Дневник - Страница 114

и уютную жизнь в мире и согласии.

Сидя сейчас с тобой, Мисти склоняется и целует тебя в отекший красный лоб.

Ничего, что ты никогда не любил ее, Питер. Зато Мисти любила тебя.

Хотя бы за веру в то, что она может стать великой художницей, спасительницей. Чем-то большим, нежели техник-иллюстратор или график. Даже большим, нежели человек. Мисти любит тебя за это.

Ты чувствуешь?

Просто на заметку, она жалеет об Энджеле Делапорте. Мисти жалеет о том, что тебя воспитали в духе такой припезденной легенды.

Жалеет, что однажды повстречала тебя.

27 августа – Новолуние

ГРЭЙС ВЕРТИТ ЛАДОНЬЮ В ВОЗУХЕ между ними двумя, – под прозрачным лаком пожелтевшие щербатые ногти, – и просит:

– Мисти, дорогая, повернись, покажи мне, как оно сидит сзади.

Когда Мисти впервые предстает перед Грэйс, в вечер художественной выставки, первые слова Грэйс:

– Я знала, что платье будет смотреться на тебе замечательно.

Это старый дом Уилмотов на Буковой улице. Дверь в ее старую спальню здесь запечатана листом прозрачного целлофана и желтой полицейской лентой. Как временная капсула. Как дар будущему. Сквозь целлофан видно, что матрац убран. С прикроватной лампы снят абажур. Обои над передней спинкой кровати испорчены каким-то темным потеком. Почерк кровяного давления. А на подоконнике и дверной раме белая краска испачкана черной пудрой для отпечатков пальцев. Глубокие свежие следы пылесоса исчерчивают ковер. Невидимая пыльца отмершей кожи Энджела Делапорта собрана шлангом на анализ ДНК.

Твоя старая спальня.

На стене над пустой кроватью висит рисунок, написанный Мисти с антикварного кресла. С закрытыми глазами, там, на Уэйтензийском мысу. С галлюцинацией статуи, которая пришла убить ее. Он забрызган кровью.

Сейчас, при Грэйс в противоположной по коридору спальне, Мисти советует с ней не шутить. Снаружи стоит машина полиции с континента, дожидаясь их. Если Мисти не выйдет в течение десяти минут, они ворвутся, паля из пистолетов.

А Грэйс присела на сверкающий табурет с розовой обивкой, у внушительного туалетного стола; повсюду перед ней по стеклянной крышке разложена косметика и украшения. Серебряное карманное зеркальце и щетки для волос.

Сувениры, оставленные благосостоянием.

И Грэйс произносит:

– Tu es ravissante ce soir, – говорит. – Ты очаровательна этим вечером.

У Мисти теперь появились скулы. И ключицы. У нее костлявые, белые, выпирающие плечи, прямые как тремпель, торчат из платья, которое в своей прошлой жизни было свадебным. Платье спадает от выреза на плече, собранный складками белый атлас, уже болтающийся и мешковатый, потому что Грэйс обмеряла ее целых несколько дней назад. Или недель. А лифчик и трусы так велики, что Мисти решила обойтись без них. Мисти худа почти как ее муж, иссушенный скелет, через который машины прокачивают витамины и воздух.

Худа как ты.

Волосы стали длиннее, чем до происшествия с коленкой. Кожа отбелилась до белоснежного от такого долгого пребывания в четырех стенах. У Мисти талия и впалыеОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com