Драмы. Новеллы - Страница 38
Изменить размер шрифта:
Лихт (у окна)
Глядите, вон судья Адам. Как будто б
От колеса и плахи он бежал,
С холма на холм по пашне так и лупит!
Вальтер
Как? Это вон судья Адам?
Лихт
Конечно.
Остальные
К поселку вышел, — видите? Гляди!
Парик-то по спине-то так и хлещет!
Вальтер
Вдогонку, писарь! Воротить судью,
Чтоб пущих бед, спасаясь, не наделал.
Конечно, он от службы отрешен.
И я, впредь до особых предписаний,
На эту должность назначаю вас.
Но может статься, кассы и в порядке.
Я б не хотел толкать его к побегу.
Верните же его скорей, прошу вас!
Лихт уходит.
Явление последнее
Те же, без Лихта.
Марта
Скажите, ваша милость, где найти мне
Правительство в Утрехте?
Вальтер
А на что вам?
Марта (чувствительно)
На что? Да как же… Разве мой кувшин
Не требует суда и воздаянья?
Вальтер
Конечно. На большом базаре. Вторник
И пятница — присутственные дни.
Марта
Так я туда отправлюсь на неделе.
Занавес
ПЕНТЕСИЛЕЯ
Трагедия
Перевод с немецкого Ю. Корнеева.
Действующие лица
Пентесилея, царица амазонок[40].
Протоя, Мероя, Астерия — знатные амазонки.
Верховная жрица Дианы[41].
Ахилл[42], Одиссей[43], Диомед[44], Антилох[45] — греческие цари.
Автомедон — возничий Ахилла.
Греки, амазонки.
Место действия — поле сражения под Троей[46].
Явление первое
Входят с одной стороны Одиссей и Диомед; с другой — Антилох; за ними свита.
Антилох
Цари, привет мой вам! Какие вести
С тех пор, как я под Троей видел вас?
Одиссей
Дурные, Аитилох. Вон там, в полях,
Сцепились, словно два голодных волка,
Отряды греков с войском амазонок,
Хоть, видит Зевс, причины нет к вражде.
И если не уймет их гневный Марс[47],
Не образумит Феб[48] и не рассеет
Громо́вою стрелой тучегонитель,
То дотемна зубами перервут
Свирепые бойцы друг другу глотки.
Подать мне шлем воды!
Антилох
О мать-природа
Что сделали мы этим амазонкам?
Одиссей
Ахилл и я с дружиной мирмидонской
Им двинулись навстречу по совету
Атрида[49]. Слух прошел, Пентесилея,
Покинув дебри Скифии далекой,[50]
Чтоб снять осаду с города Приама[51],
Через ущелья гор ведет на Трою
Бесчисленных и смелых амазонок,
Которым кожа змей одеждой служит.
Мы узнаем на берегу Скамандра[52],
Что с войском сын Приама Деифоб[53]
Из Илиона[54] выступил поспешно,
Чтоб с честью встретить ту, кто помощь Трое
Готова оказать. Мы не идем —
Летим в надежде пагубную встречу
Двух нам враждебных сил предотвратить.
Путь был извилист. Мы всю ночь шагали,
Но чуть заря на небе заалела,
Изумлены мы были, Аптилох,
Увидев, что в долине перед нами
Дарданцев[55] Деифоба амазонки
Безжалостно громят. Пентесилея
Рассеивает пред собой троянцев
И гонит, словно тучи в небе вихрь, —
Как будто их сперва за Геллеспонт[56],
Потом за грань земли смести собралась.
Антилох
Клянусь богами, странно!
Одиссей
Мы сомкнулись,
Чтоб к отступленью путь закрыть троянцам,
Лавиною катившимся на нас,
И ощетинились стеною копий.
Остановился Приамид[57], а мы
Посовещались и решили встретить
По-дружески царицу амазонок,
Замедлившую бег победный тоже.
Могло ли быть решение иным?
Спроси Афину[58] я, она сама
Разумнее совета не дала бы.
Клянусь Аидом[59] черным, эта дева,
Вмешавшаяся так нежданно, словно
Она упала с неба, в нашу распрю,
Должна примкнуть к одной из двух сторон;
А мы, коль скоро тевкрам[60] враг она,
Союзницу обязаны в ней видеть.