Дед в режиме демона. Том 7 (СИ) - Страница 46

Князь положил ладонь на подлокотник, уставившись горящими глазами прямо в лицо императору.

Некогда равнодушная рожа Вяземского стала злой и отталкивающей, а в его душе бушевал настоящий вулкан! Вся его жизнь и карьера рухнули в один момент. Даже если он покинет свою должность тихо-мирно, то аристократы всё равно поймут, что он впал в немилость. И тогда начнут мстить. И кого князь примется винить? Императора? Хренушки! Одного миролюбивого ведьмака, пытающегося мысленно докричаться до несносного клубка шерсти!

Государь в этот звенящий как струна миг замахнулся кинжалом и с силой ударил в кисть аристократа. Стальной кончик с глухим деревянным стуком пришпилил её к подлокотнику. Но с губ князя не сорвался ни один звук, хотя он и побледнел, а по его лбу скатилась очередная капелька пота.

— Око за око, — процедил император, вытащил окровавленный кинжал и бросил короткий взгляд в сторону шкафа, который вот-вот мог стать моим гробом.

Боль всё нарастала и нарастала. И я уже принялся судорожно размышлять, как бы справиться без кота.

И тут вдруг рядом со мной в шкафу появились багровые насмешливые глаза.

Я аж вздрогнул и еле слышно прошипел, ощутив, как радостно участилось сердцебиение:

— Твою мать, Черныш, обязательно было так пугать?

Тот ничего не ответил, а молча уселся подле моей ноги, касаясь её длинной шерстью.

Я тотчас присел на корточки и стал усиленно мысленно представлять то место, где спрятал артефакт с девяносто восемью душами. Мысли путались от боли, но кажется, Черныш понял, чего я хочу.

Более того, он вроде бы даже не намеревался вредничать, а вполне по-деловому встал и коснулся меня хвостом, после чего моё сознание начала накрывать тьма перехода.

Однако я успел бросить взгляд в щель между створками. А там князь с исказившимся от злости лицом и блестящей на губах слюной выхватил из внутреннего кармана пиджака маленький серебристый револьвер.

Выстрел раздался в тот же миг, когда мрак окончательно накрыл мой разум. Спустя миг тьма перехода исчезла, оставив меня наедине с сильно колотящимся сердцем.

— Вяземский убил императора⁈ Разорви меня дракон! — ошарашенно выпалил я и взволнованно огляделся в поисках Черныша.

Надо уговорить его срочно вернуть меня обратно! Императору, наверное, ещё можно помочь! Но кота рядом не было, только блестела светящаяся зеленью слизь. Она капала с неровного земляного потолка подземного тоннеля, стекала по стенам с белёсыми корнями растений, хлюпала на полу и пыталась взобраться по моим босым ногам к коленям будто живая.

Я быстро переступил ногами, дёрнув ими. И она скатилась с них, но снова попыталась взобраться по ним. И ежели слизь покроет меня с ног до головы, то сожрёт. Да, вот такая у неё была особенность, по частям она не ела, только целиком.

Потому я, пританцовывая на месте, во всю мощь лёгких заорал:

— Черныш! Черныш, мать твою!

Но тот не отзывался. Он уже явно был где-то далеко. Я совсем не ощущал его душу.

— Дерьмо… Дерьмо!

Если этот объятый яростью придурок Вяземский и правда наповал грохнул императора, то выбил из моей колоды один из главных козырей!

Теперь начнётся борьба за престол. И никакой, на хрен, сын государя просто так на него не сядет в стране, которая охвачена чуть ли не смутой. Дворяне, как обычно, интригуют. Народ не менее профессионально ропщет. А тут ещё атака демонов надвигается. После неё наступит столетие Лабиринта, из-за чего накал безумия станет ещё сильнее. И всё это как раз в то время, когда мне нужно провернуть свой гениальный план! Весело, млять!

— Вашу мать! — сплюнул я и попутно смахнул каплю слизи, упавшую на руку с «клеткой».

Она совершенно онемела, принеся неожиданный плюс — боль исчезла. Вот только вены вздувались и чернели. Они ощущались как натянутые канаты. Как бы на хрен без руки не остаться!

Издав почти звериный рык, я со всех ног рванул по слезящейся глотке, разбрызгивая жижу. Она весело летела во все стороны, отчего ещё сильнее запахло чем-то похожим на мокрую овечью шерсть, которую пометил десяток котов с энурезом.

Вонь закладывала ноздри, а взгляд лихорадочно шарил по сторонам, ища хотя бы одного завалящегося монстра. Душа! Мне нужна душа!

В голове же сложился план дальнейших действий. В первую очередь нужно «слить» богомерзкую душу Ириса в артефакт. А уже потом следует выбраться отсюда и разузнать, что всё-таки произошло во дворце. Почему князь решился на выстрел?

У меня сложилось впечатление, что император отчитывал его так, словно долго собирался сделать это, копил гнев и ярость. А у князя, в свою очередь, то же будто бы зуб на государя.

— Гадство, — процедил я и выскочил в небольшой подземный зал, истекающий слизью.

Здесь росли синие грибы выше человеческого роста. Они были покрыты масляно поблескивающей субстанцией, не позволяющей слизи покрыть их. Она просто соскальзывала с толстых, как ствол дерева, ножек.

Подбежав к ближайшему грибу, двумя руками смахнул с него немного субстанции, пахнущей как утренний луг после дождя. Намазал её на свои ноги по самые колени, защищая их от слизи. Теперь она не могла подняться выше щиколотки.

— Отлично, — прохрипел я, ища взглядом проход туда, где спрятал артефакт.

Кажется, он вон за теми тремя грибами, растущими по росту.

Ринувшись к ним, вдруг услышал едва различимый звук, словно играла скрипка. Но какая, на хрен, скрипка в Лабиринте⁈ Разве что похоронная, ежели не успею провернуть свой план.

Яростно тряхнув головой, пронёсся мимо грибов, подметив, что звук скрипки пропал, но вместо него появился пропитанный злобой вкрадчивый голос Ириса:

— Ты сдохнешь… братец. Твой труп… сожрёт слизь… кости растворятся.

— Ага, как же. Это ты сейчас отправишься в артефакт, а оттуда прямиком в зелье, — прошипел я, подумав, что может быть зря разговариваю с явно мной же нафантазированным голосом.

— Ты не успеешь… не сможешь… — злорадно выдал демон.

— Ты меня с кем-то перепутал. Для меня нет ничего невозможного, — усмехнулся я и увидел проход в стене.

Он напоминал вытянутый овал с острой каменной сосулькой, спускающейся с потолка. С неё капала слизь. А все вместе это походило на подобие глаза с вертикальным зрачком. Приметный ориентир, который я выбрал, когда прятал артефакт.

Пробежав мимо сосульки, едва не касающейся пола, помчался по извивающемуся во все стороны узкому проходу, чувствуя, как сердце колотится о рёбра.

Где же⁈ Где монстры⁈

— Ты не успеешь… поймать душу, — ядовито прошипел Ирис. — Твой проклятый организм пожрёт мою душу, похоронив твой… идиотский план!

Он захохотал — хрипло, заливисто.

А я лишь сильнее стиснул зубы и чуть не вскричал от радости, увидев впереди подобие морской коровы, с удовольствием пожирающее слизь. Она похрюкивала, медленно передвигаясь как жирный, бледный морж, с хлюпаньем втягивая жижу через ротовой аппарат, выглядящий как хобот или шланг пылесоса.

Вот только есть ли у неё первый ранг или ещё нет⁈ После центнера веса подобные монстры точно получают ранг, но конкретно эта особь могла весить лишь около девяносто пяти килограммов.

Вашу мать, неужели мой план разрушится из-за сраных пяти килограммов жира⁈ Это будет самая тупая шутка Вселенной!

— Ты, сука, весишь больше центнера. Точно весишь, — хрипло прошипел я, перейдя с бега на шаг.

Левая рука продолжала висеть как плеть, а оружия при мне не было, но под ногами имелся весь покрытый слизью увесистый камень с острыми краями.

Я схватил его и запрыгнул на спину монстра, ударив его по черепу. Тот с сочным хрустом проломился, брызнув желтоватой кровью прям в моё перекошенное от напряжения лицо.

Чудовище принялось дико извиваться подо мной, издавая утробное рычание. А его хобот извивался как червь, пытаясь впиться в мою кожу, дабы выпустить паучий яд, превращающий внутренности в суп.

Тварь питалась не только слизью, но и охотилась на живых существ, однако не на сильных и быстрых, а предпочитала раненых и слабых.