Двадцать дней без войны - Страница 72

в очках, Сергею Андреевичу, и последним - себе.

- Пьете зеленый чай?

- Люблю, - сказал Лопатин.

- Я тоже. Ташкентцы больше пьют черный, а мы, ферганцы, - зеленый. Сегодняшнюю сводку слышали?

- Слышал. Хорошая сводка.

- И у нас тоже неплохая. - Юсупов похлопал тяжелой ладонью по лежавшей перед ним на столе пачке листов. - Вчера на двенадцать часов ночи завершили годовой план по двадцати трем видам военной продукции и начали работать в счет будущего года.

На одиннадцати заводах. Из них до войны только один был военный. Четыре переоборудовали, а шесть поставили на пустом месте. Ни от одного эвакуированного завода не отказались, все приняли. А несколько сами забрали. Когда эшелоны с оборудованием на станции Арысь скопились. Знаете Арысь?

- Знаю, - сказал Лопатин.

- Оттуда налево - к соседям, а направо - к нам. Пока соседи колебались, могут ли принять, мы забрали все направо - к себе.

Объяснили, что у нас теплей! Дольше можно на станках под открытым небом работать, прежде чем крышами накроем. - Он довольно усмехнулся, как человек, тогда, прошлой осенью, удачно перехитривший кого-то. - Понял из ваших очерков, что вы там, в Сталинграде, были на заводах, на Тракторном и "Красном Октябре". Так?

- Был.

- А сегодня у нас побудете. Есть у нас завод, на котором выпускаем мины для "катюш". Выдал две тысячи шестьсот мин сверх годового плана. Там через час начнется митинг, попросим вас поехать рассказать о Сталинграде. Выступите вы и Герой Советского Союза сержант Турдыев. Он здешний, у него на этом заводе жена и сын работают. Не слышали о нем в Сталинграде?

- Слышал, - сказал Лопатин, вспомнив фамилию разведчикаузбека, считавшегося погибшим. - Значит, он не погиб?

- Не погиб. Отдыхает здесь после госпиталя. Он по-узбекски расскажет, а вы по-русски. Хоп?

- Турдыев и по-русски неплохо рассказывает, - сказал молчавший до этого Сергей Андреевич.

- Может и по-русски. Это у него еще интересней получается, - усмехнулся Юсупов. - Он первый герой-узбек, который к нам после госпиталя приехал, мы обедать не пошли, ждали, когда его прямо с поезда сюда привезут. Сидел на вашем месте и рассказывал нам, как в Сталинграде "языков" таскал. Такой же здоровый, похожий на меня. Только с большими усами. - Юсупов показал, какие усы у этого Турдыева. - Не только немца - буйвола может на спине притащить. Спрашиваю, как ты, Турдыев, там, во взводе разведки, - один узбек, все остальные русские, как с ними жил? Отвечает: "Хорошо жил. Узбек - узбек поругается, уже война кончится - помнить будет! Русский - узбек поругается, пять минут прошло, говорит: "Юлдаш, закуривай", - уже все забыл!

Русский человек хороший", говорит. Спрашиваю: какая у тебя там работа была, в разведке? Тяжелая? "Очень тяжелая, - говорит. - Восемьдесят - сто килограмм - очень тяжелая". Я сначала не понял, почему восемьдесят - сто килограмм? Объясняет: "Иногда, бывает, такой тяжелый попадается, волокешь язык - тяжелый язык!"

Юсупов рассмеялся, и, когда онОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com