Человеческие останки (ЛП) - Страница 288

Майкрофт торопливо поднялся по лестнице вслед за Грегом, целуясь по дороге. Захлопнув за собой дверь квартиры, Грег впился в губы Майкрофта, хватая того за лацканы пиджака и прижимая к стене прихожей. Он прижался к нему тазом так, чтобы они могли двигаться вместе, вздыхая, постанывая и не прекращая целоваться.

Майкрофт обвил одной ногой ногу Грега: - Достань смазку, - прошептал он.

- Что?

- Хочу, чтобы ты взял меня прямо здесь.

- О боже! – выдохнул Грег, снова целуя его. – Стой так… подожди. – Он окинул Майкрофта быстрым взглядом, отмечая его раскрасневшиеся щеки и беспорядок в одежде. Грег поспешил в спальню, сбрасывая туфли и джинсы по дороге. Он достал из тумбочки тюбик смазки и вернулся к Майкрофту, целуя его и поглаживая твердый член Майкрофта сквозь ткань брюк.

Колени Майкрофта чуть подкосились, и Грег поднял его руки над головой, прижимая того к стене своим телом.

- Повернись, - сказал Грег, застонав, когда Майкрофт мгновенно подчинился. Грег быстро расстегнул его брюки, спустив их до щиколоток. Он прикусил мочку уха Майкрофта, а затем чуть пососал ее: - Ты такой горячий и сексуальный, Майкрофт, - простонал он, жестко целуя его шею. – Все эти угрозы… Боже!

Грег сдернул боксеры Майкрофта и погладил ягодицы: - Ты нарушил закон, Майкрофт. И ты нарушил закон в присутствии полицейского, а я не могу это просто так оставить.

Майкрофт застонал, откидывая голову Грегу на плечо. – И что вы собираетесь предпринять по этому поводу, офицер? – он выдохнул. – Сэр? – добавил он спустя мгновение.

Грег секунду смотрел на него, а затем быстро нанес смазку на пальцы: - Покажи-ка мне свой зад, Холмс, вот так!

Грег наклонился, разводя ягодицы Майкрофта и вжимаясь языком в тугое кольцо мышц. Он был невероятно возбужден от звука учащенного дыхания Майкрофта и его тихих стонов, таких откровенных и отчаянных.

Облизывая и поглаживая, Грег готовил своего любовника так, как это тому особенно нравилось. Он сменил язык на два пальца, и Майкрофт легко принял их, подаваясь назад и требуя большего. Грег поцеловал обратную сторону его бедра: - Ты - само совершенство, - прошептал он. – А я – самый счастливый парень в мире.

Затем он убрал пальцы, встал и сдернул свои боксеры. – Пожалуйста, - умоляюще прошептал Майкрофт. – Ты мне нужен.

Грег отчаянно застонал, входя одним точным движением, одной рукой обхватив Майкрофта за талию, а другую положив ему на бедро. Они тяжело дышали и постанывали в унисон, оба все еще полностью одетые от талии и выше, в то время как брюки и боксеры Майкрофта болтались у него вокруг лодыжек.

- Ох, любимый, любимый, - шептал Грег, теряя голову от волн удовольствия. Майкрофт вскрикнул, и Грег обхватил рукой его член, помогая ему кончить секунду спустя. Грег последовал за ним, зубами вцепившись во все еще прикрытое одеждой плечо Майкрофта.

Они постояли вместе пару мгновений, пытаясь отдышаться, затем Грег осторожно вышел и рухнул в кресло. Майкрофт наклонился, чтобы натянуть белье и брюки, а затем они посмотрели друг на друга.

Грег медленно расплылся в улыбке: - Если ты еще когда-либо решишь шантажировать кого-либо в моем присутствии, будь готов к последствиям.

Майкрофт хмыкнул: - Ты невозможен, - сказал он, направляясь в ванну.

Грег рассмеялся и потер лицо: - Да, что ж, если уж мне случилось жить с самым могущественным человеком в Англии, так что мне остается делать?

Майкрофт изобразил оскорбленное выражение лица: - В Англии, Грегори? Окажи мне хоть каплю доверия! По крайней мере, в Великобритании!

Грег взорвался смехом и швырнул в него подушкой.

Майкрофт широко улыбнулся в ответ, широко и счастливо, поймал мягкий снаряд и закрыл за собой дверь в ванную. Грег рассмеялся сам себе: он был счастлив, как никогда в жизни.

========== Часть 62. Хотел бы я, чтобы дела не обстояли так ==========

Детка, я вернулся в похоронную процессию,

Ползущую по старым улицам,

В том месте, которое я лишь недавно называл своим домом.

В поисках благословения, ища знак,

В попытках отыскать место, где я поклялся бы в вечной любви.

В неумирающей любви.

Но я устал от постоянной боли,

От бесконечного фальшивого парада,

Я выжгу мое имя и сожгу свои пожитки,

И выберусь на яркий свет, на яркий свет.

Братишка, не возвращайся в похоронную процессию,

Улицы смолкли,

Крест больше не блестит

во главе похоронной процессии.

И я устал от этого тесного места,

Где надежда умирает и уплывает прочь.

Я оставлю эти тени позади,

Направляясь на яркий свет, на яркий свет.

Так что давай, доставай гитару,

Подпитай огонь, разожги его ярче.

Хотел бы я, чтобы дела не обстояли так,

Чтобы тень не скрывала лучшие вещи.

Но ты сможешь сохранить свет, сохранить свет.

TOM MCRAE - Bright Lights

Июль 2013

Иногда жизнь полна значимых моментов: первый поцелуй, первое «я тебя люблю», начало совместной жизни. Но чаще жизнь — это все-таки рутина, это рабочие недели в ожидании двух выходных, возможности поваляться подольше и сходить вместе на прогулку и на ужин.

Для Грега именно рутина была лучшей частью жизни. Ему было плевать на какие-то развлечения по выходным, будь то вылазки в паб с коллегами по Ярду или посещение новых модных ресторанов в компании Майкрофта.

Он любил приходить домой и готовить им ужин, или же возвращаться домой и обнаруживать на кухне готовящего еду Майкрофта. Или же, когда они оба возвращались после 10 вечера, молча окидывали друг друга быстрым взглядом и синхронно направлялись на кухню, где в ящике шкафчика хранились меню доставки еды.

Он любил, когда они вместе валялись на диване и смотрели новости, а Грег пытался угадать, к каким из них имел отношение Майкрофт. Он жил ради тех дней, когда они оба заканчивали работать вовремя и рано отправлялись в постель, недолго читали, а затем уделяли внимание обнаженным телам друг друга.

Грег любил случайные обеды, когда им удавалось встретиться, и они жаловались друг другу на некомпетентных чиновников или же полицейских и обменивались поцелуями украдкой. Он обожал, когда Майкрофт неожиданно награждал его короткими поцелуями, когда они оба работали дома.

В некоторые дни, самые-самые драгоценные, они готовили ужин вместе, затем неторопливо ели его и разговаривали. Грег привык к ритму жизни в Доме крестоносца.

Он знал график смены консьержей, знал имена трех дворецких, встречал уборщика, одного из четырех, но лишь однажды. Он узнал, что Майкрофт не занимается заполнением своего холодильника, и что для этого есть специальный работник, который отвечает за закупку продуктов для всех, находящихся в здании. Грег узнал, что Майкрофт отдает свои костюмы в сухую химчистку.

Грег стал аккуратней, чем раньше, а Майкрофт стал более терпеливо относиться к беспорядку. Большую часть времени все было очень легко. Даже когда Грег возвращался домой, а Майкрофта еще не было, одного знания того, что тот скоро вернется, было достаточно для того, чтобы Грег чувствовал себя счастливым. В трудные дни, а таких было гораздо больше, чем они готовы были признать, они поддерживали друг друга. Им практически не требовалось слов, просто находиться рядом друг с другом было абсолютно достаточно.

***

Салли сидела за столом — за старым столом Грега, когда он вошел, неся толстую зеленую папку. Она посмотрела на него, затем перевела взгляд на документы у него в руках, прищурилась и нахмурила лоб.

— Если вы надеетесь нагрузить на меня вашу бумажную работу, то вам лучше немедленно распроститься с мечтами.

Грег улыбнулся: — Это так ты разговариваешь со всем начальством?

— Нет, вы — особенный, — она наградила его широкой улыбкой.

Грег рассмеялся, сел и положил папку перед ней, чтобы она могла прочитать этикетку на обложке.

«Ричард Брук и Шерлок Холмс», прочла она. «Верховный суд, 16 августа» Ее взгляд метнулся к Грегу: — У вас уже даже назначена дата суда!