Черный тюльпан - Страница 110

ваш возлюбленный будет наказан за дурное влияние на вас. Вы еще так молоды, у вас такой невинный вид, и мне хочется думать, что все зло происходит от него, а не от вас.

– Монсерьер, монсерьер, – воскликнула Роза, – Корнелиус не виновен!

Вильгельм сделал движение.

– Не виновен в том, что натолкнул вас на это дело? Вы это хотите сказать, не так ли?

– Я хочу сказать, монсерьер, что Корнелиус во втором преступлении, которое ему приписывают, так же не виновен, как и в первом.

– В первом? А вы знаете, какое это было преступление? Вы знаете, в чем он был обвинен и уличен? В том, что он, как сообщник Корнеля де Витта, прятал у себя переписку великого пенсионария с маркизом Лувуа.

– И что же, монсерьер, – он не знал, что хранил у себя эту переписку, он об этом совершенно не знал! Он сказал бы мне это! Разве мог этот человек, с таким чистым сердцем, иметь какую-нибудь тайну, которую бы он скрыл от меня? Нет, нет, монсеньер, я повторяю, даже если я навлеку этим на себя ваш гнев, что Корнелиус невиновен в первом преступлении так же, как и во втором, и во втором так же, как в первом. Ах, если бы вы только знали, монсеньер, моего Корнелиуса!

– Один из Виттов! – воскликнул Бокстель. – Монсеньер его слишком хорошо знает, раз он однажды уже помиловал его.

– Тише, – сказал принц, – все эти государственные дела, как я уже сказал, совершенно не должны касаться общества цветоводов города Гаарлема.

Затем он сказал, нахмуря брови:

– Что касается черного тюльпана, господин Бокстель, то будьте покойны, мы поступим по справедливости.

Бокстель с переполненным радостью сердцем поклонился, и председатель поздравил его.

– Вы же, молодая девушка, – продолжал Вильгельм Оранский, – вы чуть было не совершили преступления; вас я не накажу за это, но истинный виновник поплатится за вас обоих. Человек с его именем может быть заговорщиком, даже предателем… но он не должен воровать.

– Воровать! – воскликнула Роза. – Воровать?! Он, Корнелиус! О, монсеньер, будьте осторожны! Ведь он умер бы, если бы слышал ваши слова!

Ведь ваши слова убили бы его вернее, чем меч палача на Бюйтенгофской площади. Если говорить о краже, монсеньер, то, клянусь вам, ее совершил вот этот человек.

– Докажите, – сказал холодно Бокстель.

– Хорошо, я докажу, – твердо заявила фрисландка.

Затем, повернувшись к Бокстелю, она спросила:

– Тюльпан принадлежал вам?

– Да.

– Сколько у него было луковичек?

Бокстель колебался один момент, но потом он сообразил, что девушка не задала бы этого вопроса, если бы имелись только те две известные ему луковички.

– Три, – сказал он.

– Что сталось с этими луковичками? – спросила Роза.

– Что с ними сталось? Одна не удалась, из другой вырос черный тюльпан…

– А третья?

– Третья?

– Третья, где она?

– Третья у меня, – сказал взволнованно Бокстель.

– У вас? А где? В Левештейне или в Дордрехте?

– В Дордрехте, – сказал Бокстель.

– Вы лжете! – закричала Роза. – Монсеньер, – добавила она, обратившись кОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com