Цена будущего. Тем, кто хочет (вы)жить - Страница 13

Общество знаний – это все-таки общество, во главе которого стоят ученые, как бы кто ни оценивал современный мир. Не обязательно в качестве самостоятельного управленца, но в качестве сообщества «старейшин», которые могут выработать наиболее грамотные принципы руководства и жизнедеятельности. Как смысл нравственного и истинного атрибута веры.

Современная тенденция обществоведческой науки и «услуговых дисциплин» такова: ничего нового фактически не пишется. Переписываются под копирку некие старые решения. Вроде бы актуальные по названиям работы поражают своей вторичностью и откровенной архаикой.

Такое состояние современной общественной мысли ведет фактически к тому, что ни сама наука, а значит, ни власть, ни общество в целом – не развиваются. А раз не развиваются – значит, не могут отразить объективно реальность, которая там, где-то за окном, уже наступила. Там уже другой мир, а мы все пишем о той реальности, которая была вчера и позавчера. И тем самым мы сами же, своими руками, фактически благодаря власти, пытаемся остановить бурное течение жизни или переиначить на искусственный лад. Опять появляется рыбка и рыбак на берегу с просьбой, что некоторые хотят быть владычицей морской! Но как же так? Это ведь невозможно! А так хочется. Да еще бы на веки вечные.

Невостребованность обществоведческой науки входит в еще большее противоречие с науками техническими и естественными, где изобретения случаются. Более того, уже невооруженным взглядом видно, что разрыв все больше увеличивается: появляются новые компьютеры, новые системы связи, в естественной науке изучают геном человека, делаются открытия в микробиологии, недавно физики «поймали» новую элементарную частицу – бозон Хиггса, и это открытие может в корне перевернуть науку о веществе… А общественные науки дают ответ – а зачем это все нужно человеку? Зачем это все нужно обществу? Разрыв нарастает. Ученые вместе с гражданами должны ответить на ряд сущностных вопросов дня. И перекладывать ответственность для принятия решений на плечи власти уже бессмысленно. Коли пока ученые по большей части лишь ворчат на кухнях да жалуются друг другу, что власть их не слышит, она действительно их в упор не видит. А раз так, то и управляют страной не люди будущего и даже не люди настоящего, а люди прошлого со своими стойкими иллюзиями, стереотипами и комплексами, которые пытаются настойчиво навязать всему обществу. Страна же в это время стоит на месте и даже движется вспять! А как мечтал много столетий назад древнегреческий философ Платон – ученик Сократа и учитель Аристотеля, – что править обществом будут настоящие ученые.

Вот уже более двух тысяч лет прошло, и нет такого общества и в помине. Как бы расстроился, наверное, Платон, если бы ему удалось перенестись в день сегодняшний и увидеть, как сегодня люди живут, в том числе и в его родной современной Греции.

Основная цель нынешней власти – вне зависимости от конкретной страны – создать закрытую наследственную аристократию, передать собственность и власть своим детям и ближнему окружению – и все, точка! Больше ничего и не надо! При этом еще желательно быть в обществе не потерянными, иметь разные приятные знаки отличия – от орденов и медалей, чтобы украсить лацкан своего пиджака, до докторских, кандидатских, магистерских званий, титулов лордов, пэров и т. п. То есть показать, что мы не просто забрались на верхушку пальмы: мы – просвещенные правители, достойные уважения и почитания. Мы тут прикид будем постоянно совершенствовать, а вы уж уважайте нас! И не помышляйте, что вам разрешат иное поведение.

Тут возникает парадокс: если власть считает себя выше всех – то зачем какие-то дополнительные знаки отличия? Мы выше всех, мы фактически бога за бороду держим. Нет – власть хочет получить признание от общества и индульгенцию, как прощение прошлых, нынешних и будущих грехов. Власти нужны восторженные зрители. А зрителям нужны зримые – вот такой каламбур! – свидетельства высокого ранга. Одно дело – ты обладаешь неким званием, другое – если ты просто властитель, не имеющий титула, – как бы тебе завтра не сказали: слезай, придурок, мы поняли, что ты никчемное существо!

А ведь, по большому счету, мы должны прийти к тому, чтобы конкретного человека знали прежде всего как личность. Знали по фамилии, по делам, может, по родословной. И чтобы ценилась не просто старая аристократическая родословная – например, ты вышел из семьи Рокфеллеров, Ротшильдов, Каролингов, Рюриковичей, – а происхождение из рода, который много сделал для человечества, для конкретной страны, региона, города. Вернадские, Ломоносовы, Лобачевские, Мичурины… Именно тогда мы не будем оказываться в «Стране невыученных уроков».

Сейчас же, коль скоро наше общество замешано на деньгах, на денежной цивилизации, власть становится фактически синонимом денег. «Власть» = «денежный эквивалент» + «атрибуты, которые должны окультурить власть». Поэтому получается, что власть действует по логике денежных мешков.

Логика современных политических лидеров – это не защита национальных интересов, а защита мешков, кошельков, счетов в банках. Соответственно, и логика поступков у них другая, не имеющая отношения к служению принципам добра и справедливости.

Мы иногда задаемся вопросом: почему они действуют так? Они действуют совершенно логично, только исходя из неких реперных точек, которые важны им, а не обществу. Даже сохранение себя, собственного достоинства уходит на второй план, а на первый план выходит сохранение, условно говоря, мешков, сундуков с сокровищами, кошельков, хранилищ с антикварными картинами или раритетными авто. Хотя как эти мешки сохранить? Надо сначала сохранить себя, чувство собственного достоинства, а потом мешки. Нельзя сохранить мешки без первого и второго. Раз так, то правящая элита вольно или невольно стремится растворить государство и общество. Растворить, атомизировать, рассыпать, чтобы общество нигде, ни в каких кучках не собиралось – на кухнях, на улицах, в каких-то кооперативах, артелях, профсоюзах, общественных организациях и даже в официальных партиях – нигде не собиралось! И не мешало наслаждаться своим богатством. Как говорится, спокойно и умиротворенно над златом чахнуть. Отточить до филигранного совершенства искусство тырить и воровать с особым цинизмом.

Потому что в противном случае возникает угроза: свободно собравшиеся люди могут аккумулировать идеи лидеров, выдвинутых ими самими, без навязанных и «подаренных» «сверху». Лидеры будут тем опаснее, чем больше они прорастут из самой сердцевины общества, безо всяких предварительных званий, орденов и почестей, и они будут знаменем. И это не революция – это нормальное движение конкретных нормальных людей. В противном случае мы строим какую-то бумажную демократию, которая на бумаге есть, пестуем разговорную демократию, о которой пишут в газетах и Интернете, говорят по радио и по телевидению, но в реальности она не существует. Получается демократия-пустышка. Демократия – дымовая завеса для власть предержащих. А мы носим с ней как со списанной торбой, надеясь разглядеть за искусственным глянцем животворные ростки.

Правящий класс тратит основное время на то, чтобы сберечь и приумножить свои сокровища. В российском сериале «Синдром дракона» очень точно показано грань между сказочными персонажами и их реальными прототипами. Устами маленькой девочки глаголет истина, что дракон не принцесс ворует. Это все сказки. Главные силы дракон тратит на поиски и овладение сокровищами. Дракон не может долго жить без своего сокровища. Помните, в экранизации книги английского писателя Дж. Толкиена «Властелин колец», какую притягательную силу имело кольцо главного героя Фродо. Следовавший за ним по пятам Голлум никак не мог отделаться от притягательной силы «очарования» кольца. «Ты моя прелесть» – все время повторяет Голлум. И в этом кольце вся его жизнь. Это как у Кощея Бессмертного вроде бы, но на кончике иглы жизнь и смерть одновременно. Кольцо обладает собственной волей и способно продлевать жизнь владельца, одновременно порабощая его, искажать его помыслы, вызывая у него неотвратимое желание во что бы то ни стало обладать Кольцом. Прелесть как духовная болезнь человека, которая сопровождается высшей формой лести самому себе, самообманом, гордыней. «Без своего сокровища дракон болеет и умирает. Если найдешь сокровище, можешь сам превратиться в дракона», – предостерегает девочка путника. И продолжает: «если убить дракона, то в тебя может вселиться его душа. И тогда ты всю жизнь будешь охранять пещеру сокровищ, и всю жизнь будешь искать ее». Стоит ли того, чтобы тратить свою жизнь на это?