Деревушка - Страница 103

робовали, говорят. Да он не берет".

Тут Князь поглядел на них и давай их срамить, а на язык он был остер и возражений не терпел и так обернул дело, что они, мол, думают, что "подмазать" - значит официально вручить деньги через банк да, может, еще сходить в сенат за разрешением, а они стоят и молча все это глотают, потому что ведь он-то Князь. Только был среди них один, который там служил еще во времена Князева папаши. Он, бывало, качал Князя на коленях, когда тот был еще мальчишкой, даже сделал ему маленькие вилы и научил ими пользоваться, тренируя его на китаёзах, итальяшках и полинезийцах, пока у того руки не окрепли настолько, что его допустили над белыми людьми орудовать. Ему это не понравилось, и он поднял голову, и поглядел на Князя, и говорит:

"Ваш батюшка еще почище обмишулился, и то его никто не попрекал. Или, может, большому кораблю большое плаванье..."

"А вас, значит, меньшой попрекает, так?" - огрызнулся Князь. Но и ему вспомнились минувшие дни, когда старик ухмылялся радостно и гордо, глядя на его неуклюжие мальчишеские проделки с отходами лавы и серы и всякое такое, а вечером, бывало, не нахвалится старому Князю: так вот, мол, провел парнишка день, да этакую выдумал для несчастного итальяшки или китаёза штуку, до какой и взрослые-то еще не додумались, Тут он извинился, успокоил старика и говорит.

"Что вы ему предлагали?"

"Наслаждения".

"Ну?.."

"У него свои есть. Он говорит, что для человека, который только жует, всякая плевательница хороша".

"Что еще?"

"Суетные радости".

"Ну?.."

"Тоже свои. Притащил с собой в чемодане целую кучу - на заказ сделаны, асбестовые, с тугоплавкой застежкой".

"Так чего ж тогда он хочет? - заорал Князь. - Чего он хочет? Рая, что ли?"

Тут старик поднял на него глаза, и Князь подумал было: "Да, не простил он мне той насмешки". Но оказалось совсем другое.

"Нет, - говорит старик. - Он хочет ада".

И на миг стало тихо в великолепной, царственной зале, увешанной гордыми, изодранными в битвах дымами от костров древних мучеников, ни звука не было слышно, кроме шипенья сковородок и неумолкающих приглушенных воплей истинных христиан. Но Князь был плоть от плоти и кровь от крови своего папаши. В мгновение ока от праздного сибаритства и от всяких там смешков не осталось и следа; словно сам старый Князь собственной персоной стоял перед ними.

"Приведите его ко мне, говорит. И оставьте нас вдвоем".

И вот они привели его, и вышли, и затворили дверь. Его платье еще слегка дымилось, хотя он хорошенько отряхнулся, перед тем как войти. Он подошел к трону, жуя, с плетеным чемоданом в руках.

"Ну?" - сказал Князь.

Он повернул голову и сплюнул, и плевок сразу сгорел на полу, взвился кверху маленьким синим дымком,

"Я, говорит, насчет этой самой души".

"Да, мне доложили, - говорит Князь. - Но только у тебя нет души".

"Моя, что ли, это вина?" - говорит он.

"А моя, что ли? - говорит Князь. - Ты думаешь, я тебя создал?"

"А кто ж еще?" - говорит.Оригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com