Джон Леннон. Все тайны «Битлз» - Страница 5

Урсула засмеялась:

– Ловко! Да мне и нельзя, у меня скоро съемки, куда же я с исполосованной спиной?

Про себя Захаров подумал: «Вот попал! Но, в принципе, что произошло? Такими контактами не разбрасываются. А если Флеминг решил его подставить? Переспит он с Урсулой – тогда все, капкан на всю жизнь. Такие фотографии обычно хранятся вечно. Вдруг это инициатива Урсулы? Тогда предъявлять претензии к Флемингу бесполезно. Ладно, поговорим с Флемингом завтра».

Утром женщин на вилле уже не было. После процедуры купания, за завтраком Йен сам обратился к Захарову:

– Не удивляет, что женщин нет?

– Я уже здесь ничему не удивляюсь, – улыбнулся Захаров.

Автор Джеймса Бонда имеет право на фантазии, тем более Йен Флеминг образец настоящего мужчины. Он проживал жизнь так, как хотел бы этого каждый из нас. К своим слабостям Йен относился серьезней всего, всегда убегая от скуки. Количество любовниц не поддается счету. Искатель приключений, он исколесил почти весь мир. Все это пронеслось в голове у Захарова.

– Кстати, женщины улетели в пять утра рейсом в Лондон.

Йен помешал в чашке кофе и, глядя Захарову в глаза, сказал:

– Вчера Урсула проявила личную инициативу. Я так и думал, что с ней вы спать не будете. Я ее отчитал.

– Но она, – сказал, улыбаясь, Захаров, – очень привлекательна.

– Но вы же офицер разведки, довольно опытный, – сказал Йен, – вряд ли вас она могла совратить.

– Вы знаете мою биографию?

– Знаю, наводил справки. Вас хорошо знают офицеры МИ-5, работавшие в Ливане, когда вы там были.

– Понятно, – сказал Захаров, отпивая глотками еще горячий кофе.

– Я вот что хотел предложить, – Йен посмотрел на Захарова, – я в Лондоне бываю редко, но если вам понадоблюсь, напишите письмо. Адрес я вам дам. Просто одну фразу: «Позвони Джону тогда-то». Поставьте дату, когда я вам буду нужен, и через два дня я буду дома. Звонить не надо, просто приходите.

– А дверь откроет Урсула? – спросил Захаров.

– Ну, если она будет свободна, то может быть. Хотя она не для личных встреч – пресса и т. д. Зачем вам эта известность?

– Да, незачем, – ответил Захаров.

Через два дня Захаров уже был в Лондоне. Утром следующего дня на работе он сел писать отчет о своем пребывании на солнечном острове Ямайка. Написал также об оценке Флемингом эффективности советской разведки в Англии в 40—50-х годах. Если хотите, мнение кадрового разведчика – находка для Центра. Когда еще прочтешь мнение контрразведчика, мнение организации, работавшей против нашей страны? Мало что просачивалось о структуре и деятельности МИ-5, а тут открытый рассказ почти из первых рук.

Разбираясь в донесениях и отчетах советской разведки в Англии, Захаров постоянно натыкался на кабаре «Фламинго» в Сохо. Именно в этом кабаре работала стриптизерша Кристина Келлер, про которую Захаров знал, что она была завербована офицером советской разведки, назовем его Ивановым. Английская пресса много и подробно писала о любовной связи Кристины Келлер и английского военного министра Профьюмо. Скандал был громким. Иванова выслали из страны. Захарову, конечно, имело смысл посетить инкогнито «Фламинго».

Захаров сходил в «Фломинго» как-то в субботу вечером. Народу было много. Шумно и весело. На сцене играл ансамбль Джорджи Фейма «Blue flames». Захаров все-таки нашел место за столиком. Сосед-англичанин рассказал, что Джорджи Фейм хороший музыкант, но настоящий джаз играют в «Элинг Блюз Клаб». Там же собираются почти все джазовые и блюзовые музыканты, а постоянно играет Алексис Корнер Бэнд. Если пойдете, то обратите внимание на ударника Чарли Вотса – отличный музыкант, далеко пойдет.

Что происходило в «Элинг Блюз Клаб», заинтересовало Захарова. Конечно, оркестр Алексиса Корнера был хорош, к оркестру постоянно приходили музыканты, в основном, гитаристы, и тогда устраивался джем-сейшен. А ударник оркестра Алексиса Корнера, Чарли Вотс, был действительно хорош. Гитаристы, молодые талантливые ребята. Тогда, весной 1963 года, у них еще не было постоянной работы. Особенно Захарову понравились Джимми Пейдж, Эрик Клептон, Джефф Бэк. Этих музыкантов приходили слушать из различных клубов Лондона.

Летом и осенью 1963 года в английском хит-параде стали появляться группы, по стилю отличавшиеся от «Битлз» и других ливерпульцев. Кое-кого Захаров слышал в «Элинг Блюз Клаб». Но «Битлз» были первыми и лучшими, другие ведь только начинали. Первая долгоиграющая пластинка «Битлз» «Please, Please те» в хит-параде Англии продержится на ведущих местах 30 недель.

Захаров был в кабинете посла Советского Союза, обсуждал докладную записку, подготовленную по просьбе министра иностранных дел СССР, наблюдавшего ажиотаж фанатов «Битлз» в аэропорту «Хитроу» 31 октября 1963 года. Записка послу понравилась, и вдруг, дежурный комендант посольства позвал Захарова к городскому телефону. Владимир Георгиевич извинился перед послом, звонили из города, может быть и по делу, тем более, спрашивали Захарова на английском языке.

Звонила леди Джин Кэмпбелл, знакомая Йена Флеминга.

– Здравствуйте, Владимир, у меня к вам поручение от нашего общего друга, надо встретиться.

Договорились на вечер, в восемь.

Захаров вернулся в кабинет посла, извинился. Посол еще раз перечитал справку – все-таки, пойдет во все инстанции.

– Важный звонок? – только и спросил, не отрываясь от справки.

– Да, встреча со знакомой Йена Флеминга.

– Ну, это нужное дело. А справка-то ничего, – сказал посол, сняв очки. – Давай, Захаров, попьем чайку.

Чай пили с вкусным бисквитным печеньем.

– Кстати, – спросил посол, – ты сам как считаешь, – показав на справку, – вся эта «битломания», это серьезно?

– Серьезно, – сказал Захаров, макая очередной бисквит в чай, – это молодежное движение.

– Просто сумасшествие какое-то, такого раньше не было в Англии? – спросил посол.

– В первую очередь, в Англии, а в Европе тоже уже началось.

– Ты своим сообщал? – спросил посол.

– Конечно, велели ко всему этому присмотреться.

– Ну и присмотрись.

В 20.00, ни минутой раньше, ни минутой позже, к указанному леди Джин Кэмпбелл месту подъехал черный «Роллс-Ройс». Задняя дверь открылась, и женский голос сказал тоном, нетерпящим возражений:

– Ну что ж, заходи уже.

Захарова не надо было упрашивать, он быстро запрыгнул на заднее сиденье. «Роллс-Ройс» тут же тронулся. Рядом с Захаровым сидела леди Джин Кэмпел.

– Ну, здравствуйте, – сказала она.

– Здравствуйте, – ответил Захаров.

Леди Джин протянула ему конверт:

– Это от нашего общего друга. Просил, как только получите это, убрать в сейф.

– А я думал, мы куда-нибудь сходим.

В голосе Захарова было разочарование.

– Сходим, – уверенно сказала леди Джин, – но не сегодня.

«Роллс-Ройс» остановился за квартал от посольства. Захаров быстро вышел, а «Роллс-Ройс» мгновенно растворился в лондонском вечернем воздухе.

В воскресенье Би-би-си показало Королевское Варьете, которое состоялось 4 ноября. Любимые исполнители членов королевской семьи. В зале весь лондонский бомонд, вверху, в ложе, члены королевской семьи. Выступали тут и «Битлз». Джон Леннон даже пошутил, объявляя очередную песню: «Публика на дешевых местах, хлопайте в ладоши! А вы, – он показал на королевскую ложу, – погремите в такт своими ювелирными украшениями».

Первой рассмеялась королева-мать. Шутку оценили. Наутро все английские газеты рассказывали о Варьете и о шутке Леннона. На «Битлз» не обиделись, ведь шутка была безобидной. Некоторые газеты даже назвали ее милой. Да и сами «Битлз» такие милые – так посчитали почти все центральные английские газеты.