Черная вдова - Страница 15

Оттуда застекленная дверь вела в ярко освещенное софитами помещение, которое оказалось на удивление просторным бассейном с водопадом и небольшим зимним садом.

Между экзотическими пальмами в больших деревянных кадках были установлены пластиковые столы с выпивкой и закусками. За столиками с хозяйским видом расположились одетые, как на съемку в Африке, спонсоры во главе с главным продюсером. Лениво потягивая некую влагу из высоких стаканов, они явно пребывали в ожидании захватывающего (или пикантного?) зрелища.

У бортика бассейна на своем неизменном брезентовом стуле восседал режиссер, рядом с ним расположился оператор, настраивающий камеру.

Наталья ощутила во всем этом нечто фальшивое, неестественное и нездоровое. «Это не пробы, а самый настоящий стриптиз», – подумала она. Но отступать было поздно.

Администратор хлопнула в ладоши.

– Так, девочки, рассаживаемся. Можете пить напитки, понырять, искупаться. И больше естественности в движениях… Не будьте скованными, это – что-то вроде разминки. И еще: зовите меня, пожалуйста, Галиной. – Таким образом она явно взывала к доверительности.

Претендентки дружно плюхнулись в бассейн, и лишь Наталья медленно прошла к незанятому столику и села под сенью раскидистой пальмы. Она обратила внимание на то, как Крымов, негромко переговариваясь с оператором, указывал ему снять то один план, то другой. Объектив камеры скользнул и по ней, и Наталья попыталась изобразить на лице непринужденную улыбку. Получилось вымученно.

Соискательницы в это время шумно плескались в бассейне и карабкались на гладкие скользкие камни под тяжелый поток водопада. Немногим удавалось удержаться на ногах, и девушки с визгом летели в воду. Эффектные позы и падения вызывали у спонсоров всплески радости и бурные аплодисменты.

«Кретины, – подумала Наталья. – Интересно, почему они не приехали днем, а пожаловали прямо ко второму туру?» Слово «тур» в мыслях она произнесла с явным сарказмом.

Чтобы не чувствовать себя белой вороной, она встала из-за столика и, слегка разбежавшись, прямо с бортика прыгнула в теплую, как парное молоко, изумрудную воду. Ее эффектный прыжок вызвал бурное одобрение публики.

Крымов тут же метнулся к Гатаулину и стал что-то нашептывать ему, кивая в сторону Натальи. Спустя несколько минут под сводами бассейна неожиданно зазвучала музыка.

– Так, девочки, хватит плескаться! – воскликнула мужеподобная Галина. – Выходите из воды. Приступаем к самому главному.

Девушки послушно образовали круг возле поблескивающей холодным металлом лестницы и со смехом стали выбираться из бассейна на холодный кафельный пол.

– Раздевайтесь, – скомандовала Галина, – купальники вам больше не нужны.

– Это как? – робко поинтересовалась одна из девушек.

– А вот так! – выдохнула дым Галина. – Где вы видели современный фильм без обнаженной натуры? Что нужно зрителю? Больше секса и насилия…

«Похоже, этим не закончится, – подумала Наталья. – Если уж заговорили о сексе… Они что, и это собираются снимать? Интересно, а кому отведена роль партнеров?»

Она оглянулась и пересчитала зрителей. Мужчин было на одного меньше, чем претенденток на роль. «Одну они жертвуют режиссеру, а оператор и всякие там осветители – не в счет. Что ж, ребята, кажется, с вами все ясно».

Девочки принялись нехотя снимать лифчики и стаскивать плавки. Все это выглядело довольно противоестественно и уж совсем не эстетично. Но зрители явно остались довольны происходящим.

Понимая, что чего-чего, а стриптиза ей не избежать, Наталья прикрыла глаза, чтобы не видеть ничего, кроме яркого света софитов.

«Ну что, Мазурова, снимай купальник, соблазняй их своей задницей, – саркастически подумала она. – Раз уж тебя сюда занесло, то играй по их правилам…»

Двигая бедрами в такт музыке, она медленно сняла с плеч бретельки, сдвинула лиф к талии, обнажив свою эффектную грудь. За столиками воцарилось напряженное молчание. "Ничего, пусть смотрят, – с решимостью подумала Наталья.

– В конце концов, мне краснеть не за что". Мокрый купальник упал на кафельную плитку, и Наталья переступила через него.

– Снято! – громко крикнул режиссер. Наталья облегченно вздохнула и, подхватив с пола купальник, направилась в сторону душевой.

– Эй, девочки! Вы куда? – закричал Гатаулин. – Давайте-ка все к нам!

Вечер только начинается…

Софиты внезапно погасли, и в помещении воцарился полумрак. Технический персонал куда-то исчез, нигде не было видно и администратора, от нее остался лишь тяжелый запах дешевого табака.

Музыка заиграла громче, девушки, смущенно хихикая, не двигались с места. Мужчины поскакали с мест и устремились к ним. На Наталью с лихорадочным блеском в глазах надвигался Гатаулин. Ниже пояса он был запеленут в простыню, которая несколько оттопыривалась между ног.

«Ах ты, свинья! – гневно подумала Наталья. – Так вот какие пробы ты тут устраиваешь? Ну нет, жирный боров! Я тебе не шлюха дешевая, которой можно заморочить голову киношной лабудой! Жаль только, что все это оказалось грязным фарсом, а я, дура, размечталась…»

Разгоряченный выпитым и увиденным, Гатаулин, широко разведя волосатые лапы, норовил сгрести ее в охапку, но Наталья резко развернулась и влепила ему звонкую пощечину. Прикрываясь купальником, она бросилась в раздевалку.

– Ты куда? – заревел ей вслед отвергнутый любовник.

– Пошел ты к черту! – огрызнулась Натали. Ее попыталась остановить непонятно откуда возникшая Галина, возмущенная Наталья с силой оттолкнула ее, выхватила из шкафчика свое платье и туфли и, как была голышом, бросилась бежать по коридору. Задержавшись у выхода, она натянула платье прямо на обнаженное тело, обулась и выскочила под своды сосен.

Очухавшись после почти бессонной ночи, Наталья поняла, что наступивший день можно списать в брак. Из зеркала в ванной на нее смотрело смертельно уставшее лицо женщины на пороге четвертого десятка с опухшими, покрасневшими веками, несвежей кожей, сухими, обветрившимися губами.

– Ну что, кинозвезда? – сказала она, сумрачно улыбаясь своему усталому двойнику. – В который раз ты наступаешь на грабли, оказываешься перед захлопнувшейся дверью и терзаешь себя упреками? Годы-то идут, детка. Пора бы уже понять, кто в этом мире пользуется успехом. Господь наградил тебя внешностью. Ну и что? Кого это интересует? Вон их сколько, смазливых девчонок с ногами от шей, свежей, чистой кожей, ясными глазками, без обременительных признаков ума и таланта. Чем ты выделяешься среди них? А что? – тут же возразила она себе. – Еще как выделяюсь! Они могут заработать деньги только в постели, а я до постели дела не довожу. Неужели все, на что я могу рассчитывать в жизни, – это глупость похотливых самцов, готовых броситься на любую самку, которая поманит их пальцем? Да, этим можно прожить, и довольно сносно. Но как долго? Сколько лет у тебя в запасе? Пять? Семь?.. Каждое утро ты будешь отворачиваться от своего отражения в зеркале. Сначала увидишь морщины вокруг глаз. Нет, что значит – увидишь? Они уже есть. Не много, но они будут проявляться, как на фотографии. А эта сохнущая кожа, гаснущий взгляд? Черт! А это что такое?

Приблизившись почти вплотную к зеркалу, она провела пальцем по виску и убедилась, что ошибки нет. Это был седой волос.

– Ну, приехали, – вырвалось у нее. – Ты, милочка, уже начинаешь седеть!

Она вцепилась в волос с такой яростью, что даже не почувствовала боли, вырывая его. Выйдя из ванной и глянув на настенные часы, она поняла, что провела больше часа, приводя себя в относительный порядок. Все иллюзии были смыты под струями контрастного душа. Придется умерить свой аппетит, отложить в сторону дурацкие мечты и снова заняться тем, чему она неплохо научилась за последние годы.

Пройдя мокрыми ногами по ворсистому ковру, она остановилась перед большим, в рост, зеркалом рядом со шкафом-гардеробом. Медленно поворачиваясь и взыскательно оглядывая свою, в общем-то, стройную фигуру, она через некоторое время пришла к выводу, что все еще не так плохо. Наполнив легкие воздухом, резко выдохнула, затем повторила это упражнение несколько раз. Плечи распрямились, Наталья придала спине надлежащую осанку, кокетливо подвигала бедрами.