Его звали Тони. Книга 9 (СИ) - Страница 27

Кью напряглась подо мной, прижала уши. Эспра выдвинула дополнительные манипуляторы. Скрежетнув, сдвинулась правее. То ли для того, чтобы сподручнее было разрывать врага, не зацепив нас, то ли решив ретироваться, если дело запахнет жареным. Хотя второе — маловероятно. Не припомню, чтобы кофемашина чего-то боялась.

— Добрый день, — не знаю откуда именно исходил звук, но звучал он громко и расходился далеко. — Рад приветствовать вас.

Голос был ровным. Приятным даже. С лёгкой металлической ноткой — как у диктора на вокзале, который объявляет, что ваш поезд сошёл с рельсов и желает приятного дня. Невозмутимо. Как будто и нет вздымающихся в полусотне метров от вас фонтанов огня.

— Идентификация завершена. Неизвестный, также известный как Тони Белый. Арьен Ржева, урождённая Торская. Два гоблина, три единицы мглистой фауны. Мой груз.

Он чуть наклонил голову. Маска блеснула.

— Я — Вестник Почтового Апокалипсиса, — продолжил неизвестный. — Уполномочен принять посылку от имени заказчика.

Гоша хмыкнул. Покрутил головой, разминая мышцы шеи.

— Почтового Деградалиса ты вестник, кукла, — поднял пистолет-пулемёт ушастик. — Лучше свали, пока те жопу не прострелили.

— Апокалипсиса, — терпеливо поправил Вестник. — Название отражает суть оказываемых мною услуг и мой взгяд на мир.

Лидер зеленокожих коротышек только громко и презрительно хмыкнул, направив в его сторону ствол пистолет-пулемёта.

— Неважно. Низшим формам жизни не понять, — заявил наш собеседник. — Передайте груз, и вы свободны. Отказ влечёт за собой аннулирование альтернативных курьеров.

— Чё ты сказал? — оскалился Гоша. — Как ты меня щас назвал? Я те реально жопу прострелю, шмаглина.

— Аннулирование? — вклинился я, удивлённый странным использованием термина.

— Ваше право на жизнь будет аннулировано, — с готовностью просветил меня парящий в воздухе враг.

— Угу, — кивнул я ему. — Так бы сразу и сказал.

Знаете, в такие моменты лучше тянуть время. Пока говоришь — не стреляют. Обычно. А ещё можно подумать над тем, как быть дальше.

— Документы на груз у тебя есть? — спросил я. — Доверенность? Акт приёма-передачи?

— Необходимая документация предоставлена заказчиком, — даже не сбился Вестник. — Согласно регламенту почты, устный договор приравнивается к письменному.

— Чё ты гонишь? — услышав знакомые термины, Сорк не выдержал и подключился к беседе. — Ваще ни хрена не приравнивается! Устного в регламенте почты нет!

Фигура в мундире взлетела чуть выше, а её голова повернулась к ушастику.

— Вы неправы, — его голос звучал всё так же ровно. — В моей почте устный договор приравнивается к обычному.

— Да ты чё? — издевательски вопросил Сорк. — И чё это за почта такая?

— Почта Апокалипсиса, — пришла в ответ мягкая звуковая волна.

Вот и что сейчас делать? Попытаться его завалить? Рвануть и рассчитывать на скорость? Так эта сволота летает вроде как. Быстро догонит. Даже если нет — хрен его знает, какое у него может оказаться вооружение.

— Тогда заявляю протест! — нашёлся Сорк. — Официальный! И оспариваю договор на доставку!

— В этой юрисдикции все ваши права ничтожны, — уверенно заявил Вестник. — Вы имеете лишь право на смерть и право на смирение.

Арьен чуть сместилась, выглядывая из-за моей спины.

— Вестник, — её голос звучал холодно и официально. Тон, которым разговаривают с прислугой. — Я — Арьен Ржева, супруга Романа Ржева. Посылка уже передана мне как представителю семьи. Миссия завершена.

О как. Решила сыграть на родственных связях. Логично — она же формально жена Романа Ржева. Того самого, для кого эта посылка предназначалась.

Вестник чуть наклонил голову. Маска блеснула.

— Арьен Ржева, урождённая Торская, — повторил он. — Статус — исключена из списка доверенных лиц. Дата исключения — три дня назад. Причиной указана утрата доверия. Ваши полномочия аннулированы.

Интересно. От белой заразы она свободна куда дольше. Выходит на расстоянии они этого не чувствуют? Или отследить всё же можно, только инструмент не в руках Ржева?

— Это ошибка, — Арьен не сдавалась. — Я требую связаться с заказчиком для подтверждения моих полномочий.

— Связь с заказчиком невозможна, — ровно ответил Вестник. — Протокол не предусматривает исключений. Ваш статус недействителен. Ваши требования отклонены.

— Послушай, ты, жестянка, — в голосе Арьен прорезалось что-то острое. Маска холодности дала трещину. — Я — член семьи Ржевых. А Дом Скальной Тени…

— Дом Скальной Тени не является стороной договора, — перебил её Вестник. — Заказчик действует от собственного имени. Ваши титулы, связи и угрозы не имеют юридической силы в рамках данного контракта.

Арьен замолчала, скрипнув зубами. Что ж. Попытка была хорошая. Но этот почтовый маньяк явно работал по инструкции, которую писали параноики для параноиков.

Пока они препирались, я всё глубже погружался в режим концентрации. Пытался дотянуться. Зацепить. Развеять ту пыль, которая сверкала внутри противника.

Бесполезно. «Гарпуны» проходили сквозь неё, как рука сквозь дым. Никакого сопротивления. Нет структуры, за которую можно было бы ухватиться.

Тогда я попробовал иначе — сеть. Убедившись, что это помогло, растянул астральную плёнку. Накинул её. Сжал.

Пыль просочилась сквозь неё и собралась на прежнем месте. Вестник даже не дёрнулся.

Да твою ж дивизию. Походу обычными методами его через астрал вообще не достать.

Можно было попробовать глубже. Сцепить Астральный План с реальностью, после чего использовать что-то оттуда для физического воздействия. Но это требовало запредельной концентрации. Пытаться, когда перед тобой стоит хрен с металлической маской и угрожает «аннулированием» — такая себе идея. Один хрен — почти гарантированно не получится. Я после той схватки с штурмовиками «Белых Ножей», если честно, так и не смог повторить тогдашний успех.

Стоп. А это что? Я только что видел чужой астральный манипулятор?

Вестник замер. Его голова снова повернулась — не к нам. В сторону.

— Фиксирую активность, — произнёс он. Голос изменился, став быстрее. — Источник не определён. Рекомендую себе немедленно покинуть опасную зону.

Интересно — он говорил сам с собой? Или кем-то, кого я не видел.

Земля дрогнула. Сначала — лёгкая вибрация. По лужам пошла рябь. Вестник принялся озираться всё более активно.

— Обнаружен сторонний объект, — сказал он всё тем же механическим голосом. — Классификация невозможна. Уровень угрозы — высокий. Эвакуация отменена ввиду приоритетов. Я должен доставить посылку.

Вот бы в моём старом мире на почте работали подобные фанатики. Чтобы круглосуточно там сидели и разгребали. Ну или хотя бы нормальную скорость развивали, а не тыкались, как не спавшие сто двадцать часов японские долгожители.

Через секунду воздух залил дикий рёв автомобиля, а чёрные деревья за спиной Вестника взорвались. Разлетелись щепками. В воздух взметнулись комья грязи и ветки. Грохот, треск, рёв — всё смешалось в один оглушительный звук.

Из стены тумана, ломая реальность своей массой, выехало ОНО.

Секунду назад я думал, что самая большая проблема — летающий почтальон с металлической маской вместо лица. Я ошибался.

Грузовик вырвался из тумана, ревя как самый натуральный поезд. Только поезда обычно не ломают деревья, как спички. И вообще, ездят по рельсам.

Это была не машина. Какой-то безумный симбиоз карьерного самосвала, локомотива и чего-то, что когда-то дышало. Кабина — сбитый из ржавых листов череп с громадными глазами. В которых мерцали жёлтые вертикальные зрачки.

Кузов пульсировал. Буквально. Под ржавой обшивкой что-то шевелилось и сокращалось. Как будто прокачивало топливо. Из выхлопных труб валил красный дым — густой, маслянистый, воняющий палёным мясом. Даже думать не хочу, чем именно заправляли эту хреновину.

Спереди вместо бампера торчало что-то из арсенала «Безумного Макса» — вращающиеся валы с шипами, которые перемалывали всё на своём пути. По бокам — гидравлические лапы, как у паука-переростка. С поразительной мощью и ловкостью крушащие объекты вокруг.