Дом Грома - Страница 12

– По какому поводу поступил в нашу больницу этот пациент? – спросил Макги у миссис Бейкер.

– Ему завтра предстоит операция, – ответила медсестра. – Доктор Витецкий будет удалять ему две кисты в области поясницы.

– Не в области позвоночника?

– Нет. В жировых тканях. Довольно крупные по размеру.

– Доброкачественные? – уточнил Макги.

– Да. Но я предполагаю, что они доставляют ему немало беспокойства, так как глубоко укоренились в теле.

– Он поступил сегодня утром?

– Да.

– И его фамилия Ричмонд. Вы уверены в этом?

– Да.

– Но раньше его фамилия была Харш, – настаивала на своем Сюзанна.

Миссис Бейкер сняла очки и оставила их болтаться у нее на груди на цепочке. Она потерла переносицу, испытующе посмотрела на Сюзанну и спросила:

– Сколько лет было этому Харшу в момент убийства Джерри Штейна?

– Он был самым старшим по возрасту среди студентов своего курса, – ответила Сюзанна. – То есть ему исполнился двадцать один год.

– Тогда мне понятно, в чем ошибка, – облегченно вздохнула медсестра.

– В чем? – спросил Макги.

Миссис Бейкер вновь нацепила очки на нос и объяснила:

– Дело в том, что Биллу Ричмонду едва исполнилось двадцать лет.

– Этого не может быть, – прошептала Сюзанна.

– Вспомнила. Ему как раз двадцать один год. То есть когда убили Джерри Штейна, ему было от силы восемь лет.

– Но ему не может быть столько лет, – возбужденно воскликнула Сюзанна. – Ему сейчас тридцать четыре года.

– Да, он действительно не выглядит как мужчина, которому исполнился двадцать один год, – согласилась медсестра. – Он выглядит гораздо моложе. Гораздо моложе. Он скорее напоминает ребенка. И если он по какой-то причине скрывает сейчас свой возраст, то уж наверняка прибавляет себе несколько лет, но никак не отнимает.

Темнота за окнами опять осветилась молнией, и новый раскат грома прокатился по мрачному небу. Доктор Макги посмотрел на Сюзанну и спросил:

– На сколько лет выглядел человек, напугавший вас около лифта?

Она начала обдумывать ответ, чувствуя, как с каждой секундой сердце уходит в пятки.

– Ну… он выглядел точно так же, как Эрнест Харш.

– Точно так же, как выглядел Эрнест Харш тринадцать лет назад?

– О-о… да.

– Он выглядел как студент, которому совсем недавно исполнился двадцать один год?

Сюзанна в ответ обреченно кивнула.

Макги продолжал уточнять:

– Таким образом получается, что вам он не показался человеком тридцати четырех лет?

– Нет. Но, может быть, он так хорошо сохранился. Иногда тридцатилетние выглядят лет на десять моложе. – Сюзанна была смущена явным несоответствием возраста, но насчет личности человека у нее не было никаких сомнений. – Это точно Харш.

– Может быть, здесь просто случай сильного сходства двух людей? – предположила миссис Бейкер.

– Нет-нет, – настаивала на своем Сюзанна. – Это он, здесь не может быть сомнений. Я узнала его и увидела по его глазам, что он узнал меня. И теперь я вновь чувствую, что мне угрожает опасность. Ведь именно из-за моих показаний он отправился в тюрьму. Если бы вы только видели его, когда он сверлил меня глазами в зале суда…

Макги и миссис Бейкер застыли в молчании, устремив взгляды на Сюзанну, и в этих взглядах было что-то очень напоминающее ей все тот же зал суда, когда она стояла и слушала приговор. Она какое-то время смотрела в глаза своих собеседников, но затем отвела взгляд в сторону, так как не могла вынести тяжести сомнений, которые без труда читались в их глазах в ходе этого безмолвного диалога.

– Послушайте, – нарушил молчание Макги. – Я сейчас пойду и посмотрю документы на этого пациента. Может быть, даже поговорю с ним самим. Надеюсь, это каким-то образом разъяснит ситуацию.

– Да, я в этом уверена, – выдохнула Сюзанна, понимая всю безнадежность своего положения.

– Если он действительно окажется Харшем, мы примем меры, чтобы он не смог приблизиться к вашей палате. А если это совершенно другой человек, вы сможете вздохнуть свободно и больше не будете об этом беспокоиться.

«Но это же он, черт возьми!»

Так подумала Сюзанна, но вслух не сказала ничего, только кивнула Макги.

– Я вернусь через несколько минут, – сказал он.

Сюзанна молча рассматривала свои бледные, исхудавшие руки.

– С вами все будет в порядке? – уточнил Макги.

– О да. Будьте уверены.

Она почувствовала, что между медсестрой и врачом состоялся какой-то безмолвный диалог, но глаз не поднимала.

Макги вышел из палаты.

– Сейчас все очень быстро прояснится, моя милая, – успокаивающим тоном промолвила миссис Бейкер.

За окнами новый раскат грома сорвался с неба с грохотом падающей лавины.

Близилась ночь. Буря за окном унесла с собой последние отсветы осеннего дня. Сумерки надвинулись раньше обычного.

– Его зовут Билл Ричмонд, и это совершенно точно, – было первое, что произнес Макги, когда вернулся в палату.

Сюзанна почувствовала, как ее тело безвольно обмякло в кровати, но все еще не могла поверить.

Они были теперь вдвоем в палате. Было время пересменки, и миссис Бейкер отправилась домой.

Макги вертел в руках стетоскоп.

– И возраст этого человека – совершенно точно – двадцать один год.

– Но, насколько я могу понять, вы отсутствовали недолго, значит, ваши выводы основываются только на том, что вы смогли прочитать в медицинской карте. Это ничего не доказывает. Этот человек вполне мог ввести доктора в заблуждение, поверьте мне.

– Да, но оказалось, что Леон – я имею в виду доктора Витецкого – знал даже родителей этого парня.

Их звали Грейс и Гарри Ричмонд, и они были его пациентами на протяжении двадцати пяти лет. Витецкий сказал, что он принимал роды у Грейс Ричмонд трижды. И это происходило в этой самой больнице.

Уверенность в своей правоте таяла, Сюзанна начала сомневаться в том, что еще минуту назад казалось ей неоспоримым.

Макги продолжал:

– Леон в качестве семейного доктора лечил все детские болезни Билла Ричмонда. Он уверен на сто процентов в том, что тринадцать лет назад, когда Эрнест Харш убил Джерри Штейна, Биллу Ричмонду было восемь лет и он занимался тем, чем занимаются все восьмилетние дети. И жил он тогда здесь, а вовсе не в Пенсильвании.

– За три тысячи миль отсюда, – эхом отозвалась Сюзанна.

– Вот именно.

Сюзанна казалась сломленной под тяжким грузом сомнений и тревоги.

– Но он выглядит точно так же, как Харш. Когда он сегодня днем вышел из лифта мне навстречу, когда я посмотрела в его глаза, в его проклятые серые глаза, клянусь…

– О, я уверен, что вы бы не стали поднимать панику, если бы не было серьезной причины, – без тени иронии сказал Макги. – Я уверен, что это просто случай абсолютного сходства.

Несмотря на весьма дружелюбные чувства к Макги, в данный момент Сюзанна была обижена на него из-за небольшого оттенка превосходства, который она уловила в его тоне. Волнение и обида придали ей сил, она выпрямила спину и, чтобы показать свою решимость, уперлась руками в бока.

– Это не просто сходство. Он как две капли воды похож на Харша.

– Да, конечно, но вы не должны забывать о том, что с тех пор, как вы видели убийцу, прошло довольно много времени.

– Что из этого?

– Вы вполне могли забыть что-нибудь из его облика.

– О нет, я помню его. Великолепно помню. Этот Ричмонд одного с ним роста, наверняка одного веса и сложен он точно так же, как Харш.

– У него довольно распространенный тип фигуры.

– Такие же светлые волосы, такое же квадратное лицо, такие же глаза. Такие светло-светло-серые, почти прозрачные. Много людей с такими глазами? Нет. Если их сравнивать, то Билл Ричмонд и Эрнест Харш – двойники. Это не простое сходство. Это гораздо загадочней. Это просто дьявольское сходство.

– О’кей, о’кей, – Макги жестом руки остановил Сюзанну. – Возможно, они поразительно похожи друг на друга, возможно, они – двойники. Если мы имеем дело с таким случаем, значит, просто произошло удивительное совпадение – вы встретили в своей жизни двух одинаковых людей, встретили их в разное время, в разных концах страны; но это все равно не более чем совпадение.