Брат во Христе: Второе пришествие (СИ) - Страница 39

Постепенно монотонные звуки стали утомлять его и в какой-то момент они даже вогнали его в транс. Рэб не сразу заметил, что тело и фокус сознания немного разъединились. Пока он блуждал мыслями внутри 'бардака' все было нормально, но как только он беспрепятственно и совсем естественно вышел за пределы машины, изменившаяся громкость звука и увеличившееся количество его источников вернули его обратно в тело.

Рэб вздрогнул и пришел в себя. Он подумал, что уснул. Глянул на часы. Прошло несколько минут с последнего раза, когда он смотрел на время. Ощущение того, как он был снаружи, еще не выветрилось из сознания. Рэб потер уши и прикусил губу, чтобы прояснить ум. Где-то в глубине сознания появилась мысль, что он коснулся дара Улья. Чтобы точно понять, что это именно дар, а не простой сон, Рэб решил снова воспользоваться им.

Он напрягался, чтобы активировать его, произносил мантры, но дар больше никак себя не проявил. Рэб понимал, что делает что-то неправильно, но верное решение никак не приходило на ум. Наконец, он устал пытаться и снова стал прислушиваться. Лягушки к середине ночи уже уснули, осталась только гудящая мошкара, греющаяся теплом машины.

В три часа ночи он услышал подозрительный звук, похожий на шум двигателя. Рэб приоткрыл люк, чтобы не напустить мошкары. Где-то вдалеке, среди деревьев мелькал свет фар автомобиля. Чем ближе они становились, тем отчетливее был характерный звук старого 'газоновского' мотора и его трансмиссии, выдающей на пониженных передачах заунывное 'воу-воу-воу'. Дорога среди болот оказалась езженной.

Разъехаться, если только грузовик едет по той же дороге, не представлялось возможным. Рэб аккуратно перебрался на место стрелка. В оптический прицел пулемета было видно немного лучше. Грузовик ехал точно на них. Мгновение страха объяло Рэба. Что если там полный кузов отмороженных бойцов Миража или прочей швали, для которой закон - тайга. Стрелять на упреждение он тоже не хотел, потому что в машине могли оказаться и простые люди. Наказывать смертью за свой страх он не хотел.

Грузовик слепил светом, мешая разглядеть его. Рэб держал прицел ровно посередине света фар. От шума проснулся Бубка. Вскочил с вытаращенными глазами, ударился о крышу и снова упал в кресло.

- Не дергайся. Там машина. Если начнут стрелять, попробуем взять на таран и столкнуть с дороги. - Успокоил мальчишку Рэб готовым решением.

Когда до сближения осталось метров тридцать, грузовик резко остановился. Рэб услышал, как открылась дверь. Что-то тяжелое плюхнулось на дорогу и все замерло. Грузовик работал на холостых, фары светили и больше ничего не происходило. Тогда Рэб решил тоже включить фары, чтобы понять, что происходит возле грузовика.

Мощный свет 'бардака' пересветил фары грузовика. Прямо под открытой дверцей грузовика неподвижно лежал мужчина.

- Один, что ли? - тихо произнес Рэб.

- Один, - неожиданно ответила Варвара. - Он заразился.

- Точно? - переспросил Рэб.

- Точно. Больше никого рядом нет.

Рэб завел 'бардак'. Квазирог подскочил и спросонья схватился за автомат.

- Что, что случилось? Твари, да?

- Остынь, все нормально, - Рэбу не хотелось церемониться с ним.

Рэб подъехал вплотную к урчащему грузовику.

- Пойдем, глянем, что за грузовик, - предложил он Квазирогу.

- Пойдем. Бубка, сядь на пулемет.

Мальчишка с удовольствием забрался в кресло стрелка.

- Нет там никого, - напомнила Варвара.

- Ладно, это для собственного успокоения.

Рэб выбрался из верхнего люка, отметив, что эта дисциплина стала даваться ему гораздо легче. В руках появилось больше силы, а тело заметно постройнело. Квазирог выбрался через боковой люк и по-спецназовски несколько раз поменял положение, непонятно что беря на прицел в полной тьме.

- Все нормально? - усмехнулся Рэб.

- Все чисто, - Квазирог не понял иронии.

Грузовиком оказался допотопный 'Газ - 51'. Рэб помнил эти машины только в глубоком детстве. Глянул на номер и обомлел. Там висел еще старый черный советский номер с белыми буквами и цифрами.

Водитель завозился и заклокотал. Вяло потянул руку к ноге Квазирога и сразу получил прикладом в голову. Удар вырубил его. Рэб забрался в кабину и почувствовал ностальгический запах старых времен. Все грузовые машины в его детстве пахли внутри именно так.

Рэб заглушил двигатель 'флажком', несъемным ключом, торчавшим из железной панели. Задвинул все выдвинутые черные рукоятки, чтобы выключить фары. В салоне было светло от света фар БРДМ. Рэб открыл бардачок. В нем лежали бумаги, которые прижимал граненый стакан и банка кильки в томате.

Рэб вынул из стопки листок. Это была накладная, напечатанная типографским способом на рыхлой желтоватой бумаге. На накладной были проставлены даты, которые объясняли причину появления старого грузовика - июль, тысяча девятьсот семьдесят второго года. Рэб тогда еще не родился.

- Квазирог, эта машина из Советского Союза, из семьдесят второго года.

- Да, ладно? - Квазирог заглянул в салон, потрогал обивку сиденья, посмотрел на необычный ручник, похожий на второй рычаг переключения скорости. - Ё-мое, раритет. Жалко, парняга обернулся, а то бы мы ему рассказали про Перестройку, девяностые и мать его, капитализм с человеческим лицом.

- Так даже лучше. Смотри, - Рэб показал на свет листок накладной, - это же сельповский грузовик. У него в кузове должны быть продукты.

- Серьезно? Настоящие советские продукты? - Квазирог достал фонарь и запрыгнул в кузов. - Ё-мое, Рэб, да тут консервов на год вперед. Блин, газировка!

Шикнула газом открытая бутылка, потом раздались громкие глотки.

- Рэб, это же настоящий лимонад! Держи!

В дверном проеме появилась стеклянная бутылка лимонада. Рэб взял бутылку, сбил пробку о край двери и сделал глоток. Старый, забытый, но еще хранящийся где-то глубоко в памяти вкус сразу вспомнился. Даже всплыли ассоциативные воспоминания, привязанные к этому вкусу. Детство, родители, Первомай, музыка из рупоров, флажки, шары, голуби на палках.

- Дай еще одну. Нет, две, - попросил Рэб.

Квазирог, громко шумя ящиками, подал ему две бутылки. Рэб вылез из машины и отнес их Бубке и Варваре.

- Держи, - сбил пробку и протянул бутылку Бубке. - Ты такого не пил, точно. В твоем детстве лимонад делали из одной химии. А вторую бутылке Варваре, когда проснется.

- Я не сплю, - произнесла она, не открывая глаз. - Сделайте мне трубочку и вставьте ее в бутылку.

- Бубка, придумай что-нибудь, а я пойду, посмотрю, что нам можно будет взять с собой.

Рэб заметил, как дрогнули губы Варвары, будто она хотела улыбнуться. Рэб задержал взгляд на ее точеном профиле. Острый носик, пухлые губы, аккуратный подбородок. Почему-то только сейчас он заметил, какое у нее правильное и красивое лицо. Бубка, ищущий из чего сделать трубку для Варвары, замер, обратив внимание на то, как Рэб ее разглядывает.

- Так мне искать трубку? - он вдруг решил, что Рэб захочет сделать это сам.

- А! Да, я пошел, гляну груз, - Рэб не почувствовал, чтобы ему припекало затылок, но решил, что Варвара деликатно прибегла к своему умению влиять на мысли. До сего момента он не замечал ее красоты. Хотя, ему было не до того.

- Нимфа, - пробубнил под нос Рэб.

- Что? - Квазирог перегнулся через борт.

- Ничего, руку подай.

Квазирог затянул Рэба в кузов, будто он был пятилетним ребенком. Улей добавил ему сил.

- Что интересного для нас нашел? - спросил Рэб.

- Вот консервы, все рыбные, в масле, в томате, какие хочешь, но тушняка нет.

- Сойдут, возьмем.

- Водка, в основном 'Русская', но есть ящик 'Столичной', и немного коньяка, какой-то 'Белый аист'.

- Какой-то? Да 'Белый аист' это лучше, чем всякие Курвуазье. Берем однозначно, я Бубке обещал живец на коньяке.

- А что Бубке только, Варвара - женщина, ей тоже можно живец на коньяке.

- Это как в анекдоте: дайте нам три бутылки водки и один одеколон. А одеколон вам зачем? С нами дама.