Дикое золото - Страница 98
Изменить размер шрифта:
– Ваши с ним отношения имеют какую-то финансовую подоплеку?
– Вообще… – замялся Покитько. – Жизнь здесь не столь уж дешева. Мне выдают по двадцать рублей в месяц. Но, поймите, я же, по сути, не сообщаю ничего!
Бестужев хохотнул про себя. Что ж, кое-что проясняется. Очень может быть, что в отчетах Рокицкий указывает несколько иные суммы. Проверить его невозможно: никакое начальство не вправе интересоваться у офицера именами его секретных сотрудников, так что для нечистых на руку типов вроде Рокицкого имеется определенный простор…
– И это все из странного, что с вами случалось?
– Не совсем. Сейчас, когда вы так подробно все обрисовали, мне и самому стало казаться подозрительным… Понимаете ли, вот уже с месяц мне просто-таки набивается в приятели один человек…
– Кто?
– Вы его знать не можете. Даник…
– Бакалейный торговец?
– Он самый.
– Так-так-так… – сказал Бестужев. – А вот это уже гораздо интереснее… Ну-ка!
– Понимаете ли, культурная жизнь здесь, собственно, пребывает в зачаточном состоянии, и интеллигентный человек поневоле вынужден…
– Пойти в ресторан и хлопнуть рюмочку, – весело продолжил Бестужев, видя его замешательство. – Не смущайтесь, это и с людьми неинтеллигентными, вроде меня, случается. Значит, вы пошли…
– В «Старую Россию», в ресторан при гостинице. Там иногда можно послушать музыку…
– И завести приятные знакомства, верно? – подмигнул Бестужев. – Не смущайтесь, Виталий Валерьянович, ничего в том нет предосудительного. Можете поверить мне, сатрапу: даже ваш кумир, граф Толстой, по достовернейшим данным, будучи в соку, обожал эти… приятные знакомства. А вы, тем более, молоды, семьей не обременены, мужчина видный и умный…
Лестью добиться от интеллигента можно многого. Узнав о себе, что он видный и умный, щупленький недомерок Покитько, по глубокому убеждению Бестужева, особым умом не блиставший отроду (иначе не стал бы, в частности, брать на хранение от знакомых пакеты, не интересуясь их содержимым), расцвел на глазах. И принялся довольно живо и связно рассказывать, как в ресторане к нему подсел Даник, как они вместе пили, а потом и развлекались в компании «приятных знакомств» (эту часть рассказа Покитько передавал главным образом мимикой и жестами). Потом собеседник заметно посерьезнел:
– Алексей Воинович, я же все-таки не глуп. С тех пор он ко мне буквально липнет. В гости навязался, на квартире теперь бывает частенько, чуть ли не каждый вечер тащит развлекаться… и, главное, платит! У меня не хватило бы финансовых средств на столь регулярное веселое времяпрепровождение…
– Быть может, все объясняется гораздо прозаичнее? – спросил Бестужев. – Купчишка, мурло, персонаж Островского, подсознательно ищет общества интеллигентных людей? К культуре тянется? Вы ведь петербуржец, повидали мир и людей…
– Да все это ему абсолютно неинтересно! – в сердцах сказал Покитько. – Ни мир, ни люди, ни Петербург… Амёба, простите! Чистейшей воды амёба! Одноклеточный вибрион! Я пытался первое время развивать егоОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com