Чудотворные иконы Богоматери на Руси - Страница 19

Почти за год до смерти А. Г. поместилась в доме призрения при Троицкой лавре и завещала список с иконы после своей смерти смотрительнице дома призрения Е. С. Кротковой, которая потом этот список поставила в храме при доме призрения. Филиппова часто ездила в пещерную церковь Гефсиманского скита, где желала быть погребенною. Она скончалась 21 января 1862 г. на 62 году жизни. Погребена за алтарем пещерной церкви.

Черниговская икона Богоматери писана на полотне в прошлом столетии и очень большая: 1 1/3 в длину и в ширину 1 ар. 5 вер. А. Г. Филиппова еще до перенесения иконы в пещерный храм устроила на нее серебряную позлащенную корону, украсив ее драгоценными камнями и фермуаром; кроме того часть иконы покрыла серебряными оплечьями с позлащенными лучами. В 1870 г. А. И. Постников на сумму князя Г. И. Грузинского украсил изящно устроенною серебряною филигранною ризою; бриллиантовый фермуар Филипповой с короны перенесен на правую руку Богоматери. Икона стоит с боку у левой стороны иконостаса в нижней пещерной церкви Архистратига Михаила.

В 1869 г. Господу было угодно прославить чудесами эту святую икону.

Первое чудо совершилось в день древнего новолетия, 1-го сентября. В этот день в пещерный храм Гефсиманского скита привезли Феклу Адрианову, 28 лет, уроженку Тульской губернии, Богородицкого уезда, Дедловской волости, из деревни Черной Грязи, жену государственного крестьянина Прохора Адрианова Ельчищева. С ранних лет Фекла отличалась приверженностью к церкви, любила послужить бедным странникам, вязала четки из суровой пряжи и имела сильное желание помолиться в обители преп. Сергия. С детства у неё не было никакой болезни; но в день своего брака почувствовала головокружение и изнеможение сил, а через полтора месяца все члены её тела расслабли и с этого времени сильно страдала более 9-ти лет: шесть лет лежала неподвижно на одном боку, не могла действовать ни руками, ни ногами, даже пищу принимала, лежа. Летом выносили ее на воздух. После шестилетнего страдания, по её просьбе ее возили по разным св. местам; в 1866 г. она была в Лавре преп. Сергия и выпросила монастырскую лошадь для путешествия по св. местам; 13-го августа она была в Задонском монастыре, 15-го – день Успения Богоматери – в Воронеже, в Покровском девичьем монастыре; игуменья Анастасия, принявшая ее в свою келью, говорила, что Феклу принесли к ней на руках; она не могла сидеть и лежала больше на левом боку; руки ее не могли удержать чашки, говорила всем, что она в таком состоянии 6 ½ лет. 16-го августа из Воронежа поехала в Киев; заезжала в Борисовскую пустынь Курской губернии; прожив в Киеве 8 месяцев, она опять вернулась в Воронежский Покровский монастырь и просила игуменью Анастасию позволить ей хотя временно прожить в обители, в надежде выхлопотать себе увольнительную бумагу для поступления в монастырь; с ней был годовой паспорт, с которым в монастыре и осталась.

В это время заметно было, как говорила игуменья Анастасия, что она стала немного сильнее, руки окрепли, только ногами не владела и часто жаловалась на головную боль; игуменья советовала обратиться к доктору, но Фекла решительно отказалась обращаться к доктору, сказав, что она много лечилась, а толку не было, но хуже даже становилось; игуменья оставила ее на волю Божию, тем более, что она с терпением переносила свои страдания. Фекла прожила в Покровском монастыре два года и в 1869 г. в мае ее потребовали, по делу её увольнения в монастырь, в деревню Криволучье, где была замужем. В 1869 г. в августе она приехала опять в Лавру преп. Сергия и пожелала побывать в окружающих Лавру обителях. 1-го сентября в 97 г часов утра привезли ее к пещерам Гефсиманского скита; по её просьбе ее снесли в пещеры, в которых она прежде не была. Привезший ее крестьянин Богородицкого уезда, деревни Березовки Анастасий Яковлев, с помощью бывшей с нею крестьянской девицы, деревни Сухановки, Дарьи Евдокимовой снял больную с повозки и в сопровождении пещерного проводника, послушника Николая Сергеева и некоторых богомольцев – понесли больную в пещеры. Когда ее внесли в храм Архистратига Михаила, она почувствовала что-то необыкновенное: ей было и страшно и радостно; ей показалось, что она в Киеве, с благоговейным трепетом и со слезами стала прикладываться к иконам пещерного храма. Когда ее поднесли к иконе Черниговской Богоматери, больная вдруг громко закричала: «пустите, пустите меня»; державшие ее крестьянин Анастасий и девица Дарья со страхом думали: «что это с больной, и чувствовали, что какая то сила тянет ее из их рук к иконе: кости и суставы в теле больной хрустели; ее выпустили из рук и к общему изумлению больная стала на ноги, потом пала на колени пред иконою Богоматери, с радостными слезами благодаря Царицу Небесную. Вопли её и рыдания привели всех бывших в умилительно-благоговейный страх, – все видели, что совершилось чудо. После молитвы, поднявшись с помощью сопровождавших ее, исцеленная могла сама идти, немного поддерживаемая, к остальным пещерам. После этого она стала свободно ходить и действовать руками, только в ногах еще была слабость. Она пробыла три недели при пещерах и в лавре, все это время она была здорова, теперь живет в Воронежском Покровском монастыре.

Вот что еще рассказывала о Фекле Адриановой дочь Московского Митрополита Иннокентия, бывшая казначея Борисовской пустыни, Курской губернии, монахиня Поликсения своему родителю: «В 1866 году в августе, в одну ночь пред заутреней, во время сна, вдруг услышала я в келье голос, говоривший мне: «приготовься ныне принять к себе Феклу». Я встала в изумлении: вижу в келье никого нет; стала думать о названном мне имени и не нашла никого с именем Феклы, кто бы мог придти ко мне. В раздумье и смущенная сходила я к заутрене. Когда же я пошла к ранней обедне, вижу близ церкви на носилках лежит женщина, и при ней никого нет. Я спросила, почему же не идет она в церковь; она мне отвечала, что не может ходить, и что женщины, которые ее принесли, пошли в церковь для приискания места, где бы удобнее было ее поместить на время службы. Я пришла в церковь; спустя четверть часа внесли в церковь женщину, которую я видела и положили ее на пол. Тогда подумала я: ах! как согрешила я! Чтобы мне принять участие в этой больной женщине и велеть бы послушницам внести ее раньше и избавить ее от холода? В этих мыслях сожаления о больной женщине, подозвала я одну послушницу, велела ей сходить купить просфору и, спросив больную об имени, вынуть просфору за её здоровье и отдать ей. Я видела, как послушница исполнила мое приказание, и когда пришла ко мне доложить об исполнении, я спросила: как зовут больную? она отвечала: Фекла. Тогда я пришла в великое изумление и едва могла достоять литургию, и потом по благословению Игумении Макарии, в кельях которой я жила, пригласила к себе эту малодвижимую больную, лежащую на носилках женщину, о которой предвозвещено мне было во сне. Из сострадания к ней я напоила ее чаем и узнала от неё историю её страдания. Она пробыла у меня в келье часа три, после того ее понесли в гостиницу на носилках; Игуменья послала к ней туда обед. Пробывши в гостинице двое суток, Фекла Адрианова, с другими прислуживавшими ей, отправилась на лошади в Киев на богомолье».

Митрополит Иннокентий, услышав это от дочери, пожелал видеть Феклу, беседовал с нею, потом, узнав в лавре о её чудесном исцелении, в 1869 г. 26-го сентября приехал в Гефсиманский скит и в пещерном храме приказал отслужить молебен пред чудотворною иконою Богоматери.

Через две недели после исцеления Феклы 14-го сентября от иконы совершилось другое чудо. Крестьянин Подсосиной деревни, Владимирской губернии, Александровского уезда, Порецкой волости Иван ТимоФеев, 40 л., страдал восемь месяцев исступлением ума. Припадки были так сильны, что домашние принуждены были сковывать его цепью. Когда же советовали ему сходить помолиться, он не только бранился, но готов был ударить говорившего. Когда в деревне разнесся слух об исцелении расслабленной в пещерном храме, жена больного, со страхом и нерешительно предложила мужу сходить в Гефсиманский скит, рассказав ему о недавно совершившемся чуде при чудотворной иконе. Не смотря на то, что в этот день с больным был страшный припадок, к удивлению и радости жены и домашних, больной охотно согласился идти в скит, а на другой день сам напомнил об этом и 14-го сентября пришли они в пещеры. Во всю дорогу больной был спокоен и в пещерном храме во время молебна усердно молился, потом приложился к иконе и чувствовал себя очень легко. Переночевав в пещерной гостинице, на другой день он отправился с женою и крестьянином Алексеем Михайловым в лавру, из монастыря к подрядчику Мирону Акинфиеву, у которого ночевал две ночи и потом совсем здоровый вернулся в деревню.