Энциклопедия шаманской мудрости - Страница 11

Существуют и другие истолкования мифа. Одно из них гласит, что миф выполняет защитную функцию психики. Объясняя мир, первобытный человек защищал себя от всего необъяснимого и пугающего. Когда человек сталкивался с чем-то таинственным, завораживающим и устрашающим (нуминозным), он стремился найти объяснение, которое позволило бы ему жить в понятном (а значит, более предсказуемом, безопасном) мире. В этом первобытный человек не сильно отличается от нас. Мы также строим всевозможные теории и предположения относительно возникновения и дальнейшей судьбы мира и нашего в нем места. Однако целостной картины не дает ни теория Большого Взрыва, ни теория Струн, ни какая-либо другая гипотеза. Но так же, как и первобытному человеку, нам нужен понятный мир. Ведь понятный мир кажется более предсказуемым и управляемым. Ради понятного мира возникла фундаментальная наука как таковая. Но объяснила ли она что-нибудь достаточно внятно? Или еще больше запутала уже почти понятный мир? Миф и ритуал давали человеку чувство уверенности и стабильности. А эта уверенность в стабильности и предсказуемости помогала человеку в трудных, запутанных кризисных ситуациях (модель «витязь на распутье»), а также в ситуациях, когда человек сталкивался с чем-то тревожащим и пугающим (от звуков в темноте до природных катаклизмов). Таким образом, миф выполнял терапевтическую функцию. Миф как бы создавал правильную настройку, облегчал выбор практически во всех жизненных ситуациях, структурировал и интегрировал отдельного человека в универсум. Миф рассказывал человеку мир (миф именно рассказывал мир, а не описывал его). Миф объяснял первобытному человеку правила игры в мире. Это успокаивало человека, укрепляло его жизнестойкость и вселяло уверенность в завтрашнем дне. О важности терапевтической функции мифа, конечно же, знали и шаманы. Так, нанайские шаманы в лечебной практике использовали проговаривание мифов, воспроизводящих время творения мира и человека. Это была важная часть лечебного комплекса дусху[57].

Кроме того, миф выполнял социальную функцию. Миф тесно взаимосвязан со всей системой жизненных ценностей первобытных людей, поскольку он призван объяснить структуру конкретного социума, его встроенность в природу и его отношения с духовным миром. В эгалитарных, доклассовых обществах миф объяснял структуру социума, отношение к младшим и старшим, т. е. устанавливал законы родственных связей. В классовых обществах миф был призван объяснить и легитимировать иерархическую структуру. Государство и власть представали как проекция на земле небесной божественной иерархии. По выражению современного философа Ю. Хабермаса, власть нуждается в «камуфлирующих словах», прикрывающих такое простое и понятное человеческое желание повелевать. Если в прошлом власть опиралась на мифы об избранничестве Богом или богами («помазанник Божий» или «Сын Неба», «Сын Солнца» и т. д.), то в современных обществах власть объясняет свое существование волей народа (например, «всенародно избранный президент»). Каждая власть ищет то слово (мифологию-идеологию), которое убедит подданных в ее праве на господство. И это справедливо для всех эпох и народов. Более того, там, где «камуфлирующие слова» власти перестают убеждать подданных, правительство неизбежно меняется. К слову, это объясняет, почему XXI век – это век информационных войн. Информационная победа – это победа в войне без необходимости прибегать к оружию. Подорви доверие к государственному мифу, и такое государство просто развалится. Таким образом, миф призван укреплять и поддерживать существующий социальный (и в развитых обществах – государственный) строй. Миф, как метко выразился Е. М. Мелетинский, глубоко социален и даже социоцентричен.

«Миф объяснял мироздание, его происхождение и устройство. Мифология постоянно передает менее понятное через более понятное, неумопостигаемое через умопостигаемое и особенно более трудноразрешимое через менее трудноразрешимое… Мифология не только не сводится к удовлетворению любопытства первобытного человека, но ее познавательный пафос подчинен гармонизирующей и упорядочивающей целенаправленности, ориентирован на такой целостный подход к миру, при котором не допускаются даже малейшие элементы хаотичности, неупорядоченности. Превращение хаоса в космос составляет основной смысл мифологии, причем космос с самого начала включает ценностный, этический аспект»[58].

Таким образом, еще один практический аспект мифа – поддержание мирового порядка, матрицы космоса. А поддержание такого порядка осуществляется через постоянное воспроизведение мифа посредством регулярно повторяющихся ритуалов. Ритуал – это символическое повторение людьми деяний самих богов – устроителей космоса. Такое повторение нужно, чтобы поддерживать космический порядок, установленный богами в доисторические или скорее – над-исторические, универсальные времена. С одной стороны, ритуал позволяет пережить сопричастность священному миру богов, а с другой – обустроить и освятить повседневную жизнь, наполнить ее смыслом. Переживая сопричастность богам, человек как бы сам преображается в них, а через это получает их божественные силу и мудрость.

В морально-этическом плане миф и ритуал регламентировали, определяли правила поведения человека в обществе. Шаман был не только знатоком этих обычаев и правил, он также следил за соблюдением этих норм поведения, т. к. их нарушение влекло наказание со стороны верховных божеств и духов (обычно в виде болезней и других несчастий). Шаман знал мифы на практическом уровне, т. е. он мог правильно интерпретировать их для каждой конкретной ситуации, в которой оказывались его соплеменники. С помощью шамана миф помогал людям традиционных обществ объяснять их прошлое, находить смысл в событиях настоящего и давал направление для движения в будущее. Без мифа человек погрузился бы в хаос, а его поведение – утратило осмысленность и ценностные ориентиры.

Ритуал – это как бы проигрывание мифа в действии (или в сакральном действе). Надевая во время ритуала маску, участники действия – шаман, жрец и священник, преображенные в богов, – повторяли космогенез, т. е. сотворение мира. Можно сказать, что ритуал – это своеобразный божественный театр. Собственно, театр и возник из мира архаических ритуалов. В этом контексте миф «представляет собой своего рода либретто исполняемого драматического действия»[59]. Миф и ритуал «являют как бы два аспекта первобытной культуры – словесный и действенный, „теоретический“ и „практический“»[60].

Мифы черпают свою силу в ритуале. В ритуальном богослужении воспроизводится космоустроение, само мироздание. Ритуал повествует о сущности Космоса и повторяет действия, совершенные верховными божествами в начале времен. В ритуале задействованы все органы чувств. Музыка, ритм, движения, благовония, осязаемые образы, вкусовые ощущения священных напитков и прочее – все это необходимые составляющие ритуала. Пока воспроизводится ритуал, мир продолжает существование. В свете современной квантовой теории, гласящей, что мы воспринимаем только то, что ожидаем увидеть, т. е. то, во что мы верим, такое отношение к ритуалу оказывается вполне оправданным. Ежегодное напоминание себе в новогоднем ритуале о том, каким образом возник и поддерживается мир, – способ этот мир воспроизводить, не дать ему раствориться в хаосе. Миф и ритуал не просто описывают и напоминают о космическом порядке, а действительно хранят этот мир от всепоглощающей энтропии. Этот космос – согласованная картина реальности, картина мира, которая рисуется мифом и ритуалом на холсте бездонного и безграничного Хаоса-Пустоты.

Миф в контексте ритуала – вербальная составляющая. Это действие в проговаривании священного ритуала поддержания Космоса – Вселенского Порядка. Ритуал – «проговаривание» в действии. В целом и ритуал, и миф обеспечивают как космический, так и внутриобщинный порядок, поскольку законы общества неотделимы от законов всего Космоса.