Эффект ненависти (СИ) - Страница 52

- На самом деле, Марк этого не одобрит, Сонь, - виновато ответил Стас.

- Жаль. Мне так хочется подышать свежим воздухом.

- Я обещаю что-нибудь придумать, - он быстро чмокнул меня в нос и поднялся с постели. - Есть хочешь?

При упоминании о еде я поморщилась, борясь с подступающей к горлу тошнотой. Но, понимая, что организму нужно восстанавливать силы, кивнула:

- Только совсем чуть-чуть и не сильно сытное, ладно? И... я пойду с тобой. Мне уже осточертела эта комната. - Я резко села и тут же зажмурилась - пол с потолком неожиданно решили поменяться местами. Стас тут же подскочил ко мне и мягко заставил вновь откинуться на подушки.

- Нет уж, лучше полежи спокойно, я все принесу сюда.

Мне оставалось только кивнуть и набраться терпения.

Не прошло и двадцати минут, как он снова возник на пороге комнаты с небольшим подносом в руках. Пара тостов, чашка крепкого кофе, свежие фрукты и яичница. Вдохнув аппетитный запах, я улыбнулась:

- Больше похоже на завтрак, чем на поздний ужин. - На часах было уже около одиннадцати вечера. Мы проспали чуть меньше десяти часов.

- Я решил особо не кулинарить.

- Здесь только на одного, - кивнула я на поднос. Стас поморщился:

- Я перехватил пару бутербродов и теперь не хочу есть. Так что питайся на здоровье.

Он осторожно установил поднос на кровати и сел рядом. Под пристальным взглядом синих глаз я заставила себя съесть немного яичницы, тост и сделать несколько глотков кофе.

- А теперь фрукты, - кивнул он на тарелку с виноградом, апельсином и яблоком.

- Стас, уже не лезет, - улыбнувшись, я хотела отодвинуть поднос, но парень покачал головой и взял несколько виноградин.

- Ничего не знаю, тебе нужны витамины и глюкоза. Открывай рот.

Я послушно позволила скормить мне ягоды. Затем пришел черед нескольких кусочков яблока. Фрукты оказались прохладными, сочными, так что я с наслаждением съела и яблоки. Мой взгляд остановился на дольке апельсина и я потянулась к ней, но мои пальцы перехватили.

- Я сам.

Он умело очистил апельсин от ароматной корки и поднес дольку к моим губам. Она была слишком большая для того, чтобы съесть ее целиком и Стас это знал, судя по его внимательному и донельзя довольному взгляду. Осторожно укусив, я все же почувствовала на губах несколько капелек кисло-сладкого, душистого сока. Вторая половинка апельсина вернулась на тарелку, а губы Стаса мягко коснулись моих. Язык осторожно слизнул сок, затем поцелуй углубился, становясь безумно нежным, неторопливым и от этого еще больше сводящим с ума. Я чуть слышно застонала и обвила его шею руками, давая понять, насколько мне хочется, чтобы он был вот так близко. Стас оторвался от моих губ, ласково провел ладонью по щеке и тихо спросил:

- Ты все еще хочешь подышать свежим воздухом?

От изумления я не сразу смогла ответить. Как? Как ему удается после поцелуя спокойно разговаривать, когда у меня самой внутри все дрожит от возбуждения? Затем все же смогла сосредоточиться на заданном вопросе и коротко кивнула в ответ.

- У меня есть идея.

Он быстро встал с кровати и скрылся в гостиной. Вернувшись через пару минут с толстовкой и спортивными штанами, он протянул их мне.

- Переодевайся, а то замерзнешь. - Снова вышел из комнаты, оставив меня наедине с моими более чем растрепанными чувствами.

На самом деле, мне сейчас меньше всего хотелось идти на улицу. Даже становилось немного странно от тех желаний, что сейчас таились в моей душе. Я думала, что после Лескова еще долго не смогу даже думать о сексе, а тут мое тело просто желало его. Впервые за всю мою жизнь всего один поцелуй производил на меня такое впечатление. Черт возьми, я похоже окончательно сошла с ума.

Торопливо натянув на себя штаны и толстовку, которые, конечно же, были на несколько размеров больше, чем нужно, я вышла в коридор. Тут же появился из гостиной и Стас, держа в руках плед.

- Пойдем?

Я кивнула и послушно вышла за ним на лестничную клетку. В полнейшем молчании мы зашли в лифт, но, к моему удивлению, Стас нажал на кнопку не первого этажа, а семнадцатого.

- Мы идем на крышу?

- Да. Я не хочу лишний раз рисковать.

Когда двери лифта открылись, Стас вышел и подошел к решетчатой двери, на которой висел внушительный замок. Достав из кармана ключи, парень открыл дверь и пропустил меня вперед.

- Мне иногда нравится приходить сюда, чтобы подумать, помечтать, послушать музыку. А иногда это место вызывает раздражение и навевает дурные мысли об одиночестве и скуке.

Мы оказались на чердаке. Большое пустынное помещение с несколькими коробками у стен, парой старых велосипедов и куче досок в углу. В одной из стен было огромное окно, около которого стояло старое, потрепанное годами кресло. В него-то меня и усадил Стас, попутно открыв окно, впуская в помещение прохладный весенний ветерок.

- Можем выйти на крышу, если хочешь.

- Нет, мне здесь очень нравится, правда. Потрясающий вид.

Я не кривила душой. Внизу раскинулся ночной город, усыпанный фонарями и вывесками, шумный, не засыпающий, а наоборот, словно только-только очнувшийся от вечерней дремоты. Небо было звездным, с ясно угадывающимися созвездиями и полной, сияющей золотом, луной.

По широким дорогам проносились машины, мигая фарами и внося суету в спокойную картину темных окраин. Вдали пару раз сверкнули огни самолета, ветер доносил веселый смех шумной компании, что собралась во дворе дома. Веселье продолжалось, несмотря на приближение ночи.

Так и в жизни, обычной, человеческой жизни. Наступают сумерки, которые могут грозить перерасти в глухую полночь, но сердце все равно продолжает мерно отстукивать свой ритм, легкие наполняются воздухом, мозг активно отдает команды организму. Душа все так же продолжает существовать. Даже в поломанном, изуродованном теле. Даже когда человек совсем отчаялся, и не может найти силы справится со своей бедой. Главное, не останавливаться, бороться с собственной слабостью, и тогда уже никакая жизненная неприятность не сможет тебе угрожать.

- Сонь... - Тихий отклик вырвал меня из раздумий, возвращая в полутемное помещение чердака.

- Да?

- Что от тебя хотел Лесков? - осторожно поинтересовался парень, становясь сзади кресла и кладя теплые ладони мне на плечи, которые укрывал плед.

- Стас, это уже неважно.

- Пожалуйста, расскажи мне. Я хочу помочь тебе и отгородить от него.

Я чуть повернулась к нему, чтобы встретиться с взглядом, полным участия и тепла.

- Я хочу сама справиться со своими проблемами. Я могу. В состоянии, понимаешь?

- Я не сомневаюсь. Но мне действительно нужно знать. Чего он добивался? О чем говорил?

Плотней закутавшись в плед, я снова повернулась к окну.

- Просто требовал сказать Марку прекратить под него копать.

- Его никто не сможет остановить. Марк откажется, он жаждет засадить этого подонка за решетку.

- Я знаю. Но мне нужно убедить его остановиться. Так будет спокойней всем. В конце концов, сама виновата в собственной глупости и излишней доверчивости.

- Не говори ерунды. - Он обошел кресло и сел передо мной на корточки. - Никто никогда не упрекнет тебя в слабости, слышишь?

- Я не маленькая девочка и прекрасно понимаю, насколько глупо и безрассудно поступила. - К горлу подступили непрошенные слезы и я старательно загнала их обратно глубоко внутрь.

- Соня, позволь брату сделать то, что он должен.

- Я боюсь, Стас... Я боюсь за него, потому что Максим - страшный человек. В ярости он способен на все, уж поверь мне. А люди, которые на него работают, еще ужасней.

Стас вздохнул и заключил мое лицо в своих сильных ладонях, излучающих покой и уверенность. Для меня он стал олицетворением силы и защиты за эти несколько дней и я понимала, что позже, когда это наваждение, этот мираж пройдет, уступив место горькому разочарованию, я буду бережно хранить этот момент в самой глубине своей души. Именно такого человека - уверенного в себе, сильного, нежного и безгранично доброго - я полюбила. Снова, не вспоминая о прошлых ошибках. Именно поэтому мне хочется, чтобы эта сладкая, источающая горечь, боль оставалась как можно дольше, не исчезая в серой прозе жизни.