Дело о пиратском сундуке - Страница 27

С десяток машин промчались мимо, однако один «Опель» вдруг резко затормозил, а его водитель, выглянув в окно, указал вперед рукой и крикнул:

— Что, друг, застрял? Неужто метров двести не дотянешь? Вон там заправка.

— Где? — не понял племянник.

— Да вон же, за поворотом. Видишь, куда синяя машина свернула?

— Откуда ж она там взялась? Первый раз о ней слышу.

— Третий месяц уже как действует. Место бойкое, — ответил водитель «Опеля» и свернул в сторону, так как они стояли почти что на развилке дорог. Одна вела к Медовке, другая — прямо.

Племянник в изумлении покачал головой.

— Чудеса какие-то, да и только.

— А здесь вообще многое изменилось за зиму и весну, — сказала Лешка.

— Я это заметил.

До автозаправочной станции и впрямь добрались в считанные минуты. Машин было мало. Без всякой очереди племянник подъехал к бензоколонке, сходил к кассе, вернулся, сел обратно в машину и, довольный всем происходящим, высунулся в окно и приветливо кивнул заправщику.

— Спасибо, теперь всегда буду у вас заправляться. Жаль, раньше не знал, что прямо под носом открылась такая благодать.

— Как это — не знали? — удивился заправщик. — Да вы со мной лично уже, наверное, десятый раз дело имеете.

— Я? — поразился племянник, и его левая бровь снова поползла вверх.

— А то кто же? У меня память хорошая, я номера машин легко запоминаю. А ваша «девятка» хоть и неприметная, зато вот эта царапина сразу в глаза бросается. — И он указал на «молнию» с правого борта.

Ничего, не ответив, племянник тронул машину с места. От заправки он сразу свернул налево, и теперь они выруливали к дому с мансардой с противоположной стороны, а не с московского шоссе.

— Так и к нашим воротам, оказывается, удобнее подъезжать. А я почему-то этой дорогой никогда не пользуюсь, — сам себе сказал Александр Федорович.

— Но вы же в прошлую субботу подъезжали именно с этой стороны! Я вас видел, — не удержался Венечка и угасшим голосом добавил: — Правда, вы тогда сказали, что это были не вы.

— Да что за чертовщина! — в сердцах воскликнул племянник. — Ну как вас всех убедить, что я — не я, и «девятка» не моя? И, что характерно, я это уже не первый раз слышу и давно понял, что что-то здесь не так. Должно быть, у меня и в самом деле двойник появился. Но для чего? Раньше думал, что такое только в кино и книжках бывает.

Лешка пихнула Ромку в бок. Сейчас момент был самым что ни на есть подходящим, чтобы рассказать племяннику об их подозрениях, о Денисе и Верочке. И Ромка уже дотронулся до его плеча, чтобы попросить остановить машину, как буквально через секунду перед ними вырос дом с мансардой, а на его пороге стояли улыбающиеся Жан-Жак с Маргаритой Павловной.

Ворота были открыты, и они без промедления въехали во двор. Иван Петрович приветливо махал им длинными рукавами старого пальто. Шея Ромкиного чучела была обмотана желто-зеленым шарфом, голову-мяч прикрывала красная кепка, отчего верный страж, как светофор, отовсюду бросался в глаза. Наверное, Жан-Жаку Иван Петрович пришелся по душе, и француз принарядил его к приезду гостей.

А Маргарита Павловна уже бежала им навстречу. Лешка, забыв обо всем, схватила купленные по дороге розы и бросилась к своей старшей подруге. Они обнялись, потом Маргарита Павловна прижала к себе Ромку, а Венечку не успела: тот сразу очутился в крепких объятиях Жан-Жака.

Маргарита Павловна заметно похудела и помолодела и вообще приобрела особый парижский шарм. Лешка тут же вспомнила, что в молодости ее подруга была похожа на известную актрису, которая играла в кино француженку Монику, так что ей было на кого равняться.

Но не похожей на себя Маргарита Павловна была только внешне, а внутри осталась все такой же простой и приветливой.

Дача тоже преобразилась. Запах нафталина исчез совсем, на окнах висели новые занавески, телевизора-тайника в углу не было, крысиная щель тщательно заделана. Из кухни вкусно пахло обещанными пирогами. Словом, теперь это был совсем другой дом, уютный и обжитой, а не тот, где они с Венечкой неделю назад полночи тряслись от ужаса.

Прежде чем усесться за стол, друзья рассмотрели привезенные им подарки. Ромка был в восторге от акваланга с ластами: хоть сейчас занимайся подводным плаванием, Венечка получил электронный органайзер, Лешка — кучу нарядов для предстоящего лета. Не удержавшись, она тут же примерила пару тоников и джинсовую курточку, сбегав для этого в мансарду. Пиратского сундука на месте не оказалось, а вместо него стоял небольшой диванчик, возле него — журнальный столик, на который Маргарита Павловна поставила большую вазу с подаренными ей розами.

Спустившись вниз, Лешка выяснила, что сундук перекочевал в сарай, все его содержимое — в мусорные баки, и лишь старое креп-жоржетовое платье в качестве музейного экспоната переселилось в шкаф.

Потом друзья наелись всяких вкусных вещей, которые наготовила для них Маргарита Павловна, и дружно принялись рассказывать о своих недавних приключениях. В первую очередь Ромка поведал о том, как им удалось отыскать похищенную из художественной галереи картину одной известной художницы и спасти другое ее произведение.

Маргарита Павловна с Жан-Жаком слушали его с большим интересом, племянник же, дождавшись конца рассказа и не задав никаких вопросов, как он это делал раньше, посмотрел на часы и поднялся из-за стола.

— Мне пора. Жена из командировки должна вернуться, сына нужно забрать у бабушки. Я за вами завтра к вечеру заеду.

— Не стоит, — сказала Маргарита Павловна. — Мне завтра в Москву нужно, все вместе и поедем на электричке. А ты отдыхай.

— Ну что ж, как хотите.

Племянник пошел к своей старой «девятке», а Маргарита Павловна с Жан-Жаком вышли во двор и стояли там до тех пор, пока он не уехал.

Друзья тоже помахали ему вслед, а потом объявили Маргарите Павловне, что хотят погулять по поселку.

— Рома, ну как же так, почему мы с ним так и не поговорили? — схватила брата за руку Лешка. — Ведь можно же было отвести его в сторонку или еще что-нибудь придумать, не мне тебя учить.

— Можно было, но я передумал. Ясно ведь, что он ничего не скажет, поскольку сам ничего не понимает. У нас самих куда больше сведений. Но если сказать ему, что мы подозреваем людей, с которыми он работает, то он, естественно, возразит, что этого не может быть и что у нас нет доказательств. А у нас их и в самом деле нет. Вот раскусим их, тогда и будем с ним разговаривать.

— Я вот думаю: может, у него память начисто отшибло? — предположила Лешка. — Так тоже бывает. Да вот хотя бы мальчик Миша из Америки, который целый год не помнил, как попал в автокатастрофу.

— Кусками отшибло, что ли? — поморщился Ромка. — Одно помнит, а другое — нет?

— А что, если у него раздвоение личности? — трагическим шепотом вдруг произнес Венечка. — Знаете, как это бывает? Внутри одного человека живет другой, и они друг о друге даже и не подозревают. Об этом тоже куча книг и фильмов есть, и не сосчитать, сколько. Например, у Стивенсона, который «Остров сокровищ» написал, есть еще и «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда». И эти доктор с мистером на самом деле были одним и тем же человеком.

— А у Сиднея Шелдона одна девушка не раздваивается, а вообще расстраивается. Две из них совершают жуткие убийства, а третья не может понять, что происходит. Ее потом оправдывают, так что и племяннику, в случае чего, ничего не грозит, — тут же поддержала тему начитанная Лешка.

— Чепуха, — махнул рукой Ромка. — Если племянник раздвоился, то зачем одному из них подставлять другого, то есть самому себе патроны и пистолеты подкладывать? Нет, тут действует не половина племянника, а совсем другой человек, который считает себя умным и хитрым. Но пусть не надеется, что это сойдет ему с рук. Мы его все равно перехитрим.

Между тем друзья добрели до знакомого белого киоска, за окошком которого, зорко глядя по сторонам, восседал бывший ментовский майор Петр Иванович.