Человек из Скотланд-Ярда - Страница 16

«Я делаюсь чувствительной, как мисс Мандель, подумала она. — Надо лечь и спать».

Она уже собиралась отойти от окна, как вдруг увидела внизу какую-то тень, которая двигалась по направлению ко входу во двор. Потом эта тень внезапно остановилась и исчезла. Затем у входа появилась другая фигура, ходившая взад и вперед. Затаив дыхание, Джоан ждала появления первой фигуры. Может быть, кто-то в опасности? Она быстро надела халат и ночные туфли. На часах было 1.46. Джоан открыла дверь и вышла в холл. Надо позвонить по телефону Тагерту, потом в полицию. Она быстро спустилась по лестнице, покрытой ковром. Внизу она повернула налево, к библиотеке. Дверь была закрыта. Джоан хотела повернуть ручку, но тут она услышала голоса, а затем дверная ручка щелкнула. Быстро сняв туфли, Джоан метнулась через холл в гостиную.

Дверь из библиотеки открылась, и Джоан услышала голос мистера Баррета, приглушенный, с незнакомыми нотками спокойного приказания.

— Сейчас же ложись, Диана, и не делай, ради Бога, еще одной глупости ночью. Утром, если не раздумаешь, то можешь туда пойти.

Ответа не было.

Джоан услышала тихие шаги на лестнице. Она выглянула из дверей гостиной и увидела две тени, поднимающиеся наверх. Она подождала, пока в доме все стихло, и тогда, тихо поднявшись в свою комнату, скользнула в свою постель. Она лежала и долго наблюдала за дверью в холл, пока наконец не заснула.

Тагерт Лейтон сидел в конце длинного обеденного стола и читал утренний выпуск «Дейли Мейл». Перед ним стоял солидный завтрак, состоявший из бекона, яиц, томатов и чашечки ароматного дымящегося кофе.

Арчи Пейдж зевнул и развернул свою салфетку.

— Я собираюсь пригласить девушек позавтракать, если они этого захотят. Почему бы и тебе, Тагерт, не присоединиться к нам?

— Одному из моих клиентов прошлой ночью разбили голову, и мне надо быть в конторе. Это Крейки.

— Неужели старый Симон Легри Крейки?

— Нет, его брат, — Давид Крейки. Ну-ка, Арчибальд, скажи, имел ли ты с ними дело?

— Я? Нет. Но я знаю людей, которые имели.

— Ну, я должен идти. Ты будешь здесь вечером?

Арчи усмехнулся.

— Я же сказал, что остаюсь здесь, пока эта семья не вернется. Она вернулась. Разве я не хозяин своего слова?

Тагерт повернулся к горничной, женщине средних лет, ожидавшей распоряжений, стоя у буфета.

— Дорис, мистер Пейдж будет обедать. И скажите миссис Когнис, что мы оба отказываемся целую неделю есть баранину и пудинг.

— Хорошо, сэр.

Еще не было и восьми часов утра, а инспектор Булл уже находился в крохотной комнатке, где нашли мертвого Давида Крейки. С ним были инспектор Нортон и сержант Мак-Леш.

— Я принес вам этот рапорт, — сказал Нортон. — Драйден говорит, вы ищете связь между этим делом и делом на Редклиф-Корт?

Он протянул Буллу заключение окружного хирурга, который исследовал тело ростовщика. Булл просмотрел его — затылок был разбит.

— Драйден говорит, вы думаете, что это брат того.

Инспектор Булл хмыкнул.

— Похоже на то. Фишер собирается посмотреть на них сегодня утром.

— Вы слышали что-нибудь о брате?

Инспектор Нортон, который знал о ростовщиках больше, чем кто-либо другой, покачал головой.

— Симон Крейки всегда был окружен тайной, — сказал он неохотно. — Сам я его никогда не видел. Он жил наверху с братом. Редко выходил из дома. По происхождению они шотландцы. Давид поселился здесь лет тридцать тому назад как старьевщик. А семнадцать лет тому назад здесь появился Симон. До этого он состоял в каком-то финансовом предприятии в Эдинбурге. Вот и все, что имеется в досье.

Нортон порылся у себя в карманах и достал выписки из досье старшего Крейки. Скотланд-Ярд сохраняет сведения об интересных для него людях, особенно тех, кто потенциально, по своей профессии, может оказаться шантажистом или укрывателем краденого.

— И чем же объясняется такая таинственность?

Нортон пожал плечами.

— Когда я был моложе, я тоже пытался это выяснить, что у них что-то не в порядке. Но Давид делал свою работу — брал вещи и показывал их Симону. Симон был боссом, он платил деньги. Вы могли отдать деньги Давиду, но получить у него ничего не могли. Симон выписывал деньги и посылал их по почте. Я не знаю никого, кто когда-либо разговаривал с ним, это факт.

— Уверены ли вы, что такой человек — Симон Крейки — вообще существовал?

Нортон уставился на него.

— Если вы не видели его — вообще никто не видел…

Нортон обиделся. Он даже вынул трубку изо рта.

— Масса здешних людей его видела. Я сказал, что я никогда не видел его и не знаю никого, кто разговаривал бы с ним.

— Я только хотел узнать, — извиняющимся тоном сказал инспектор Булл. — Это иногда бывает, знаете. Я подумал, что, может быть, Давид по какой-то причине делал работу за двоих, по причине, известной только ему одному. Ну, хорошо, мне хотелось бы взглянуть на его бумаги.

— Тогда я пройдусь пока по улице, — сказал Нортон. — Гербертс, окружной инспектор, знает здешний народ очень хорошо. Он хотел кое-кого повидать.

Инспектор Булл сел за конторку и, методически просматривая листок за листком, делал пометки в своей записной книжке. Он просматривал последнюю ячейку, когда вернулся Нортон с женщиной и ребенком — мальчишкой лет пяти.

— Это миссис Бледсоу, инспектор. Она держит тут рядом писчебумажную лавку. У нее есть для вас сообщение. Оно имеет отношение к вашей теории по делу Эрл-Корт, — добавил он с хитрой усмешкой.

— Садитесь, миссис Бледсоу.

Женщина села на стул, указанный ей Буллом, и притянула к себе мальчишку.

— Вы знаете обоих Крейки?

— Вовсе нет, сэр, — резко сказала она. — Я из тех, кто живет своей жизнью и не сует нос в чужие дела, если другие поступают так…

— Конечно, конечно… Значит, вы редко их видели?

— Больше чем достаточно. Я со старшим никогда не разговаривала, кроме того случая, когда Джекки погнался за голубем. А он высунул голову из окна да и говорит: «Что-то много тут шума!» «Да», — ответила я и позвала Джекки домой.

— А я поймал голубя, — уточнил Джекки. — Это ты меня послала за ним.

— Ну и как выглядел мистер Симон?

— Как и его брат. Они были как вылитые.

— Вы видели их когда-нибудь вместе?

Миссис Бледсоу собиралась было ответить, но потом подумала и сказала:

— Ну, сначала я хотела сказать, что видела их вместе. Но сейчас подумала и не могу сказать, что видела. Мистер Давид сидел в лавке и никуда не ходил. Мистер Симон, — тот выходил. Когда ты видел мистера Симона, Джекки?

Инспектор Нортон хихикнул. Булл посмотрел на Джекки и решил, что этот ребенок или замечательно развит для своего возраста, или значительно старше, чем кажется.

— Вчера, — сразу же ответил Джекки. — Он дал мне это, и это теперь мое.

Опасливо поглядев на мать, он вынул из кармана пенни и попятился к Буллу. Миссис Бледсоу с уважительной осторожностью глянула на полицию Его Королевского Величества и неприятно улыбнулась своему отпрыску, который ответил ей враждебным взглядом.

— Как это приятно, не правда ли? — сказал Булл, бросив странный взгляд на Нортона. — Значит, мистер Симон дал тебе это вчера, не так ли?

— Да, сэр.

— Он часто давал тебе пенни?

— Каждый раз, как видел меня. Раз или два в неделю.

— Джекки, а как ты узнавал, что это был мистер Симон? Может; это был мистер Давид?

— Нет, сэр. Я знаю его. Это был мистер Симон.

— Ты мог бы различить их? По отдельности.

— Да, сэр. Мистер Симон старше.

Инспектор Булл хмыкнул.

— Ну, хорошо, а в какое время ты видел его вчера?

— В такое же время. Как раз перед тем, как почтальон берет письма из ящика на углу.

Булл взглянул на миссис Бледсоу.

— Это бывает около 4 или 4.30, сэр, — пояснила она. Инспектор Булл посмотрел на рапорт окружного хирурга, лежащий на конторке. Согласно ему, Давид Крейки был мертв часа за два до того, как доктор осматривал его.