Его звали Тони. Книга 9 (СИ) - Страница 20

Кью остановилась. Водила ушами, принюхивалась и фыркала. Ей тут явно не нравилось.

— Шеф, — Гоша заозирался. — Может запалим тут всё? Глянь скока деревьев! Пару магниевых шашек, малость спирта и всё заполыхает.

Интересно, откуда у него с собой спирт? И для чего? Хотя, это сейчас не так важно.

Зря я не взял братьев-цвергов. Оди и Фоди. Сейчас бы они разложили мне этот воздух на атомы. Озвучили уровень фона, плотность Мглы и вероятность сдохнуть в процентах. А так — вместо приборов иду по следу из хлебных крошек и даргской интуиции.

Дома, которые мы видели, выглядели так, будто их бросили лет десять назад. Брёвна почернели, крыши просели. На верёвке у одного из них до сих пор висела одежда— серая, рваная, окаменевшая.

Координаты, которые мне скинули, указывали куда-то в центр этого места. Без электроники это просто цифры в голове, но я примерно помнил карту. Где-то здесь должен быть нужный дом. Внутри которого может быть устроен тайник. Либо ждёт группа «почтальонов». Честно говоря, я пока не определился, какой вариант был бы лучше.

— Никого не чувствую, — озвучил я. — Заходим, но очень осторожно. По сторонам смотреть не забываем.

— Угу, — кивнул Гоша. — Я понял. Входим, как в девственную эльфку-магичку. Чтобы мозги не выжгла.

— Нельзя выжечь то, чего нет, — тут же парировала Арьен. — А вот жопу я тебе прострелить могу запросто.

Спешиваться мы не стали. Так и въехали в село на косулях. И с Эспрой, которая тащилась позади, внимательно изучая всё глазами-перископами.

В один дом я всё-таки заглянул. Дверь висела на одной петле. Внутри — пустота, гнилая мебель и пыль в палец толщиной. Ничего интересного. И непохоже, чтобы тут бывал кто-то живой.

Мы постепенно углублялись в деревню. Проверяли и осматривали. Пока я не увидел дом, который узнал по старым фото из этой деревни. Есть свои прелести в повсеместном проникновении сети. Например, быстро растущий массив оцифрованных материалов. Включая издания, что раньше выходили только в бумаге.

Здание местного «бара». Всего в сотне метров от небольшого игорного дома, на который я сейчас ориентировался. Координаты показывали куда-то совсем рядом с ним. Надо только определиться, в какую сторону идти.

Приказав ждать, я тронул с места Кью, решив объехать постройку по кругу. Добравшись до угла, повернул голову в сторону. Осмотреться решил. Вернув взгляд на место только после того, как тревожно фыркнула косуля, сразу же ударившая копытом по земле.

Мужик. Человек. В расстёгнутом ватнике, под которым грязная тельняшка. Кирзовые сапоги. На голове — ушанка, одно ухо которой торчит вверх, другое вниз. Небритый. Пьяно пялится на меня. Какой-то прям карикатурный собирательный образ. Формата «на селе жить хорошо, но недолго — только пока печень работает».

Впрочем, если отбросить это — выглядел он нормально.

Согласитесь, когда посреди Мглы, в пятидесяти километрах от людей, после мух-людоедов и гусей-убийц, ты встречаешь обычного пьяного мужика — это неправильно. Как увидеть киоск с мороженым посреди пустыни. Или трезвого директора на корпоративе.

Мужик остановился, увидев нас. Почесал небритую щёку. Икнул.

Арьен подняла руку с револьвером. Нацелила ствол прямо в лоб неизвестному.

— Тони. Я его не слышала, — тихо прошептала эльфийка. — Не должно его тут быть.

— Крематорить, — тихо сказал подъехавший ближе Гоша. — Я ведь предлагал всё и всех тут прокрематорить.

— Да не, — мужик махнул рукой и снова икнул. — Вы чё? У нас тут крематория нет. И ваще — вы кто? Туристы снова?

Голос у него был хриплый, но вполне человеческий. С лёгким акцентом — то ли деревенским, то ли просто пьяным.

Ничего себе — потянулся Кью потрогать. В ответ на что косуля оскалилась. А я едва не пустил в ход диск. Вовремя этот псевдо-крестьянин свою руку убрал.

— Убери руки, шмаглина, — Гоша поднял пистолет-пулемёт. — Насвинцую на раз-два.

— Злые вы, — мужик убрал руку. — Нервные. Это всё видеоигры ваши виноваты! И душ ваш!

Он на секунду меня даже из потока тревожных мыслей вырвал. Чего? Душ?

— Ты откуда башкой упал, рихтанутый? — поинтересовался лидер зеленокожих коротышек. — Как помывка может быть в чём-то виновата?

— Вот! — тот с радостной мордой лица поднял вверх палец. — Никто не спорит с первым пунктом! Никогда. Значит, я прав.

— Ах ты ж хитрожопая скотина, — протянул Гоша. — Сам ваще играть пробовал? Как те игры башку промыть может?

Интересный у них тут диспут завязывался. Почти философский. Вот только наблюдать мне было некогда.

— Ты вообще кто? — озвучил я вопрос. — Что тут делаешь?

— Так это, — он почесал затылок под ушанкой. — Тутошний. Митяем звать. Живу я тут, чё непонятного.

Действительно. Сплошь и рядом кто-то тусуется под Мглой. Хотя, отчасти правда — живых здесь и правда немало.

— И сколько ты тут живёшь? — попробовал я зайти с другого угла.

— С рождения, — посмотрел он на меня как на идиота. — А чё? Место красивое. Лес зелёный вокруг. Туман только этот частенько наползает. Но зима ж.

Гоша широко распахнул рот, видимо собираясь высказать всё, что сейчас крутилось в его гоблинской башке. Пришлось поднять руку, обрывая ушастика.

— Другие туристы тут тоже бывают? — после короткой паузы, я задал вопрос, который сейчас показался максимально рациональным.

Мужик поскрёб пальцами щёку.

— Туристы… Они заходят иногда, — он вдруг улыбнулся. — Но эт вам к Потапу. Они завсегда к нему сразу идут. Играть видать приезжают.

Потап, значит? Интересно.

Митяй возможно и был мутантом или очень странным призраком. Но впечатление производил позитивное. Вон, даже к Потапу проводить вызывался. Так что мы прямо сейчас за ним по деревне и хреначили. Забавная такая процессия. Впереди — пьяный мужик в ватнике, шлёпающий кирзачами по грязи. За ним — две мглистые косули, живая кофемашина, и мы, вооружённые до зубов. Императорский кортеж для деревенского алкоголика.

— Туман опять напал, — Митяй махнул рукой куда-то в сторону. — Третью неделю так. Почти постоянно. Раньше на день-два и всё. А щас — хрен его знает. Климат меняется, штоль.

Ну да. Он самый. Если под климатом понимать апокалипсис местного масштаба — то ещё как меняется.

Его астральное тело я проверил досконально. Едва астральный План сюда не подтянул — настолько старался. И ничего не обнаружил. Пусто. Дырка от бублика. Он отбрасывал тень, вонял перегаром и чавкал сапогами по грязи. Однако в астрале его не существовало.

— Хозяйство у меня крепкое, — бубнил Митяй, не оборачиваясь. — Дом — полная чаша. Корова есть, Зорька. Молоко даёт — во! Сливки ложкой есть можно. Свиньи опять же. Три штуки. Боров — зверь. Я к нему без палки не захожу.

Мы проходили мимо развалин. Чёрные брёвна, провалившиеся крыши, пустые оконные проёмы. Ни одного целого дома. Ни одной живой души, кроме нашего проводника.

— Шеф, — Гоша подъехал ближе, понизив голос. — Он реально полирнулся штоль? Или троллит? Какая корова? Тут даже крысы сдохли!

— Пусть болтает, — негромко ответил Сорк. — У нас свобода слова и презумпция невиновности. А если чё — в башку пальнём.

Сначала у меня и правда мелькнула мысль, что он просто спятил. Бывает такое. Я сам видел. Директора компаний, которые уже год как банкроты, но продолжают ходить в офис и орать на секретарш. Они живут в инерции успеха. Их мир рухнул, но они отказались это признать. Даже в полиции доказывают потом. Мол, это мой офис и моя секретарша, чё вы с ума сходите. Я её только вчера в своём кабинете драл. Только жене не рассказывайте.

Вот и Митяй показался таким же. Секунды на полторы. Пока я не вспомнил о том, сколько времени человек может протянуть под Мглой.

— Соседи почти не заходят, — пожаловался местный. — Раньше, бывало, каждый вечер кто-нибудь на огонёк. Самогон пили, в карты резались. А щас — никого. Обиделись, что ль? Я ж никому ничего плохого не делал. Ну, разве что Корнеличу морду набил. Так он сам виноват — на Зинку мою пялился.