Экспансия. Тетралогия - Страница 238

Удивительное дело, эта уныло-черная, бедная звездами плоскость казалась ему сейчас гораздо более красивой, чем залитое тысячами небесных фонарей ночное небо Сюрприза. Как говаривал Спиря, всяк королёк хвалит свой уголок…

Спиря? Тьфу! О Единый, неужели я до конца жизни буду вспоминать это дерьмо, произнося устно или мысленно какую-нибудь древнюю поговорку?

Впрочем, нет, скорее я стану вспоминать, как хрустнул его шейный позвонок. С превеликим удовольствием буду вспоминать. А вот как кинулся потом на мертвую Светочку, стану вспоминать с омерзением. Что тогда со мной случилось? Наверное, это результат остаточного воздействия на меня крылатой твари… И хорошо, что оно проявилось всего лишь в некрофилии. А то бы мог на контр-адмирала Самсонова полезть, раздирая на нем одежды. И зарабатывая суд офицерской чести. Тьфу, кол тебе в дюзу, Кентаринов!

Он себе врал. И понимал это. Он накинулся на Светочку вовсе не из-за твари, из-за себя родимого, из-за собственных влечений.

Но согласиться с такой мыслью – значило предать память о погибшей. Кем бы она ни была…

– От лица службы и от себя лично, – продолжал контр-адмирал, – выношу благодарность нашей астронавигационной службе, возглавляемой капитаном второго ранга Лобачевым. Все вы будете представлены к государственным наградам.

Кирилл мысленно фыркнул.

После такой экспедиции надо всех оставшихся в живых представлять к наградам. А некоторых – и посмертно. «Кентавров»-то моих – в полном составе. А Светочку – вообще к званию «Герой Конфедерации».

Жаль, только никто из должностных лиц, утверждающих представление к наградам, не поверит в то, как она погибла. На всех-то остальных необходимые материалы имеются. Записи персональных тактических приборов. А вот Светочка…

Ну и дьявол с вами, господа командиры! В моей-то памяти она – истинный герой. Кем бы ни являлась…

– Я отправил также донесение в министерство обороны и в штаб Звездного Флота. Доложил о потерях и результатах. Его превосходительство советник Ломанов отправил такой же доклад в канцелярию президента Конфедерации. Мы с ним уже выработали единую линию.

Все глянули на советника. Тот кивком подтвердил слова контр-адмирала.

«А ведь с точки зрения правительственных чинуш экспедиция была провальной. Направлялись в одно место, оказались совершенно в другом. Потеряли два боевых корабля и едва ли не девяносто процентов личного состава, а завоевали что? Пустое место? Если вернемся когда-нибудь в Центр Галактики, еще неизвестно – кто и что нас будет ждать на Сюрпризе. Тут не наградами пахнет, а отдачей старших офицеров под трибунал. Впрочем, надо полагать, его превосходительство советник Ломанов прекрасно знает, как организовать подачу информации на высший уровень. Иначе бы он никогда не достиг своего поста».

– Пока нам приказано прибыть в систему Беты Волос Вероники и выйти на орбиту Незабудки. Я приказал поднять только старших офицеров боевых кораблей и транспортников. Весь остальной личный состав продолжает находиться в транспорт-сне. Поднимем их только возле Незабудки.

Последняя новость порадовала Кирилла. Ему совершенно не хотелось лишний раз встречаться с Фаратом Шакиряновым.

Эта встреча вышла бы, как молотком по прикольным мячикам.

– Так что через положенное время вы, господа, пообедаете. А потом снова отправитесь по своим транспортным ячейкам. И мы встретимся теперь уже на орбите Незабудки.

После совещания Кирилл напросился в гости к советнику Ломанову.

Обстановка в каюте не изменилась. Только боковую переборку теперь украшало голубое знамя Конфедерации.

Да уж, Ф-мебель и персональная койка – это вам не те гробы с крышкой, в которых спит обычное пушечное мясо. Правда, пушечное мясо, оказывается, бывает и необычным… Пушечное мясо, оказывается, пребывает иногда едва ли не на самой высокой должности… И занимает теперь такую же каюту, как и господин советник.

– Слушаю вас, полковник… Садитесь, пожалуйста!

Оп-па, к дяденьке вернулась его прежняя вежливость. Готовится человек к возвращению в привычную обстановку…

– Ваше превосходительство, будьте добры, ответьте мне на один вопрос. Чем клоны отличаются от простых людей? Мне стало известно, что предателями в битве на Сюрпризе оказались исключительно обычные люди.

На лице Ломанова на мгновение появилась нерешительность. И тут же сменилась своей антиподкой. Похоже, ему очень захотелось скомандовать: «Полковник! Кругом! Шагом ма-а-арш!»

Но галакта Кентаринова таким приказом не возьмешь. И советник прекрасно понимал это.

– Отличие между клонами и людьми одно, но очень существенное. У клонов в несколько раз ускорен процесс обмена веществ. За счет этого они способны проявлять гораздо большую силу и стремительность. Но зато намного быстрее стареют. Иными словами, они не совсем люди.

– И всё?

– И все!

Похоже, он не врал. Теперь понятно, что за болезнью страдала Громильша. Как ее?… Прогерия, что ли? И Вика Шиманская наверняка ею мучилась, та ведь тоже взрослела быстрее других. И насчет силы все верно. Да и стремительность у них была – будьте-нате!

Правда, стремительность и у других встречалась.

Кирилл криво усмехнулся:

– Скажите, ваше превосходительство… А я, случаем, не клон?

– А вы быстро стареете, полковник?

– Да нет, честно говоря, не замечал.

Советник пожал плечами и улыбнулся:

– Ну, значит, не клон. Еще вопросы есть?

Вопросы были. Но время для них – Кирилл чувствовал – еще не наступило.

– Никак нет, ваше превосходительство!

– Тогда ступайте, полковник.

Кирилл вышел в коридор.

И тут на него снова накатило.

Он представил себе, как опять войдет в каюту, которую прежде занимали двое, как снова уляжется в транспортную ячейку…

Может, обратиться к Самсонову с просьбой поселить его, Кирилла, с кем-нибудь из офицеров вдвоем?

Однако он представил себе, как будет выглядеть герой войны в глазах других. И справился с собой.

Как говорил Спиря… тьфу!.. на миру и смерть красна.

Когда он подошел к своей каюте, ему вдруг представилось, что сейчас произойдет. Вот дематериализуется перепонка люка, он шагнет через комингс, а там его ждет она. Это умершие люди не возвращаются, а те, кем она была, может, и возвращаются.

И он шагнул в каюту, борясь с глупой надеждой. И, разумеется, никого там не нашел. Даже у откровенных баловней судьбы и героев священных войн выполняются не все сокровенные желания.

И именно в этот момент у него впервые появилась мысль подать заявление об уходе с военной службы.

Герою войны и баловню судьбы всегда найдется для применения сил и другая область человеческой деятельности.

Когда Кирилла снова разбудили, «Юрий Долгорукий» уже вышел на орбиту вокруг Незабудки.

Контр-адмирал Самсонов тут же устроил очередное совещание старших офицеров.

– Еще раз поздравляю вас, господа! Теперь уже от лица министра обороны Конфедерации. Командование оценило нашу экспедицию как вполне успешную. – В голосе капитана теперь не было радости, одна только смертельная усталость. – Да, мы потеряли много соратников, но министерство считает, что с задачами своими справились. Благодарю всех за службу!

– Служим человечеству! – отчеканил хор голосов.

Кирилл вдруг почувствовал, что ему будет не хватать этих людей. Привык он к ним – к контр-адмиралу, к старпому, к главным специалистам корабельных служб. Но ничего не поделаешь. Каждому – свое. Флотские летают в пространстве, а галакты воюют на планетах. Для галактов корабли Звездного Флота – лишь средство транспортировки, так уж сложилось.

И вообще, если он собирается уходить со службы, придется забыть и о Флоте, и о Корпусе.

– Есть одна новость! – хмуро продолжал контр-адмирал. – Через некоторое время после того, как мы начали нынешнюю экспедицию, командование направило к нам в помощь еще пять транспортов с галактами в сопровождении двух боевых кораблей. Соединение стартовало к Сорок Седьмой. Однако туда они не попали, оказавшись на противоположной стороне Мешка. Так что Мешок закрылся. Судя по всему, сразу после того, как мы покинули его пределы.