Державный плотник - Страница 42

так и льются!

- А я, сестрички, ноне ночью, наведаючись до стельной коровушки, видела, как в трубу того дома, где остановился царь, огненный змий влетел... Вижу это я, летит он по небу, хвост так и пышет! У меня инда поджилки затряслись, и бежать не смогу...

- А ты б перекстилась, голубка.

- Кстилась, ягодка... А он, змий-ат, как глянет на меня, так еле-еле в коровник вползла... А он как зашумит, зашумит! Я - глядь, а он в трубу, инда искры полетели.

- То-то ноне у нас всю ноченьку собака выла, - воет, воет!

- Ох, последни, последни денечки подошли, милые мои, о-о-хо-хо!.. Прощай, белый свет!

Но нарвскому поражению положительно радовались попы и черная братия.

- Сказано бо в "Апокалипсисе", - ораторствовал отец казначей, почесывая все еще болевшую от царевой дубинки спину: "И видех, и се конь бледь, и седящий на нем, имя ему смерть, и ад идяше в следе его, и дана бысть ему область на четвертой части земли убити оружием и гладом, и смертию, и зверьми земными"...

- И птицами небесными, - добавил отец-эконом, - вон и ноне все еще летят туда птицы, - указал он на небо.

В это время за монастырской оградой послышалось:

А бу-бу-бу-бу-бу,

Сидит ворон на дубу,

Он играет во трубу...

- Вон и Панфилушка, человек Божий, про воронье поет, - пояснил отец эконом.

- А все-таки, отцы и братия, надоть сымать колокола, - сказал отец архимандрит.

Но едва услыхали об этом бабы, плач раздался по всему городу.

19

Мрачный сидит у себя князь-кесарь. Перед ним доверенный дьяк из приказа.

- Вон пишет из Новгорода сам, - вертит в руке князь-кесарь бумажку.

- Сам государь-батюшка? - любопытствует дьяк.

- Он!

- Ну-кося, батюшка-князь?..

- Пишет мне: "Пьяная рожа! Зверь! Долго ль тебе людей жечь? Перестань знаться с Ивашкою Хмельницким..."

- Это то есть хмельным заниматься?

- Да, пьянствовать... "Перестань, пишет, знаться с Ивашкою Хмельницким: быть от него роже драной..."

- Ахти-ахти, горе какое! - испуганно говорит дьяк. - Как же это?

- Да как! Я вот и отписываю ему: "Неколи мне с Ивашкою знаться, всегда в кровях омываемся..."

- Подлинно "в кровях омываемся", - покачал головою дьяк.

- "Ваше-то дело, - продолжал читать князь-кесарь, - на досуге стало держать знакомство с Ивашкою, а нам недосуг..."

- Так, так... По всяк день "в кровях омываемся", - продолжал качать головою дьяк. - Вот хуть бы сие дело, с Гришкою Талицким, во скольких кровях омывались мы!

- Побродим и еще в кровях... На сие дело и намекает он... А скольких еще придется нам парить в "бане немшенной и нетопленной" (так называли застенок).

- Многонько, батюшка князь.

- Так на завтрее мы с Божьей помощью и займемся, Онисимыч.

- Добро-ста, батюшка князь, - поклонился Онисимыч, мысленно повторяя: "Подлинно в кровях омываемся".

Итак, с утра "с Божьей помощью" и занялись.

В приказ позваны были сергиевский поп Амбросим да церкви Дмитрия Солунского дьякон Никита и объявили в един голос:Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com