Эромагия - Страница 36

Воцарилась тишина, во время которой Беринда, видимо, обдумывала планы мести, а Шон беспокоился за Аниту. Потом Добродушный подал голос:

— Так, дылды, мы уже к центральным чертогам подходим. Куда вас теперича вести?

— Да, — подхватил Шон, — какой у нас план, величайшая?

— План очень простой, — бросила ведьма, — взять за задницу этого шаромыжника, Пампукку этого…

— Ну, гхм… — Гном почесал бороду. — Вы со мной по-хорошему… то есть гоблинов разогнали, чтоб лопнуть паразитам, даже раньше, чем я им успел навалять как следует… и все такое… То есть я к вам со всем дружеским расположением, чтоб мне сквозь землю вознестись… Но посудите сами: вы явитесь к Пампукке, возьмете его за задницу, а все прочие гномы станут смотреть, как вы бесчинствуете? Мне ж Пампукку не жалко, он нам всем надоел, чтоб ему под обвал попасть… Но ведь непорядок! Не по понятиям!

— За себя волнуешься, — догадался Шон, — что, мол, чужих привел?

— Да мне-то начхать… — неуверенно буркнул гном. — Я о вас беспокоюсь.

— А что, по всем правилам военной науки, во время рейда по тылам противника неплохо бы замаскироваться. Ну, там, борода накладная или колдовская иллюзия…

— Шонтрайль, не говори ерунды, — оборвала Беринда рыцаря, — какая, к бесам, маскировка? Ты, такой верзила, хочешь притворяться гномом? Да если хоть один из этих карликов вздумает пальцем пошевелить, я здесь все разнесу!

— Здесь нельзя разносить, — строго заметил Дальноход Добродушный. — Мы все же не на поверхности, а в Подземном Чертоге. Здесь разнес чего-нибудь не то, конструкцию несущую потревожил — и привет. Все обрушится. Ну, это, чтобы покарать дерзеца, говорю, своды рухнут на голову ему. Так старейшины учат.

Потом помолчал немного и закончил:

— Если б можно было, я бы сам здесь все разнес. Но нельзя!

— Ну, значит, твоим приятелям остается только одно — вести себя так, чтобы мне не пришлось разносить, — подвела итог Беринда. — Так что двинули прямо к Пампукке!

Прежде чем отправляться на поиски аптеки, Анита попросила оборотня принять более мужественный облик. Если при ней будет внушительный мужчина, рассудила ведьма, то и приставать будут меньше. Эх, был бы здесь Шон…

Оборотень перебрал «бусики», задумался на минуту… и обратился небритым плечистым мужиком вполне разбойной внешности. Нахлобучив шляпу Беринды и прихватив лаборантку, Анита двинулась в путь.

Прохожие на улице в самом деле сторонились парочки с метлой, но ведьма заметила, что спутник постоянно озирается и как будто нервничает. Проследив взгляд метаморфа, она увидела пару стражников в потертых колетах — точь-в-точь как у толстого сержанта в Пер-Амбое, который когда-то арестовал их с Шоном. Стражники разглядывали оборотня с заметным любопытством. Но так и не остановили, повезло. Анита смилостивилась и позволила ему сменить облик на менее грозный. Превращенец увлек ведьму в какой-то закуток, где его преображение никто не мог заметить, и быстро изменился. Рост уменьшился, плечи опустились и сжались, хищный нос расплылся в красную бесформенную грушу…

— Послушай, а собственный облик у тебя имеется? — заинтересовалась Анита. — Ну, твой собственный, настоящий?

Метаморф сразу заскучал и, глядя в сторону, принялся громко сопеть грушеобразным носом. Не хотел отвечать.

— Ладно, ладно, какой ты скрытный… — Анита махнула рукой. — Идем уж!

В аптеке, которую удалось найти по устрашающей вывеске — песочные часы и ржавая коса, — сыскалось все, за исключением загадочного кокса. Более того, аптекарь даже не имел представления об этом ингредиенте. Аназия, уже предвкушавшая избавление от постылого облика, принялась шмыгать несуществующим носом:

— Что же теперь? Я надеялась, так ждала… И все из-за какого-то несчастного кокса! Из-за ерунды, которую никто не видел и не знает!

— Никто, кроме гномов, — напомнил метаморф. — Гномы должны знать, так написано в энпиклотрипудии.

— Так мы же и собирались к гномам, — сказала Анита. — Заодно и наших там разыщем. Ну и кокса добудем. Где тут у них этот самый Главный Портал гномий?

Отыскать знаменитый Портал оказалось легко — громадную серую скалу над ним было видно издалека. Анита, запрокинув голову, полюбовалась живописными уступами, но метаморф заявил:

— Это не настоящие скалы. Мелкие их сами сделали, для красоты. Чтобы каждый понимал — здесь живут гномы.

— Можно было вывеску написать, — брякнула метла.

Анита хмыкнула, а превращенец терпеливо пояснил:

— Это и есть вывеска. Во-первых, даже неграмотный сразу поймет, а во-вторых, видно отовсюду. Им же выгодно, гномам, чтобы народ валил. Вот они и завлекают.

— А зачем им народ? — поинтересовалась Анита.

Гномы никогда не входили в сферу ее интересов, ведьма предпочитала мужчин покрупнее.

— Они за плату к себе впускают. По пещерам водят, всякие чудеса показывают. Или, скажем, захотел кто-то у гнома секретный замок заказать с фигурным ключиком… или колечко с самоцветным камушком… Видишь, есть у них какой-то кокс, а про него даже аптекарь ничего сказать не может. Аптекарь — он про всякую гадость знает, а про кокс — нет. Его, кроме как у гномов, и не найти, значит. Поэтому гномы и придумали такой закон, что сделки с их братом можно заключать только в Королевстве-под-Горой. А за вход — плати!

— А, тогда понятно. Поэтому они и гору построили, чтобы было Королевство-под-Горой. Иначе сделки в Адигене заключить не смогут. Слушай, а откуда ты все знаешь? Ты у гномов бывал прежде?

И, как обычно, когда разговор касался его прошлого, оборотень умолк и тревожно засопел. В молчании приблизились к основанию серой скалы, живописно украшенной разбросанными там и сям по склону кустиками и полянками с пестрыми цветами. Неподалеку, завершая идиллическую картину, журчал ручеек. Только теперь, оказавшись у подножия, Анита разглядела тщательно замаскированные стыки между камней. В самом деле — гора рукотворная, а ведь издали казалась вполне настоящей…

— И охота было такую громаду строить, — подумала ведьма вслух.

— Имидж для гнома — это все, — отозвался превращенец. — Лишь бы снаружи было гладко да красиво — за это любой коротышка удавится.

— А ты и обычаи гномов хорошо знаешь? — уважительно спросила метла. — Откуда?

— Встречались… — коротко пояснил оборотень, а руки его принялись с удвоенной скоростью перебирать бусики.

Обогнув громаду, путники оказались перед входом, который тоже выглядел вполне живописно: в крутом склоне зияло отверстие, превращенное в шикарную арку. Створки врат, выкрашенные ярко-красной масляной краской, похоже, никогда не затворялись — нижняя часть вросла в землю, тонула в ползучих зеленых побегах. Странно, что при таком богатом убранстве Портала у входа нет ни души. Позади шумел многолюдный город, а из ведущего в подземелья темного зева несло прохладой и не доносилось ни звука. Очень странно. Анита оглянулась на превращенца, покосилась на метлу — оба молчали. Пожав плечами, ведьма шагнула внутрь.

И тут же теплые солнечные лучи, яркие краски, гомон — все осталось позади. Она очутилась в темно-серой гулкой тишине. Каждый шаг отдавался негромким, но отчетливым эхом, с шуршанием уносившимся под высокий свод, во тьму… даже льющийся сквозь распахнутые ворота дневной свет здесь становился блеклым, бесцветным. И — никого.

Анита ожидала, что Главный Портал окажется наводнен людьми и гномами — если это заведение так оформило вывеску, то ведь не зря же? Подобная реклама должна привлекать толпы клиентов…

— А почему… — начала ведьма, но договорить не успела.

Перед пришельцами возникла фигура — выступила из темноты и сдержанно поклонилась. Гном был просто загляденье, как картинка из книжки. Синий камзол с серебряными пуговицами, красный колпак на снежно-белых кудрях, сапожки с загнутыми носками и длиннейшая тщательно расчесанная, волосок к волоску, седая борода. Огромные глаза подземного жителя взирали на посетителей с участием и дружелюбием.