислительной мощности хватит, чтобы каждую секунду десять раз перешифровывать пароли. Чтобы получить доступ к хранящейся на нём информации необходимо знать, что вводишь. Стойл-тек! Умели ведь! — Гордо воскликнула она.

Я глянула на Смоук, ожидая, что она знает необходимый пароль, но она смотрела на меня точно тем же взглядом.

-Лаки, может твой отец сказал тебе пароль, в конце концов, это его ключ-карта.

Я напрягла свои извилины, в голову пришла только одна фраза первая и укоренившаяся…

Подойдя к терминалу, я начала нажимать на клавиши, символы не вводились. Единорожка поймав мой вопросительный взгляд, поняла, что мне нужно объяснить, как работать с этой навороченной штуковиной.

-Это одна из степеней защиты Стойл-тек. Нужно подключить в разъём пип-бака штекер от терминала. Если ты введёшь неправильный пароль… — Задумавшись, подняв бровь и оценивающе посмотрев на меня, она решила удостовериться в том, что перед ней стоит не круглая идиотка — ты же знаешь, что у пип-бака есть возможность контролировать работоспособность органов носителя? — Я кивнула — Хорошо. Ну, так вот, в случае неверного ввода, твоё сердце остановиться.

-Чего ж тут хорошего?

-Две попытки. Одна с расчётом на фактор пони.

Я проглотила вставший в горле ком. Слова единорожки не придавали уверенности.

-А ты уверена, что две? — проскулила я, пока единорожка вставляла штекер в мой пип-бак.

-Честно говоря, не уверена. Не уверена даже, что она действительно убивает, это же небезопасно. К чему тогда все эти плакаты о безопасности? Но по правилам здравого смысла, их должно быть, как минимум, три. А если брать в расчёт секретность, то одна, вот и остановилась на среднем значении. — Развела она копытами, закончив.

«Пип-бак смотрителя подключён, введите пароль», высветилось на терминале суперкомпьютера. «Не подведи, пап» мысленно попросила я и начала надавливать магией на клавиши терминала.