Духовные стихи как жанр фольклора - Страница 8

Стихи «Каин и Авель», «Плач Каина», «Потоп», «Авраамовщина» из сборника П. Бессонова и некоторые другие ветхозаветные стихи, озаглавленные как духовные в дореволюционных журналах, также не вполне могут претендовать на подобное именование. Иначе говоря, причисление их к фольклорным текстам было бы излишней натяжкой.

Заявленный нами в подзаголовке тематический раздел духовных стихов традиционно обозначают иначе – духовные стихи на евангельские сюжеты. Однако каноническое Евангелие лишь незначительно отразилось в стихах. В то же время, это легко объяснимо: зачем перелагать то, что и так известно и авторитетно. Духовные стихи, повествуя о земной жизни Христа и Богородицы52, не столько опираются на Евангелие, сколько восполняют «пробел», рассказывают о том, что очерчено скупо или о чем не говорится вовсе. Исключение составляет лишь стих о Рождестве Христовом, восходящим к Евангелию от Матвея (2; 1—18) и от Луки (2; 1—8).

Стих о Рождестве Христовом появился на русской почве под влиянием белорусских и украинских стихов (они бытуют и по ныне), «которые в свою очередь, испытали влияние католических польских кантычек»53. Рассуждая несколько упрощенно, можно восстановить ход возникновения нашего русского текста. Вначале в польских католических учебных заведениях в качестве заданий семинаристам задавались поэтические сочинения духовного содержания, и на тему Рождества Христова, в том числе. Затем наиболее удачные образцы «спускались в народ», где несколько видоизменялись и стилистически и сюжетно. От польских певцов поэтические тексты перешли в Белую и Малую Русь54, а оттуда были заимствованы русскими каликами. В то же время текстов «освоенных» русскими исполнителями известно немного. Вероятнее всего, этот стих не бытовал на Руси повсеместно, в отличие родины иных наших братьев-славян.

Б.

В.

Первый из приведенных стихов (А.) записан от слепого Алексея Телёнкова (Болоховский уезд), одного из самых лучших исполнителей, чьи стихи собраны в сборнике Бессонова. Однако здесь перед нами стих «книжный», в котором заметно влияние письменного первоисточника (разумеется, непосредственным источником для стиха было не Евангелие, а его переложение).

Второй стих (Б.) является лучшим (и из введенных в научный оборот единственным текстом такого уровня) русским духовным стихом о Рождестве Христовом. Здесь мы видим не только некоторое переложение евангельской истории Рождества – среди даров нет наиболее «непонятного», смирны – но и оценку даров Христом. Не дары нужны, но души. Далее в нескольких строчках осмысляются основные вехи земной жизни Спасителя – избрание Апостолов, их просветительство и благовестие; спасение через крещение. В этом ряду нет только крестной смерти Спасителя. Но это также оправдано: все народные (да и не только) поэтические произведения, посвященные Рождеству Христову традиционно радостны и торжественны.

Третий стих (В.) записан от выдающегося знатока русских обычаев Владимира Ивановича Даля. Сюжет стиха максимально близок украинским и белорусским текстам. По своей поэтике и духовным задачам это совсем иной стих, не стих-назидание, предостережение или обличение, но стих-величание, своим императивом он близок к фольклорному жанру щедровок, прославлений.

Духовные стихи о Рождестве Христовом на русской почве, судя по имеющимся текстам, не являли собой цельных групп вариантов, однако, все же были заметным явлением среди других духовных стихов.

К стихам о Рождестве примыкают стихи об Избиении младенцев, нередко в начале их говорится о рождении Спасителя. Особенно интересен конец стиха —

Думается, что подобный акцент на страдания младенцев, вознаграждаемые Христом, связан с особым местом проблемы «слезинки младенца» в русской, в том числе и народной, культуре. Стих восполняет здесь «недоговорку» Евангелия и ставит все на свои места – объясняет непонятливым и сомневающимся, отчего Христос не объявился царю Ироду, чтобы спасти невинных младенцев – младенцы те уже в раю, объясняет стих.

Однако, эта группа стихов еще более немногочисленна, чем предыдущая.

В то же время существует еще один стих, рассказывающий о избиении младенцев. Это духовный стих «Жена Милосердная», где описывается младенец Христос, бегущий от преследователей и спасающийся благодаря тому, что женщина бросает в печь своего младенца. Христос спасает младенца, он невредим в печи: