Дневник - Страница 98

ез пару дней после Рождества, Мисти позвонила маме. Сидя в доме Уилмотов за запертой дверью, Мисти перебирала бижутерию, подаренную Питером за время свиданий, поддельные самоцветы и фальшивый жемчуг. На автоответчике Мисти выслушала дюжину напуганных маминых сообщений. Когда Мисти наконец собралась и позвонила на их номер в Текумеш-Лэйк, мама молча повесила трубку.

Беда была невелика. Немного всплакнув, Мисти больше никогда не звонила маме.

Опять же, остров Уэйтензи куда больше походил на дом, чем удавалось трейлеру.

Пожарная сигнализация гостиницы все звенит, и по ту сторону двери кто-то зовет:

– Мисти? Мисти Мария? – стучат. Мужской голос.

А Мисти отзывается – «Да?»

Звон становится громче при открытой двери, потом стихает. Какой-то мужчина говорит:

– Боже, как здесь воняет! – и это Энджел Делапорт, явившийся ее спасти.

Просто на заметку: погода сегодня неистова, тревожна и немного суматошна из-за Энджела, сдирающего с ее лица липкую ленту. Он вынимает из ее руки кисть. Энджел шлепает ее по лицу, по разу на щеку, и говорит:

– Вставайте. У нас мало времени.

Энджел Делапорт так шлепает ее по лицу, как отпускают пощечину девкам на мексиканских каналах. А вся Мисти – кожа да кости.

Гостиничная пожарная сигнализация все звонит и звонит.

Щурясь на солнечный свет из одинокого окошка, Мисти просит. «Стойте». Мисти говорит, мол, он не понимает. Она должна рисовать. Это все, что ей осталось.

Картина перед ней – квадратик неба, исполосованного белым и голубым, все незаконченное, но занимает весь лист бумаги. У стены возле двери выстроены другие картины, развернутые к стене лицевой стороной. У каждой на обороте карандашом проставлен номер. Девяносто восемь. На другой – девяносто девять.

Сигнализация все звонит и звонит.

– Мисти, – говорит Энджел. – Не знаю, что это за экспериментик, но с вас довольно, – он идет к чулану, вынимает халат и сандалии. Возвращается, и втыкает в них ее ноги, продолжая. – Должно уйти около двух минут, пока люди выяснят, что тревога ложная.

Энджел просовывает руку ей под мышки, и тянет Мисти на ноги. Складывает руку в кулак и стучит по гипсу, со словами:

– А это еще к чему?

Мисти спрашивает – зачем он здесь?

– Пилюля, которую вы мне дали, – рассказывает Энджел. – Вызвала у меня худшую мигрень за всю мою жизнь, – набрасывает ей на плечи халат и продолжает. – Я дал ее на анализ химику, – продевая в рукава халата ее натруженные руки, он рассказывает. – Уж не знаю, что у вас за врач, но в этих капсулах – порошок свинца с примесями мышьяка и ртути.

Токсичные компоненты масляных красок: «красный Ван Дейка», ферроцианид; «йодистый алый», ртутный йодид; «снежный белый», карбонат свинца; «кобальтовый фиолетовый», мышьяк – все эти прекрасные составляющие и оттенки, которые так ценят художники, но которые смертоносны. Мечта создать шедевр, которая сворачивает мозги, а потом убивает тебя.

Ее, Мисти Марию Уилмот, отравленную наркоманку, одержимую дьяволом, Карлом Юнгом и Станиславским,Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com