До свидания, мальчики! - Страница 129

оздухе затекшей рукой и стал ее растирать. Я поднял грот. Волны били в правую скулу, и яхту заливали брызги. Море ревело, и нельзя было разговаривать. Хорошо, когда брызги падают в лицо. И нельзя разговаривать, потому что тогда не видно, что человек плачет.

Мы ушли в открытое море и на траверзе маяка повернули в порт. Берег и город состояли из трех цветов: белого, желтого и зеленого. Я и Витька за три часа хода несколько раз менялись местами, и все равно у нас задеревенела правая рука, которой приходилось выбирать шкот. Сашку в такую погоду нельзя было пускать на руль, потому что он плохо чувствовал парус. Когда открылся порт, я сменил Витьку на руле. Мы пронеслись сквозь строй военных кораблей и только тогда поняли, с какой скоростью шла яхта. Сигнальщик на баке линкора «Парижская коммуна» просемафорил флажками: желаю благополучно причалить. Идти к причалам нечего было и думать. Даже баркасы отвели от них, и они дергались на якорях. Я решил выброситься на берег и показал рукой, где буду выбрасываться. Витька сидел рядом со мной и на всякий случай держал наготове якорь. Сашка присел в носовой части с буксирным концом. На берегу стоял Павел и с ним человек пять. Я разогнал яхту и перед самым берегом сбил парус. Сашка метнул канат. Павел поймал его и стал быстро выбирать. Яхта на волне вылетела на берег и зарылась килем в сухой песок. Мы сошли на берег. Перед глазами у меня все качалось, и земля уходила из-под ног. Подошел Павел. Он нагнулся ко мне и прокричал:

– С вас пол-литра, профессора.

Меня мутило, и я ушел в кусты. Потом в кусты поочередно ходили Витька и Сашка.

– Идиот, несчастный идиот! Почему ты не предупредил нас, что идешь к Инке? – спросил Сашка, когда мы вышли из порта.

– Сашка, не приставай, – сказал Витька.

– Мотайте быстрей в военкомат, – сказал Павел.

Он вышел из ворот порта вместе с нами, и я только сейчас заметил, что он в своем выходном костюме и слегка пьян.

Мы пришли в военкомат с зелеными лицами. Лейтенант Мирошниченко посмотрел на часы, сказал:

– Посадить бы вас суток на десять. Расписывайтесь.

Я расписался в каких-то двух книгах и сам не знал, за что расписываюсь. Сашка получил железнодорожный литер, направление и деньги. А я и Витька только направление.

– Проездные документы и кормовые у Переверзева, – сказал лейтенант. Потом он долго смотрел на нас. – Начальству виднее. Может быть, что-то из вас и получится, – сказал он.

– Можно идти? – спросил я.

– Идите. На вокзале быть ровно в десять ноль-ноль. Поезд из-за вас задерживать не будут.

Мы прошли по пустому и гулкому коридору. Рабочий день в военкомате кончился, и никого, кроме дежурного, не было. Он проводил нас во двор и запер дверь.

14

Все, что я брал с собой: пара белья, ложка, кружка, носки, – все поместилось в старом мамином портфеле.

– Это несерьезно. Неужели больше ничего не надо брать? – спросила мама.

– Тут же все сказано. Проверяй: пара нательного белья, верхняя одежда, носки (или портянки), кружка, ложка, – читалОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com