Codename: Valkyrie (СИ) - Страница 83

Когда же настал черед Дюваль идти в кабину, Гайер тоже прикрыла глаза и чуть съехала с сиденья, так что Вагнер и Гуд примостили свои головы ей на плечи. Ну, а Клэр, поскольку была последней, получила возможность не только побыть в роли штурмана, но и вновь оказалась на месте первого пилота в тот момент, когда штурмовик пролетал над Гавайскими островами. В этот момент девушка ощущала даже какую-то гордость. Еще не так давно она могла слышать о полетах и армейской службе только от сестры, а теперь вот и сама стала частичкой чего-то значимого. И это все несмотря на то, что она ничем не отличилась среди соратниц, возможно, даже и отставала от них. Но, возможно, потому и выполняла все указания идеально. Если Мирия или Галатея что-то советовали ей, девушка делала так, как говорили, в то время как остальные все же проявляли собственный характер.

— Отлично, гренадер, — похвалила Норман, — возвращайся к остальным.

— В тебе точно течет кровь легендарной валькирии, — отпустила более изысканный комплимент Кейн. — Благодарю за службу!

Дюваль высокопарно ответила заученным жестом и фразой и отправилась в отсек к остальным. Ей тоже хотелось поделиться своими эмоциями от полета, вот только все уже безмятежно спали. Клэр, немного расстроенная, направилась на свободное кресло, понимая, что среди этой группы места не найдется, но вдруг Джин открыла глаза и приподняла голову.

— Клэр, иди сюда, — позвала Гуд, поворачиваясь так, чтобы девушка могла облокотиться на нее.

Дюваль, немного смутившись, устроилась рядом с Джин. Немного робко, немного сдержанно. Сначала она села рядышком и опустила голову на плечо ефрейтору, но та шепнула ей, что можно лечь и вытянуть ноги на кресла. Клэр последовала этому совету и вскоре уже ее голова покоилась на груди и руке будущей валькирии. Было тепло и беззаботно. Глаза закрывались сами собой…

***

Кейн сидела, откинувшись на спинку кресла, вытянув свои длинные ноги и положив их на приборную панель, что, конечно, являлось грубейшим нарушением техники безопасности, но кто бы ее за это осудил? Возможно, нахмурилась бы унтер-фельдфебель, но так ведь Мирия сейчас преспокойно спала, свесив руку к полу. Причем, сон Норман был настолько глубоким, что по подбородку девушки скатывалась тонкая струйка слюны.

Галатея даже умилилась. Как будто перед ней не грозная и серьезная валькирия, а совсем беззаботный ребенок. Впрочем, наслаждаться этим зрелищем оставалось не долго. Вот впереди по курсу появилась цепь островов, утопающих в буйной зелени. Некоторые из них высились над водой, образуя массивные каменные глыбы, а некоторые были плоскими, словно блин, с желтыми краешками — пляжами.

«Долетели», — мысленно обрадовалась обер-фельдфебель, поднимаясь с кресла и распрямляясь. Девушка аккуратно потянулась, уделяя особе внимание ногам и спине. Они хоть и восстановились, однако порой все еще отзывались болью. Затем Кейн открыла переборку транспортного отсека, заглянув в него и обнаружив довольно забавную картину: подопечные беззастенчиво посапывали. Хелен так еще и слегка храпела.

«Ладно, пора поднимать это сонное царство», — решила Галатея, отправляясь обратно к приборной панели. Немного покопавшись в системе, она подключила на внутреннюю связь небольшую карту памяти с любимой музыкой, и вскоре в Слейпнире раздались первые аккорды песни AC/DC — Highway to Hell.

— Что происходит? — недоуменно захлопала глазами Норман, возвращаясь из царства Морфея и тут же стыдливо утирая подбородок.

— Прибываем на «Курорт». С пробуждением! — улыбнулась Кейн.

Мирия быстренько постаралась придать себе собранный вид. Через несколько минут Слейпнир должен приземлиться на площадке южной подготовительной базы под кодовым названием «Курорт». В самом названии проскальзывала очень даже явная ирония. Несмотря на потрясающие пейзажи кругом, местность могла преподнести массу неприятных сюрпризов. Огромное количество насекомых и ползучих гадов, постоянный зной, проходящий лишь тогда, когда начинались дожди. А дожди тут, как правило, были муссонами. Им очень повезло, что сегодня они прибыли, когда на голубом небе не наблюдалось даже намека на тучи. В таких условиях и простые действия превращались в мучения, а будущим валькириям предстояло готовиться к сражениям и учиться выживать в джунглях. Благо, что здесь, в отличие от «Лисьего логова», была вполне себе приличная казарма, где могли бы разместиться оба отряда.

Пока же Норман размышляла обо всем этом, ее коллега, казалось, как раз настраивается на то, что ближайшее время будет заниматься чем угодно, кроме подготовки. Она скинула верхнюю часть костюма, оставшись в черной майке с белым трезубцем на груди, вытащила из рюкзака тюбик с кремом от солнца и принялась растирать им руки. Мирия не знала, продолжать наблюдать или отвернуться.

Кейн, прекрасно видевшая её робость, довольно улыбнулась, собираясь использовать старый как этот мир прием: «Помоги мне». Она не думала прямо уж сильно форсировать события, а хотела изучить Норман и лучше понять, как следует действовать с ней дальше. Что будет чересчур, а что унтер-фельдфебель расценит за невинное, в сущности, действие.

— Мирия, — позвала Галатея, как раз в тот момент, когда валькирия все же отвела взгляд, — поможешь? Не хочу, чтобы спина сгорела, а до лопаток дотянуться мне еще немного больно.

— Да, конечно! — Мирия медленно поднялась и взяла из рук Галатеи тюбик. Крем медленно полез на ладонь, сворачиваясь в спиральную горку.

Норман вдруг почувствовала, что губы будто бы высохли, превратившись в нечто, напоминающее корочку черствого хлеба. Да и сама ее кожа начала казаться грубой, как наждачная бумага. И это только при одном взгляде на блестящие на свету оголенные плечи Кейн.

И все же она опустила ладони на них. По телу прошлось что-то похожее на слабый электрический импульс — настолько кожа Кейн нежная и гладкая, что одно только прикосновение к ней отдается внизу живота.

Растирая солнцезащитный крем, Мирия даже не заметила, что начала слегка прикусывать внутреннюю сторону губ. Она позволила своим пальцам немного проникнуть под майку, но не настолько глубоко.

«Очень хорошо», — подумала обер-фельдфебель, прислушиваясь к собственным ощущениям. Это было определенно приятно. Мирия действовала мягко и совсем не навязчиво. Конечно, она была смущена, однако же набралась смелости слегка дотронуться до участка, скрытого под одеждой. «Вот только что бы ты сказала, увидев, как изуродовали мою спину?» — немного опечалилась Галатея. После того злополучного ранения всю ее поясницу расчертили многочисленные шрамы.

— Спасибо, — мягко произнесла красавица с платиновыми волосами, слегка поворачиваясь к Норман, да так, чтобы дистанция сократилась сильнее.

За солнцезащитными очками не видно, что глаза Кейн разгораются огоньком задорного азарта. Но прикосновения другой девушки к телу зацепило Галатею. Слишком долго она не испытывала даже такой элементарной ласки.

— Ну, а ты? Не собираешься же все время ходить в костюме? — поинтересовалась обер-фельдфебель, делая свой следующий ход.

— Нет, — ответила Мирия, возвращая тюбик назад. — Я переоденусь, когда буду в казарме.

Теперь, когда будто бы иссушились кожа и губы, начало сохнуть во рту, в котором словно давно не появлялось даже мельчайшей капли воды. Язык стал шершавым и, казалось, за что-то цеплялся.

«Такая мягкая и приятная кожа… — думала Мирия, вытирая остатки крема о бока бедер. Ее поразило, что, несмотря на те условия, в которых они совсем недавно находились, кожа Кейн довольно ухожена. Это казалось фантастикой. Впрочем, красавицы вроде Галатеи всегда найдут способ сохранить свою красоту, даже если окажутся по самые уши в грязи. — Почему мне так хочется вновь прикоснуться к ней?»

Унтер-фельдефель ощутила, как щеки начинают наливаться красным. Ощущения от прикосновений все еще остались на ее ладонях, пусть она и стерла с них практически весь крем. И эти остатки все еще испускали импульсы, пусть и не такие сильные. Или, может, это мозг Мирии воспроизводил тактильные воспоминания?