Дом на холме - Страница 20

– Какой вздор! – Она подхватила портфель.

Никодемас только пожал плечами.

– Здравствуй, меня зовут Эмилия, а тебя? – Заплаканные глаза смотрели испуганно.

– Робин, – гнусаво отозвалась их обладательница.

– Очень приятно.

– Правда? – недоверчиво уточнила девочка.

– Чистейшая! – заверила Эмили. – Почему ты плачешь?

– Меня игнорируют или дразнят – и тебя будут, если со мой станешь водиться. – Робин шмыгнула носом.

– Пусть попробуют. – Орин сделался теплым.

Успокоившись, заплаканная ученица вытерла рукавом круглое покрасневшее лицо. Складывалось ощущение, что мисс Варлоу – единственное живое существо, обращающее на нее хоть какое-то внимание. Остальные одноклассники проходили мимо с безразличными минами.

– Робин, у тебя свитер наизнанку, – решилась сообщить Эмили. – Может, поэтому ребята смеялись?

– Ой! – Бедняжка только заметила подобное неприятное обстоятельство. – Спасибо. Можешь звать меня Роби или еще короче – просто Би.

– Тогда я Эмми. – Заводить друзей значительно проще, чем казалось раньше. – До завтра.

– До завтра! – Робин окончательно перестала плакать и улыбнулась.

С чувством выполненного долга Эмилия вернулась к своей последней парте за портфелем. Би производила впечатление девочки умной, хоть и рассеянной. Подумаешь, какой-то свитер! Разве это повод считать человека неудачником?

Просунув руки в лямки, она направилась к выходу. Тут кто-то ощутимо толкнул Эмилию в бок.

– Кто водится с дурочками и рохлями – сам такой, – небрежно бросила кудрявая вредина.

– …сам такой, – эхом повторила ее подруга.

Демонстрировать двум злюкам язык было как-то несолидно, что ли. Самым разумным показалось просто их не заметить.

– Дождалась? – Никодемас подпирал плечом стенку. – Теперь не отстанут.

– Ты что, их боишься? – Эмили подняла бровь.

– Берта Прейвери – дочь директрисы! Ей все можно, – ядовито процедил тот.

– И что? – девочка удивилась еще сильнее. – Это что, дает право обижать других? Не думаю. Согласен?

– Согласен, – заверил мальчик. – Но вселенная не согласна.

В холле уже ждала Альхен в своем необычном жемчужном одеянии. Большие часы показывали без четверти три.

– Соскучилась? – мадам Александра приняла из рук Эмили портфель.

– Некогда было, – честно ответила девочка.

– Прощайтесь, у нас еще много дел, – поторопила кухарка.

Никодемас махнул подруге рукой и исчез в толпе.

Новенькие учебники стопкой лежали на столе в детской, а на ручке шкафа на плечиках висела наглаженная форма. Впечатления, полученные за день, будоражили снова и снова: стоило зажмуриться, как перед глазами начинали плясать пестрые картинки.

Эмили открыла учебник по Начертательной Символогии и развернула перед собой лист. Делать домашнее задание не было особого желания, но как иначе заставить мысли прийти в порядок?

– «Дано», – написала она и задумалась.

… две высокомерные крысы и несчастная Би…

– Бррр! – Эмилия затрясла головой.

Опять заглянув в книжку, она с горем пополам заполнила условие. Самым приятным оказалось чертить. Ровненькие линии соединяли намеченные точки: тупоугольный треугольник. Прямо как местные правила… Сделав над собой титаническое усилие, Эмили закончила первую задачу.

Дверь бесшумно отворилась, и в комнату вошла мама:

– Успокой меня, моя дорогая, – начала она. – Скажи, что в школе не так ужасно.

– Мне понравилось! – Эмилия отложила перо. – Посмотри, пожалуйста: правильно?

Миссис Варлоу подплыла поближе, пристроила куда следует очки, висевшие на изящной серебряной цепочке, и склонилась над учебником. Потом подняла лист и принялась внимательно читать.

– Это черновик, – спохватилась девочка, заметив придирчивое выражение лица матери.

– Тогда претензий нет, – сообщила та.

Леди Аэрин не стала задерживаться в детской, но пообещала проверить домашнюю работу целиком. Остальные две задачи оказались точно такими же – несложными. Пообещав себе переписать все в чистовик после ужина, Эмили преспокойно выбралась в коридор.

Отец еще не вернулся из города, так что в библиотеке никого не было. Девочка взобралась на стул и стала рассматривать красивую коробку, в которой папа хранил свои сигары. Внимание привлекла аккуратно свернутая газета, краешком торчащая из-под стопки бумаг. Вообще-то Эмили не читала газет – но все когда-нибудь бывает в первый раз.

«Пригородные мошенники: Кто они?», «Изгои. Мифы и реальность (Специальное расследование)», – и так далее, и тому подобное. На полях папа явно что-то записывал, но разобрать его почерк мисс Эмилия не могла, как ни старалась. Задерживаться в библиотеке дольше она не видела смысла.

Намереваясь отыскать Люса и поговорить с ним, девочка спустилась на первый этаж. Холл представлял собой подлинное произведение искусства! Широкие перила лестницы заканчивались умными волчьими мордами, а потолок, на который рукой мастера нанесены портреты далеких предков, казался недосягаемо высоким. Точно в центре зала располагался изящный круглый фонтан: на постаменте из белого камня стояла босая девочка, одной рукой опиравшаяся на огромного лохматого пса, а другую протягивавшая вперед. С открытой ладони весело срывалась звонкая струйка кристально чистой ледяной воды.

Фигуры выглядели совсем как живые! Зверь гордо выпячивал грудь и сверкал выпуклыми глазами, а девочка счастливо улыбалась. Отец говорил, что этот фонтан на заказ сделали настоящие гномы очень-очень давно. Только Эмилия все равно считала, что коттедж у изгороди уютнее.

До ушей донесся характерный свист, с каким сталь рассекает воздух. Единственное место во всем доме, которое может служить источником подобного – трофейная, длинная зала, расположенная на первом этаже, увешанная чучелами и заставленная полками до половины. Люсьен часами пропадал там. В трофейной было собрано все, что осталось после того, как прапрадед Вильгельм Варлоу проиграл большую часть состояния в карты.

Разумеется, леди Аэрин считала, что дочери нечего делать в зале, «наполненной опасными для жизни предметами», сама же Эмилия стремилась в трофейную, точно мотылек на огонь.

Воспользовавшись тем, что остановить ее было некому, Эмили прокралась к заветному входу и осторожно посмотрела в щелочку. Ничего не увидев со своей позиции, она все же решила прокрасться вдоль стеллажей.

По гладкому дощатому полу в глубине плавно скользил Люс, клинком разгоняя незримых врагов. Обнаружив компанию, друг замер:

– Как прошло? – Он ловко очертил в воздухе дугу и отправил клинок в ножны.

– Здорово, – девочка приблизилась.

– А по голосу не скажешь, – скептически заметил Люсьен, водружая оружие на место. – Какие-то проблемы?

– Что делать, если кто-то кого-то считает неудачником и обижает его только потому, что у того первого «кого-то» мама директриса? – наконец, выдавила из себя Эмили.

– Не говори со мной загадками, – серьезно попросил тот. – Ты же хочешь получить совет? Вот не пойму я тебя правильно и ошибусь. Что тогда?

Мисс Варлоу пристыжено потупилась.

– У нас в классе есть девочка по имени Робин, – рассказывать вдруг стало легко. – Она сегодня весь день проходила в свитере наизнанку. И никто ей не сказал. А еще есть две… точнее, одна по имени Берта, и ее «отражение», которые считают себя лучше всех.

– В каждом классе есть такие, – справедливо заметил Люсьен, вешая себе на шею полотенце.

– И как с ними бороться? – Эмили с надеждой посмотрела другу в глаза.

– Единого рецепта нет, – ответил тот, но, заметив, как погрустнела девочка, взял ее за руку и вывел из трофейной.

В холле парочка присела на бортик фонтана.

– Вот вода. – Люс кивнул в сторону звонкой струи. – Что если попробовать ее ударить?

Он размахнулся и хлестнул поперек блестящей ленты. Раз, другой, еще… но ничего, кроме брызг, не выбил.