Церковная история - Страница 79

ГЛАВА 9

Тогдашние епископы в Антиохии и Риме

Около того же времени в Антиохии, по смерти Флавиана, принял епископство Порфирий, а после Порфирия в тамош-ней Церкви предстоятельствовал Александр 8. У римлян же за Дамасием, который занимал епископский престол в продолжение восемнадцати лет, следовал Сириций, за Сирицием, который был епископом пятнадцать лет, управлял Церковью три года Анастасий, а после Анастасия - Иннокентий, начавший прежде всех преследовать в Риме новациан и отнявший у них много Церквей 9.

ГЛАВА 10

О том, что в то же время Рим подпал под власть варваров и был опустошен Аларихом

В то же самое время пришлось и Риму подпасть под власть варваров. Некто Аларих, варвар, союзник римлян, помогавший царю Феодосию в войне с тираном Евгением и за то удостоенный римских почестей, не вынес своего счастья. Впрочем, он не предполагал сделаться царем. Удалившись от Константинополя, хотел он перейти в западные области и, достигнув Иллирии, тотчас стал все разрушать. Потом, при переходе устья реки Пинея, где через гору Пинд лежит дорога к Никополису эпирскому, ему, противостали фессалийцы, и в сражении убили у него около трех тысяч человек. Уже после этого сопутствовавшие ему варвары уничтожали все встречавшееся и наконец, взяли сам Рим и, опустошив его, многие из дивных его зданий сожгли, сокровища разграбили, нескольких сенаторов подвергли различным казням и умертвили 10. В насмешку же над царским достоинством, Аларих назначил царя, по имени Аттила, и в один день приказал ему выйти, как царю, окруженным царскою стражею, а в другой заставил его явиться в виде раба 11. После сего, испугавшись молвы, что царь Феодосий послал против него войско, он обратился в бегство. И молва не была выдумана: войско действительно шло, поэтому Аларих, не перенесши, как я сказал, и одного слуха о том, поспешно удалился. Рассказывают, будто во время его похода к Риму, один благочестивый муж, по образу жизни монах, уговаривал его не радоваться при виде столь великих бедствий, не наслаждаться убийством и кровью. На что он отвечал: "Не по своей воле я иду туда, кто-то каждый день беспокоит и мучит меня, говоря: ступай, опустоши город 12 Рим". Но довольно об этом.

ГЛАВА 11

О бывших тогда в Риме епископах

После Иннокентия, в продолжение двух лет римской Церковью управлял Зосима, а после Зосимы предстоятелем Церкви три года был Бонифаций, которого сменил Целестин 13. Этот Целестин у римских новациан отнял церкви, и епископа их Рустикула принудил делать собрания тайно в частных домах. До его времени римские новациане весьма благоденствовали и, имея множество церквей, собирали в них многочисленный народ. Но зависть коснулась и их, потому что римское епископство, подобно александрийскому, выступив за пределы священства, давно уже перешло в самовластное господство. Вот от чего римские епископы не позволяли свободно собираться даже одномыслящим с ними христианам, но, отняв у них все, лишь хвалили их за единомыслие. Епископы констатинопольские не были заражены такой болезнью, напротив, они особенно любили новациан и позволяли им собираться внутри города, как об этом я уже и прежде довольно говорил.

ГЛАВА 12

О Хрисанфе, новацианском епископе в Константинополе

По смерти Сисинния, на престол епископский против воли возведен был Хрисанф, сын Маркиана, предшествовавшего Сисиннию епископа новацианского. В молодых летах он служил в придворном войске, потом при царе Феодосии Великом был префектом Италии, и наконец, поставлен наместником Британских островов, где возбуждал удивление своими распоряжениями. Достигнув преклонных лет и возвратившись в Константинополь, Хрисанф хотел было сделаться префектом города, но против воли возведен был на престол епископский, потому что Сисинний во время кончины упомянул о нем как о человеке, способном епископствовать, и новацианский народ, приняв его слова за закон, решился насильно увлечь его к епископству. Хрисанф однако скрылся, а Савватий, полагая, что теперь настало удобное время, в которое он может овладеть церквами, вменил ни во что данную им клятву и склонил некоторых незначительных епископов возложить на него руки. В числе рукополагавших его был и Гермоген, которого он проклял и отлучил за хульные сочинения. Впрочем, намерение Савватия не исполнилось, ибо народ ненавидел его за то своенравие, с которым он употреблял все средства, чтобы прокрасться на степень епископства, а потому всячески старался отыскать Хрисанфа и, узнав, что он скрывается около Вифинии, взял его силой и возвел на епископство. Это был муж самый мудрый и одновременно самый скромный, какого только можно было найти. Новацианские церкви в Константинополе он тщательно сберег и умножил, также первый стал раздавать бедным собственные свои деньги, а из церковной собственности не брал ничего, кроме двух благословенных хлебов по воскресным дням. Он имел такое попечение о своей Церкви, что от софиста Троила взял превосходнейшего в то время ритора Аблавия и возвел его в сан пресвитера. Написанные Аблавием беседы отличаются изящной отделкой и звучностью языка. Впоследствии Аблавий был епископом никейско-новацианской Церкви и в то же время учил там софистов.

ГЛАВА 13

О бывшей в Александрии между христианами и иудеями битве и раздоре епископа Кирилла с префектом Орестом

В то же самое время епископу Кириллу пришлось изгнать из Александрии и племя иудеев, - по следующей причине. Александрийская чернь любит возмущения больше всякой другой черни и, когда находит повод, устремляется к нестерпимым злодействам, ибо без крови не успокаивается от волнения. Случилось, что эта самая чернь и тогда взволновалась - не по какому-либо важному поводу, но по причине распространившегося во всех городах зла, то есть страсти к плясунам. Так как плясун в день субботний собирал к себе гораздо более народа, потому что иудеи, ничего в этот день не делающие, занимались не слушанием закона, а театральными зрелищами, то суббота обыкновенно бывала днем столкновения народных партий. Александрийский префект хотя до некоторой степени и ограничил такой беспорядок, однако иудеи все-таки не переставали враждовать против людей противной партии. Будучи всегда и везде врагами христиан, они еще более вооружились против них из-за этих плясунов. При таких-то обстоятельствах александрийский префект Орест делал в театре politeian - так обыкновенно назывались общественные распоряжения. Тут были и приверженцы епископа Кирилла, желавшие знать о распоряжениях префекта, и в числе их находился один человек, по имени Иеракс, бывший учителем детских наук и, как пламенный слушатель епископа Кирилла, всячески старавшийся возбуждать рукоплескания при его поучениях. Когда толпа иудеев увидела этого Иеракса в театре, то вдруг закричала, что он пришел на зрелище не за чем другим, как для возбуждения смятения в народе. Между тем Оресту и прежде было ненавистно владычество епископов - частью потому, что они отнимали много власти у поставленных от царя начальников, а особенно потому, что Кирилл хотел иметь надзор и над его распоряжениями. Итак, схватив Иеракса, он всенародно в театре подверг его мучениям. Узнав об этом, Кирилл позвал к себе знатнейших из иудеев и, вероятно, грозил им, если они не перестанут возмущаться против христиан. Но иудеи, слыша угрозы, сделались еще упорнее и во вред христианам придумывали козни. Я расскажу о главнейшей, которая была причиной изгнания их из Александрии. Сговорившись, чтобы каждый носил с собой, как отличительный знак, сделанное из коры пальмового дерева кольцо, они задумали напасть ночью на христиан, и в одну ночь послали некоторых людей кричать по всем концам города, будто горит церковь соименная Александру. Услышав это, христиане, для спасения церкви, сбегались со всех сторон, а иудеи тотчас нападали и умерщвляли их. Друг друга они не трогали, потому что каждый показывал другому кольцо, а встречавшихся христиан убивали. С наступлением дня это злодейство обнаружилось. Раздраженный им, Кирилл с великим множеством народа идет к иудейским синагогам, - так называют иудеи места своих молитвенных собраний - и синагоги у них отнимает, а самих изгоняет из города, имущество же их отдает народу на разграбление. Таким образом, иудеи, жившие в городе со времен Александра Македонского, тогда все и без ничего оставили город и рассеялись по разным странам 14. Но учитель врачебных наук Адамантий, отправившись в Константинополь, прибег к епископу Аттику и, приняв христианство, впоследствии опять жил в Александрии. Между тем александрийский префект Орест был крайне огорчен этим происшествием и очень скорбел, что столь великий город так неожиданно лишился такого множества жителей, а потому донес об этом царю. О злодействе иудеев известил царя и сам Кирилл, хотя, тем не менее, посылал и к Оресту людей с предложением ему своей дружбы, потому что к этому побуждал его александрийский народ. Но Орест отверг дружбу епископа. Тогда Кирилл взял и держал перед ним книгу Евангелие, думая хотя этим пристыдить его, однако и такая мера не смягчила префекта, - и между ними осталась непримиримая вражда, следствием которой было следующее.