Экономические и социальные проблемы России №2 / 2013 - Страница 8

Необходимо предпринять действия по определению величины минимальной пенсии на перспективу. Такой величиной может быть забытый ныне, но существующий в российском законодательстве минимальный потребительский бюджет (МПБ). Этот норматив предполагает более качественное питание, разнообразие промышленных товаров, рост доли услуг по более широкому кругу, включая социальные и культурные, наконец, такой признак достатка, как появление заметных сбережений. Он был обозначен в 1992 г. в Указе Б. Ельцина о минимальных потребительских бюджетах в РФ. По расчетам Л.С. Ржанициной, МПБ пенсионера к 2020 г. должен составлять 2,8 нынешнего ПМ, это и есть будущая минимальная пенсия, при которой средняя пенсия по старости (исходя из действующего соотношения) должна составить 4,5 ПМ [Ржаницина Л.С., 2012, с. 82].

Многие исследователи отмечают, что в России существует (причем в большей степени, чем за рубежом) возрастная дискриминация по отношению к пожилым группам населения. Уже привычными становятся нелегитимные отказы в приеме на работу и увольнения пожилых работников, их исключение из других форм социальной жизни. На рынке труда пожилые люди могут рассчитывать в лучшем случае на низкооплачиваемую, малоквалифицированную и не престижную работу, либо на трудоустройство «без трудовой книжки».

В подавляющем большинстве пожилые россияне лишены возможности приобретать качественные товары и услуги, что является противоестественным для промышленно развитых держав, где именно пенсионеры – вполне платежеспособная группа населения.

«Третье поколение» в нашей стране недополучает образовательные, медицинские и культурные услуги. Дискриминация этой группы граждан проявляется и в проводимой государством политике: отношение к пожилым людям строится не на гуманистических принципах, а определяется исключительно утилитаристскими соображениями, базирующимися на приоритетах, по сути дела, «биологического» (возрастного) характера. «Лифты социальной мобильности» для пожилых людей работают, как правило, лишь в направлении снижения их социального статуса и ухудшения качества жизни.

Такой контрпродуктивный и социально несправедливый подход, считает В.Д. Роик, приводит к «зауживанию» социальной политики, в рамках которой социальные, экономические и культурные проблемы пожилых сводятся к оценке и регулированию расходов на социальное обеспечение пенсионеров [Роик В.Д., 2012]. Во внимание не принимаются потенциальные возможности этой категории граждан, включая их положительное влияние на молодые и средние возрастные группы.

В европейских странах, где недопустимость дискриминации пожилых людей осознается политическими лидерами и научной общественностью, активно обсуждаются возможные стратегические преобразования базовых институтов, связанных с доходами населения, способами регулирования рынков труда, демографических и миграционных систем, а также систем социального обеспечения, способных в определенной степени демпфировать социально-экономические последствия старения населения.

В России все больше экспертов поднимают вопрос о трудовой дискриминации пожилого населения и обосновывают необходимость осуществления в отношении пожилых людей более дифференцированной политики. Данная возрастная категория неоднородна и состоит как из активных, имеющих нереализованный социальный, в том числе трудовой потенциал, нуждающихся в организации их занятости, досуга, культурного развития, туризма, так и из одиноких, либо одиноко проживающих граждан, требующих определенных мер социальной защиты населения, а также тяжелобольных людей, нуждающихся в паллиативной помощи, включающей как медицинские, так и социальные услуги.

Первая группа пенсионеров в условиях сокращения трудоспособного населения России может стать важным резервом дополнительной рабочей силы. В связи с этим встает проблема о развитии рынка труда для пенсионеров. Сейчас мужчины в 60 лет (женщины – в 55) уходят на небольшую пенсию, продолжая получать маленькую зарплату. В результате они более или менее выживают. Конечно, работу можно найти и в 65 лет, но когда в результате повышения пенсионного возраста люди будут лишены половины дохода в виде пенсии, то тогда им будет очень сложно прожить на маленькую заработную плату и они все равно обратятся в систему социальной защиты. Государству придется оказывать им помощь через программы борьбы с бедностью. Так что сокращения для бюджетных расходов таким путем нельзя добиться, пока на рынке труда человек в возрасте 60–65 лет не станет конкурентоспособным [Гонтмахер Е., 2012].

Старение населения в России требует глубоких, а возможно, и радикальных изменений в концепции и практике государственной социальной политики в отношении пожилых граждан. Уже сегодня системы пенсионного обеспечения, здравоохранения, социальной поддержки старших возрастных групп не справляются со своими основными функциями. По этой причине перед руководством страны стоит достаточно конкретная цель: разработать концептуальные подходы совершенствования пенсионной системы, здравоохранения и социальной поддержки пожилого населения России в условиях долгосрочной тенденции старения населения.

Между тем, как это не парадоксально, но такой глобальный вызов, как старение населения, российским социумом в должной мере не осознан. Так, в Концепции долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г., подготовленной Минэкономразвития России, отсутствует даже упоминание об этой проблеме, не подсчитана, к примеру, даже приблизительно «цена вопроса» старения населения, не разработаны программные цели и методы адаптации населения к стареющему обществу.

1. Андреев Е., Вишневский А. Население России через 100 лет. Вторая Статья. «Возрастная пирамида» все меньше напоминает пирамиду // Демоскоп weekly: Электр. версия бюллетеня «Население и общество». – 2004. – № 153–154. – Режим доступа: http://demoscope.ru/weekly/2004/0153/tema01.php (Дата обращения 20.08.2013).

2. Белый М. Не в этой жизни: Россияне рано умирают из-за пьянства, плохого настроения и боязни старости // Новые известия. – М., 2013. – 27 марта. – Режим доступа: http://www.newizv.ru/society/2013-03-27/180019-ne-v-etoj-zhizni.html (Дата обращения 20.08.2013).

3. Вишневский А. Россия: Демографические итоги двух десятилетий // Мир России. – М., 2012. – № 3. – С. 3–40.

4. Возраст выхода на пенсию в России, странах Европы, США: Справка // РИА. НОВОСТИ. – 27.04.2010. – Режим доступа: http://ria.ru/spravka/20100425/227286221.html#ixzz2PCflozhq (Дата обращения 20.08.2013).

5. Гонтмахер Е. Проблема старения населения в России // Мировая экономика и международные отношения. – М., 2012. – № 1. – С. 22–29.

6. Гурвич Е.Т. Пенсионная политика в долгосрочной перспективе // Журнал Новой экономической ассоциации. – М., 2012. – № 3(15). – С. 178–180.

7. Демографическая политика Российской Федерации на период до 2025 года / Министерство труда и соц. защиты РФ. – Опубликовано на сайте в 11:59, 13/11/2012. – Режим доступа: http://www.rosmintrud.ru/ministry/programms/6 (Дата обращения 20.08.2013).

8. Денисенко М. Население России до 2025 года // PRO et CONTRA (ЗА и ПРОТИВ). – М., 2012. – Т. 16, № 4–5(56). – С. 153–170.

9. Дмитриев М.Э. Долгосрочные вызовы на рынке труда в свете демографического кризиса // Х Международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества: Сб. докладов: В 4-х книгах / Отв. ред. Е. Ясин – М.: Изд. дом ГУ-ВШЭ, 2010. – Книга 3. – С. 11–21.

10. Захаров С. Какой будет рождаемость в России? // Демоскоп weekly: Электр. версия бюллетеня «Население и общество» – М., 2012. – № 495–496. – 31 с. – Режим доступа: http://demoscope.ru/weekly/2012/0495/demoscope495.pdf (Дата обращения 20.08.2013).

11. Кудрин А., Гурвич Е. Старение населения и угроза бюджетного кризиса // Вопросы экономики. – М., 2012. – № 3 – С. 52–79.

12. Лялякина А. Росстат зафиксировал конец эпохи беби-бума // Известия. – М., 2013. – 3 апреля. – Режим доступа: http://izvestia.ru/news/547880#ixzz2QFIr2NC7 (Дата обращения 20.08.2013).