Бриллиантовый джокер - Страница 15

– Ближе к телу! – Рокис выплюнул в ладонь жвачку и прилепил ее девушке прямо на лоб. – Так куда подевался Бугор в тот вечер?

– Не знаю… клянусь самой Девой! Он заехал за мной на своем «Паджеро», но ему буквально тут же кто-то прозвонил на сотовый!

– В этом месте подробнее! – подал реплику находящийся в тени Полковник. – Кто именно звонил? И чего от него хотели?!

Девушка несколько секунд молчала, затем, размазав ладошкой остатки косметики на зареванном лице, сказала:

– Не знаю, кто ему звонил. Он по имени этого человека не называл… но, наверное, кто-то из его знакомых… Тот ему что-то сказал, а Саулюс… мне показалось, что он обрадовался… как будто какую-то новость хорошую получил. Я даже приревновала… как бы в шутку. «Что, Саулюс, – спросила у него, – решил новую ляльку себе завести? Я тебе, значит, уже разонравилась?..»

– Что? Как… как ты сказала? – Рокис взял ее пальцами за подбородок и развернул к себе. – Откуда взялось это вот – «новая лялька»?

– Ой, не бейте!

– Ближе к телу!

– Ну, так он сам сказал по телефону… Тому, с кем разговаривал. Типа того, что точно – «новая лялька?» И еще спросил: «А она у тебя «чистая»? Или как?» Вот… все!

– Опа! – сказал Рокис, повернув голову к начальнику, который тоже был в курсе, что именно на языке отдельных «элементов» подразумевается под словом «лялька». – Я хребтом чуял, что с этим Бугром что-то не то… и не так! Не зря, значит, его мобила не отвечала весь вечер, да и сейчас тоже не откликается!..

– Где он тебя высадил, девушка? – спросил из полусумрака Полковник.

– На привокзальной площади. Он попросил… потребовал, чтобы я сделала ему минет. Он сказал – «давай по-быстрому, у меня тут срочное дельце возникло!». Я немного обиделась, но сделала, как он хотел. Он мне дал денег… но не две тысячи литов, а всего сто долларов. Сказал, что остальные отдаст на следующей неделе…

– И что? Так и уехал, не сказав – куда?

Девушка закивала.

– Вы меня отпустите, да? Я больше ничего не знаю… обо всех этих делах!..

– На кой ты нам сдалась! – сказал «дознаватель». – Отпустим и даже домой подбросим! Но чуть позже: когда расскажешь подробно, где, в каких местах тебе довелось побывать с Бугром и с кем он в последнее время общался!

– Ну и с-сука этот… Бугор! – процедил Рокис. – Ну ничего, теперь-то я тебя из-под земли достану! Ты у меня, бролюкас, в мелкий бугорок теперь превратишься… не выше могильного холмика!..

В этот момент запиликал сотовый телефон. Полковник глянул на дисплей: звонил его давний приятель, занимающий сейчас тот пост, с которого он сам ушел в «Апсаугу» примерно четыре года назад.

– Появились новости, – прозвучал в трубке знакомый голос. – Обнаружили Бугримавичюса… вернее, нашли тело!

– Что?! Минутку… – Полковник вышел в коридор, знаком показав Рокису, чтобы тот тоже следовал за ним. – Как это – тело? Он что… мертв?

– Да, вот только недавно выяснилось. Извини, что не сразу позвонил, сам вот только что узнал. Ты что-то хочешь спросить?

Новость поначалу ошеломила Полковника. Ведь только что, всего минуту назад, казалось, что вышли наконец на верный след, который приведет их к пропавшей «ляльке»! А тут вдруг выясняется, что человек, который, возможно, – и даже весьма вероятно – приложил руку к ЧП у «Нуратиса», мертв… А что у мертвого спросишь?

– Алло! Ты меня слышишь?

– Да, я слушаю.

– Имена убийц известны! Сейчас один наш общий знакомый поехал вместе со спецназом брать эту шайку! Есть сведения, что они выехали из города и укрылись на хуторе. Там их и накроют!..

Полковник поторопился уйти с автовокзала. Если бы он задержался, то узнал бы кое-что любопытное.

Примерно через полчаса после того, как он уехал с автовокзала, на перроне, отведенном для международних линий, остановился автобус, выполнявший рейс Москва – Минск – Вильнюс. Последними из салона вышли двое крепких, спортивного телосложения мужчин: обоим около тридцати, одеты неброско, у каждого при себе небольшая дорожная сумка и турвиза в российском загранпаспорте. Всю дорогу из Москвы они сидели в разных концах салона, не обмолвившись и словечком. Один из «туристов», первым забрав из багажного отсека свой баул, уже отправился вроде бы к лестнице, по которой можно было пройти на привокзальную площадь, но вдруг остановился у одной из скамеек, где в одиночестве курил мужчина лет пятидесяти, в котором Полковник, конечно же, сразу бы признал своего давнего коллегу Зверева Сергея Александровича, ныне москвича, бывающего по делам бизнеса в Литве и имеющего в последнее время оформленный в законном порядке местный «вид на жительство»…

– Нормально добрались? – поинтересовался Зверев. – Ну и хорошо… Держи вот адрес… двухкомнатная квартира… Доберетесь на такси. Завтра получите транспорт и дальнейшие ЦУ… лично от меня!

Нестерова как «главаря бандгруппы» – именно так обозвал его руководитель спецоперации старший инспектор Норвилас – сразу взяли в крутой оборот. «Стреножили» его так, как будто он был исчадием ада, к примеру, правой рукой самого бен Ладена. Натянули даже на голову черный полотняный мешок… Трое крепких «аровцев» едва не на руках доставили его в крытый спецфургон, внутри которого имелась бронированная «капсула» для перевозки особо опасных преступников. Лязгнула металлическая дверь; в салоне прозвучала ругань; фургон, ощутимо покачиваясь на неровностях лесной дороги, тронулся вслед за полицейским «Фольксвагеном», пульсирующим в ночи сполохами маячков – Нестерова по какой-то причине увозили с хутора первым, не дожидаясь результатов обыска…

Находясь внутри этой чертовой колбы, привязанный ремнями к жесткому креслу с подлокотниками, Стас до такой степени был опустошен, что ощущал себя пустой телесной оболочкой. Сдувшейся покрышкой, шариком, из которого вышел весь воздух…

Стас не знал, что именно ему намереваются предъявить. Вся информация по этому вопросу ограничивалась покамест одной-единственной репликой, прозвучавшей на хуторе из уст Ровера: «Берем вас на «мокром», господа гангстеры…» Понятно, что случилось что-то из ряда вон. Причем ЧП стряслось буквально каких-то час или два назад. В противном случае его, Нестерова, не выпустили бы из СИЗО.

И еще: их адвокату Ирме Мажоните удалось опротестовать в суде действия прокурора, пытавшегося продлить срок содержания господ Нестерова и Мажонаса под стражей. А это значит, что дело, по которому были задержаны в «Неринге» эти двое, высосано из пальца – в угоду некоему третьему лицу. То есть Норвилас, собравший доказательную базу, и весь его отдел по борьбе с оргпреступностью сели в лужу. Следуя логике и сложившейся уже в правоохранительных органах Литвы традиции, Ровер по результатам непродуманной и не подготовленной толком акции должен был получить от своего начальства нагоняй. Стас знал это из собственной практики: прежде чем основать почившую в бозе охранную фирму, на останках которой и было создано нынешнее агентство «Нестеров & Партнеры», он семь лет трудился в системе МВД, занимая на пике карьеры должность, аналогичную той, которую сейчас занимает его давний недоброжелатель Норвилас. Но Роверу не то что не дали по шапке за предыдущий промах, а позволили даже во второй раз воспользоваться услугами столь серьезного подразделения, как «ARAS». Тут уже один блат не поможет. Литва – не Россия, где «маски-шоу» превратились в обыденность, где подобные способы борьбы с конкурентами считаются нормальными вещами. Слишком маленькая страна: здесь все на виду, здесь уже были случаи, когда с треском вылетали из своих кресел президенты и премьер-министры, а не то что какие-то второразрядные полицейские чины…

Значит, у Ровера появилась какая-то серьезная зацепка на Нестерова и Ко, иначе он не стал бы устраивать по второму разу столь масштабное шоу, понимая, сколь многим сам рискует в случае второй подряд неудачи…

Водитель фургона заметно сбавил скорость, а вскоре автозак и вовсе остановился.