Бриллиантовый джокер - Страница 14

– А сам что же?

– Сказал, что побудет здесь, в Вильнюсе, еще какое-то время. Он имел броню на два билета на сегодняшний авиарейс до Франкфурта… Но потом их планы, видно, поменялись…

– Женщина эта здесь не нужна, – сохраняя угрюмый вид, сказал Полковник. – Я разговаривал с их человеком… Подруга Саркисова вообще не при делах, взята для прикрытия. Да и сам Левон… Гм… короче, он всего лишь курьер! Но вот именно ему уезжать, пожалуй, пока преждевременно. Тачку еще не нашли… Если найдем, Саркисов может понадобиться для соблюдения мелких формальностей. Машина-то – его личная собственность. Это общая, согласованная позиция.

– Они что… кого-то прислали из Москвы по этому вот вопросу?

– Это не твоего ума дело! – нахмурил брови Полковник. – Если бы вы не ловили ворон… р-работнички!.. не было бы вообще никаких проблем! Твоя задача сейчас, Антон, – присматривать за гостем! И вообще, молись, чтобы мы поскорее нашли их гребаную тачку… причем в целости и сохранности!

Они на время замолчали. Смотрели со стороны за тем, как прощаются возле автобуса Левон и Лия, и думали каждый о своем. В этом паршивом деле, которое так внезапно свалилось на их головы, существовали некоторые нюансы, не до конца понятные даже вице-главе фирмы «Апсауга». И это при том, что Василяускас, в прошлом, кстати, занимавший должность заместителя начальника одного из столичных департаментов МВД Литвы, имеет все основания причислять себя к разряду наиболее информированных личностей, пусть даже в масштабах их небольшой прибалтийской страны…

«Дрянь! – выругался он про себя. – Столько возни… столько неприятностей из-за какой-то пропавшей иномарки! Москвичи в этом деле темнят, не хотят до конца раскрываться. Ну а Босс рвет и мечет… как будто на карту поставлена если и не его собственная жизнь, то весь их бизнес, в который вложено столько сил, времени и денег…»

Посадка завершена, пришло время отправления брюссельского рейса. Полковник видел, как Саркисов, продвигаясь по перрону вслед за сдавшим назад «Неопланом», на прощание помахал рукой девушке, уже занявшей свое место у окна. Вслед за ним неторопливо двинулся и Антон, которому поручено присматривать за остающимся еще на некоторое время в Вильнюсе курьером. Запиликал сотовый телефон. Полковник достал трубку и приложил ее к уху.

– Клаусау! Слушаю вас!

– Это Рокис. Есть вести касательно одного «купца»…

– Что, нашли его наконец? – поняв, о ком именно идет речь, спросил Полковник. – Где он? Что говорит?

– Нет, его самого пока не нашли, – прозвучал в трубке голос помощника. – Вышли на девушку, которая… есть такое подозрение… видела его последней. Сейчас ее везут в наш резервный офис.

– Добро. – Полковник подавил вздох разочарования. – Я сейчас к вам подъеду…

Минут через двадцать он припарковал машину во дворе серого здания постройки шестидесятых годов прошлого века. На площадке перед запасным входом, снабженным крыльцом с поручнями, – над металлической дверью на кронштейне установлена телекамера – в рядок стоят четыре автомобиля. В их числе – «мерсовский» джип и синий микроавтобус марки «Фольксваген» с тонированными стеклами. Значит, Рокис уже на месте. Девушку тоже, кажется, успели переместить в этот их «непарадный» офисок, где со всяким можно поговорить о делах спокойно, не опасаясь чужих ушей и глаз…

– Ну? – нетерпеливо спросил он у помощника, который сам открыл ему «сейфовую» дверь. – Что удалось узнать по нашему делу?

– Как раз ее допрашиваем, – сказал Рокис, принимая у него плащ. – Хотите поприсутствовать? Девица, кажется, еще не поняла, во что вляпалась. Ее разыскивали вильнюсские «бригадные» – есть сигналы, что они сильно встревожены в связи с исчезновением Бугра… Но мы на нее вышли первыми…

Они ненадолго остановились в пустом коридоре, освещенном лишь неярким дежурным светильником.

– Кто такая?

– Стриптизерша из клуба «Калифорния». Вообще-то она студентка… двадцать два года, родом из Мажейкяя, подрабатывает в ночных заведениях. Нам стало известно, что Бугор ее активно пользовал последние месяц или два…

– А что так долго ее искали?

– В тот вечер, когда пропал куда-то Бугор, она уехала из города… гостила у какой-то своей подруги. Ну вот. А сегодня, только недавно, нам шепнули, что она появилась у себя на съемной квартире. Я и послал за ней двух наших.

– Добро, – кивнул Полковник. – Давай послушаем… Может, что полезное расскажет?..

Они вошли в помещение, где только-только начался допрос. Из мебели здесь имелся старомодного вида письменный стол, два кресла – на одном из них, спиной к двери, сидела доставленная сюда стриптизерша – и пара стульев. Окно закрыто жалюзи. Верхний свет в комнате погашен, свет настольной лампы направлен на девушку, он слепил ее… она выглядела сильно напуганной.

Наверное, девушка почувствовала, что в помещение кто-то вошел, попыталась было обернуться, но стоящий рядом с ней сотрудник, одетый, как и все здесь, в штатское, положил ей руку на плечо и рывком развернул обратно, к бьющему в глаза свету.

– Я тебе обернусь! – процедил «дознаватель». – Смотри сюда! И отвечай на вопросы!.. Ну? Так когда тебе позвонил в среду Саулюс Бугримавичюс?!

Полковник, оставаясь как бы в тени, зашел к ней сбоку. Несколько секунд он молча разглядывал ее: молодая, довольно смазливая девица, хотя красавицей, конечно, ее не назовешь – высветленные прямые волосы, обтягивающие брючки, сидящие низко на бедрах, так что виден голый пупок, а «корма», разделенная симметрично полоской стрингов, вообще прикрыта чисто условно…

– Между шестью и семью часами, – всхлипнув, сказала девушка. – Я не понимаю… Ну что я такого сделала?

– И зачем он хотел с тобой встретиться?

– Так это… как обычно…

– Переспать, что ли?

Полковник полистал ее паспорт, потом передал документ Рокису, который остался стоять у стола, а сам уселся позади этой компании на свободный стул.

– Давайте в темпе! – сказал он. – Нечего сопли жевать!

Рокис легко, как пушинку, приподнял девушку, влепил ей звонкую пощечину, после чего швырнул ее словно куклу в объятия «дознавателя».

– Давай быстро колись! – Тот встряхнул ее за плечи и усадил обратно на стул. – Чего он от тебя хотел?

– Сказал, что поедем сначала в «шашлычку» в Старом городе, – всхлипывая и вытирая ладонью то нос, то потекшие под глазами «тени», пробормотала та. – А потом… к нему… Он так и сказал: «Хочу мяса, котик… а потом ко мне… и сразу в койку!»… Я, конечно, согласилась… он мне еще бабки должен был отдать…

– Громче! Какие еще бабки?

– Мы с подругой дней десять назад танцевали «приват» для Саулюса и трех его знакомых… Ну на дому это было, хотя у нас такое и не практикуется. Саулюс обещал две тысячи заплатить в литах. Вот. Я и хотела в среду напомнить ему об этих деньгах… он ведь не жадный… А что с ним? Э-э-э… что-то случилось? Я пыталась несколько раз прозвонить ему на сотовый… ну так он отключен! А в офис ему или по домашнему… он мне не разрешал звонить… да я и не знаю, как туда позвонить!..

– Ты чего, совсем глухая! – заорал «дознаватель». – Тебя не о том спрашивают! Кто были те трое, к которым возил тебя твой хрен? На «субботник»!

– Кто?

– Конь в пальто! – Теперь уже «дознаватель» слегка треснул ее по затылку. – Бугор, кто ж еще! И не вздумай тут выть! Я тебе поплачу!

Подруга пропавшего без вести «купца», известного своими обширными связями как среди полицейских чинов, так и в преступном мире, назвала, икая от накатившего на нее страха, несколько имен и описала этих людей: они были выходцы из рядов печально знаменитой некогда «вильнюсской бригады», нынче бизнесмены средней руки, имеющие по-прежнему устойчивые связи и авторитет в том сумеречном мире, который никогда и никого не отпускает навсегда…

– А он, то есть Саулюс, не говорил тебе, что собирается куда-нибудь? Ну… допустим, в Польшу там… по делам. Или в тот же Кёниг?..

– Э-э-э… нет, ничего такого я не слыхала. Он со мной не советуется. Кто я ему? Он у себя даже на ночь меня не оставлял…