Чудо о Розе(СИ) - Страница 32

Писатель не мог знать о примадонне всего и, по всей видимости, не хотел рассказывать и о том, что знал... он выдумал и отношения примадонны с дядей Бенедикта... не знаю, как он попал в милость примадонны и чем смог ее пленить... ростом он был мал, курнос, с блуждающими глазами... к тому же он был довольно стар...

Впрочем, истина об этом писателе и его безумствах погибла раньше, чем родилась...

Кто-то вырвал из рукописи повесть о том, как примадонна стала женой и родила девочку уже после смерти... повесть была вымыслом Кассандры, мечтающей о троне примадонны... хотя в письмах примадонна писала, что муж у нее был, он являлся ей по ночам... вмешивался он и в жизнь ее приемной дочери... не оставлял он девочку своей заботой и в царстве мертвых, когда девочка умерла в возрасте и 13 лет... ее звали Роза...

Примадонна и меня пыталась убедить в возможности подобных явлений...

Надо сказать, что писатель был шпионом Кассандры... и погиб он недостойным образом...

Молва уверяла, что в его смерти был замешан Паганини, но это вряд ли...

Паганини любил примадонну, но не до такой же степени...

Паганини посвятил ей не одну из своих импровизаций...

Помню, скрипка рыдала и пела...

Паганини покончил с собой на ее могиле...

Опять этот странный подземный гул..."

3

Аркадий шел, не совсем понимая, что происходит?..

"Помню, была ночь... я плыл на пароме, когда волна пробежала по палубе и унесла меня в море...

Поглощенный водой, я вынырнул, увидел остров и поплыл...

Я прилип к скале, как полип, ожидая, что прилив поможет мне забраться повыше, но волна оторвала меня от скалы...

Я плыл и высматривал отлогое и мелкое место...

Не могу вспомнить, что было дальше...

Я выполз на песчаный берег, волоча ноги, как хвост... я спал... потом шел... уже отчаявшись, я наткнулся на барку, застрявшую в камнях...

Чуть поодаль лежали утопленники... женщина в саване ходила вокруг утопленников, как смерть, склонялась, ловила дыхание, волочила тело по влажному песку подальше от воды, обагряя кровью песок...

Над женщиной и вокруг нее вились птицы... они ходили по песку, оставляя следы, летали над ней с криками...

Женщина отпугивала птиц скорбными причитаниями, плачем, восклицаниями...

Вдруг она с криком упала на грудь утопленника... она звала смерть...

И вот я иду за этой женщиной...

Она обернулась, глянула на меня...

Ее взгляд вызвал у меня невольную улыбку... я люблю ее...

Я иду и жду, когда она устанет и остановится... я упаду на песок, обниму ее и погибну в ней...

Я отдаюсь бесовскому влечению, лихорадке, вкравшейся незаметно в мысли, в душу... споткнувшись о камень, я упал, тону, гибну в какой-то смрадной жиже... и прихожу в себя, пытаюсь спасти себя, женщину... она отбивается, машет руками, как крыльями, думает, я насильник, ранит руки о камни...

Душа ее хочет вырваться из скинии тела, как из походного храма... прочь, во внешнюю тьму, но заглянув в пропасть погибели, она в ужасе пятится, отступает, мечется, не знает, где должна обитать...

Помню, я обнял женщину, осушил слезы в ее глазах поцелуями, стер следы слез и с лица ее...

Она успокоилась, уснула в моих объятиях, опустив голову мне на грудь...

Все это театр, игра, устроенная богом, отнявшим ради этой игры у людей бессмертие...

День несчастий бог заменил ночью надежды и для меня, погрязшего в грехах, израненного, ограбленного судьбой..."

Чуть свет странники очнулись, оба счастливые...

Они видели один и тот же сон...

-- Надо идти... - сказала Вика...

Странники встали, и пошла дальше в поисках яхты примадонны и морского капитана...

Они шли, пока солнце не кануло в воду...

Снова воцарилась ночь...

Вика лежала на песке... глаза ее были открыты... она слушал Аркадия и боялась заснуть... звезды казались ей глазами гиен и бесов... иногда она слышала их смех и лай...

Аркадий пытался что-то вспомнить, понять...

В его памяти все еще были провалы, которые утаивали, что стало причиной его скитаний...

Аркадий говорил уже шепотом, умолк, побежденный сном... почувствовав, что задыхается, он просыпался и продолжал свое путаное повествование с исправлениями и добавлениями сна...

Встал новый день, темную бездну превратив в небеса...

Вика еще спала, скиталась в темноте, искала мужа... очнулась... лицом она смеялась, но в глазах стояли слезы...

Аркадий молча смотрел на нее, понял, что если скажет хоть слова, она разрыдается с криком и причитаниями...

"И все же она содрогнулась... наверное, вспомнила объятия и поцелуи мертвеца... расскажет или устыдится?..

Смотрю на нее и думаю, как можно не сострадать ей?..

Но не меня она ищет потерянным взглядом...

Или я заблуждаюсь?..

Взгляд ее мне внушает веру, что через нее я найду путь к спасению..."

Аркадий вспомнил сон, в котором он стал отцом шести или семи дочерей... целое соцветие муз, обитающих на земле... при каждом взгляде на девочек он вспоминал бога и молился, чтобы сон длился, длился...

Аркадий увидел Вику, такую близкую и далекую... ее улыбку как образ света, видение радости...

Он был удивлен и восхищен... он почувствовал ее дыхание, движение ее губ...

Вика назвала его именем мужа и стала рассказывать свою историю с самого сначала...

Дети окружили ее... они стояли спереди и сзади, справа и слева... они пели хором плач Вики...

Или это хор птиц?..

Аркадий прислонился спиной к скале и присоединил свой голос к птичьему хору...

Прибой аккомпанировал...

Вздрогнув от прикосновения холода, Аркадий очнулся... он стоял у входа в расселину и размышлял:

"Откуда здесь лавр и олеандры?.. и эти полуобнаженные женщины... одалиски... и Вика среди них...

Не открыл ли я ей мечты души моей, просьбы и моления?..

Куда она смотрит?.. что она видит?..

Нет, не меня она видит... она видит утопленника, который ночью обнимает ее, а днем идет за ней тенью...

Вот кем он стал...

А кем стану я?..

И этот день ушел, одев небо печальными ризами...

Кротость проявилась в нежном веянии ветра...

Аркадий лежал, слушал тихий шепот листвы, беседующей с ветром...

Аркадий заговорил с листвой и ветром о любви... это был скорбный плач...

Вдруг Аркадий встал на ноги, подошел к краю скалы и бросился в море, чтобы утонуть... но не утонул, выполз на песок, волоча ноги, как хвост... дрожащий, повизгивая, словно пес...

Вода была ледяная... она обожгла его...

Близился рассвет, покрасивший лик луны в цвет крови...

Аркадий привстал и увидел барку, свой ковчег, на котором он плыл, свои следы на песке, когда он полз из воды на чреве, как змей...

Рассвет избавил Аркадия от тщетных попыток вспомнить что-то еще...

Перед глазами мелькали какие-то люди, лица...

Он вспомнил свое предательство и бесчестье, как он уступил в твердости и оказался среди бесноватых...

"Но кто-то оживил меня, излил на меня дождем благодать... а захотел бы, мог и в яму столкнуть..."

Аркадий вспомнил, как некто вырвал его из сладостной неги и опять вернул в состояние пса дрожащего...

"Не укрыться от всевидящих очей неба, проникающего взгляда бога в душу смятенную, трепещущую от сомнений и страхов ночных..."

Аркадий увидел себя у разбитого ковчега, беспомощного, осужденного на одиночество, издающего лишь стоны...

Он лежал на песке у обломков барки, вспоминал о пощечинах и плевках прошлой жизни, если только это была его жизнь...

Он стоял у ковчега и слагал плач... или исповедь кающегося, побежденного стыдом, умершего и родившегося вновь для любви...