А сейчас у парней начались новогодние каникулы. И они разъехались кто куда. Боря хвастался, что батя тянет его куда-то в горы, на лыжах кататься. Серёжке Егор подарил путевки на турбазу. Так что они с мамкой сейчас оздоровляются. А я тут один, без работы кисну. Даже гвозди забивать никому не нужно. Скучно.
Черт, я был бы рад сейчас даже Борьке.
- Лад! Лад, ты здесь? - чёй та я резко передумал по поводу Бориса, - Лад, ты где?
Может, под стол схорониться?
Поздно. Дверь распахнулась и в мой личный кабинет вваливается это гламурное чудо. А похорошел, засранец. Вот как воздух горнолыжный действует. Пшеничные волосы торчат уже не просто в разные стороны, а чубчик стоит матюком. Мне он сразу напомнил Буратино. Серые глаза и румянец на щеках прямо выдают в нем передоз здоровья.
- Привет. А я с подарочками, - он мне лыбится крокодильчиком.
- Прямо-таки с подарочКАМИ?
- Ага, всем приволок, - Златовласка даже потряс своей спортивной сумочкой, в которой что-го громыхнуло и булькнуло.
Тут же в кабинет ввалились Егор и Генка. А за их спинами топтался Серёга.
- Ну если ещё и Кирюха с Толиком завалялся, то мои апартаменты точно лопнут. И это только от счастья.
Выхожу из-за стола и стискиваю в объятиях обоих моих сорванцов.
- Я скучал, хлюпики, - чувствую, как они синхронно обняли меня и так же синхронно стиснули в кулачках мою футболку. Значит, тоже скучали. Чай, на своих курортах совсем обленились - никто ж в рань несусветную по дорожкам лесным не гонял.
А дальше начался обмен новогодними подарками. Блин, как мальчики-зайчики в детсаду, ей Богу. Ещё бы вокруг ёлочки сплясали и хороводы поводили, призывая дедушку с бородой из ваты.
Борька подарил Егору бутылку коньяка, да ещё и ХО. Позер, франтоватый. И почему сразу моя печень начала жалобно скрестись и просить политического убежища у желудка? А может и сразу у правой пятки? Гене и Киру, водиле нашему, он подарил лыжные масочки. Как и для Тольки припас такую же. Сказал, что остальное и сами насобирают. Даже Серёге подарил свитер с оленями.
- Сам ты олень, - но свитер напялил сразу. А хорошая одежина, да и мелкому идет. Вон как проявляющуюся мускулатуру обрисовывает.
Пришлось отвернуться, потому, что понял, что просто разглядываю парня, причем и вдоль, и поперек. Особенно задницу, когда он начал демонстративно крутиться, аки монделька на подиуме.
Мне он подарил шахматы, причем полностью вырезанные из гематита. Откуда только узнал, что это мой любимый камень?
Серёга оказался намного проще и просто подарил всем по баночке душистого меда. За что сразу получил синхронное стискивание от Егора и Кирюхи, так как у обоих жёны на сносях и обе жуткие сладкоежки. Причём, тоже про Бориску не забыл.
Ну и я поддался общему настроению и подарил припасенные заранее боксерские груши обоим сорванцам. Остальные просто решили скинуться и устроить нормальную пирушку. И кто бы сомневался, что именно в моём “офисе”.
Все быстренько разбежались, как тараканы от тапка, осуществлять приговор моей печени. Даже Серёга, со словами: “дома ещё не был”, сбежал со своей грушей в обнимку. Так что, остались мы с Борей наедине.
- Лад, нам нужно поговорить, - тон Батьковича сразу стал серьёзным. Даже каким-то обреченным, что ли.
- Борь, мы уже это всё обсуждали. И не раз, - сижу за столом и смотрю на два своих подарка. Но руки всё равно тянутся именно к мёду. Сладенького мне, видите ли, захотелось. Еле руки удержал, чтобы не схватить баночку. Будто она собирается от меня сбежать.
- Дай я просто скажу. А там уже тебе решать, - и я киваю, мол говори, раз решил, - слушай, ты действительно мне нравишься. Не перебивай, пожалуйста. Так вот, ты мне нравишься. И не как какая-нибудь девчонка, которую хочется просто разок трахнуть. А по-настоящему. Поверь мне, с моими парнями такого ни разу не было. А ты знаешь, сколько их было. И это только за последние пару месяцев, - лишь киваю, - отец против, чтобы я выставлял свою ориентацию, но не против моих предпочтений. Сам такой же.
Я лишь неверующе уставился на него. Чтобы гендир нашего металлургического и оказался… Не, это совсем круто. Я конечно в курсе, что он потому и не облепил сыночка секюрити, чтобы тот сам научился решать свои проблемы.
- И я вижу, как ты смотришь на Серёгу. Думаешь, я не заметил, как ты рассматривал его задницу? Заметил. И только потому, что сам на тебя также смотрю.
Короче, мне надоело бегать за тобой влюблённой девицей. Я ещё помню, что такое гордость. Я прошу только об одном - не отфутболивай меня как мячик. Просто не отталкивай. Я больше не буду ни руки распускать, ни шуточки свои пошлые отпускать. Но и надежду не оставлю. А ты просто подумай - может стоит попробовать с тем, кто этого желает, чем ждать того, кто, возможно, и не догадывается?
- Знаешь, Борь, а ты сильно изменился. И в лучшую сторону. Повзрослел, что ли?
- Просто задумался о своей жизни. В общем, ты думай, я торопить не стану.
И он тоже покинул меня. А я сижу, как старуха у разбитого корыта, и не знаю за что хвататься. То ли за мёд, то ли за гематит, то ли за голову.
Я действительно посмотрел на всё другими глазами. И не только на Борьку, но и на себя. И понял, что тогда, три недели назад, я целовал не Катерину. А Серёгино отражение в ней.
Схватился всё-таки за голову.
========== Переболел? Это вряд ли ==========
POV Сергея
Как же я надеялся, что “переболел”. Ведь за последнюю неделю ни разу не проснулся с Его именем на губах. А-то первую неделю, что с мамой спали на соседних кроватях в одной комнате, она начала спрашивать, все ли со мной в порядке. Пришлось сказать, что посещают сны категории «детям после шестнадцати», после просмотра какого-то там фильма с какой-то там актрисой. Вроде поверила. Беспокоиться перестала, да и я немного успокоился.
Ровно до того момента, как в реальности увидел эти зелёные глаза.
А ни хрена я не “переболел”. Лишь осознал, насколько соскучился за ним. Думал, что порву его чёртову футболку, когда ощутил этот до боли знакомый запах, не испорченный ни парфюмом, ни чем-либо другим. Хорошо, что там были остальные, ибо не факт, что я сдержался бы и …
А что, “И”? Ну, не поцеловал бы я его, в самом деле?
А если бы поцеловал? Если бы смог? Думаю, в лучшем случае, он бы просто дал мне в глаз. Как грозил Борьке. А в худшем… Нет, не думать. Он бы мог просто прогнать - из кабинета, из зала… Из своей жизни.
Нет, к такому я ещё не готов.
Да и когда увидел, как он разговаривает с Борькой, во время нашей стихийной попойки, как лучшие друзья…
И почему мне опять кажется, что я пропустил что-то важное.
Хотя был и один “светлый момент”. Когда я случайно увидел в отражении окна, как он следил за мной. Мне показалось, что я увидел настоящую тоску в зелёных глазах.
Не знаю, что это было - самовнушение, воспалённая фантазия, воздействие коньяка, что Егор незаметно для Лада подсунул нам с Борькой “для запаху, ибо дурости и своей хватает”. Может всё сразу. Но тогда, на один единственный миг, я почувствовал себя действительно счастливым. И моё глупое сердце опять попыталось выпрыгнуть из груди.
Эх, если бы он знал, чего мне тогда стоили те слова, три недели назад. И как я потом рыдал, в подушку, как девчонка. Впервые с пяти лет, когда узнал, что… Нет, все ещё больно вспоминать.
- Опа-па. Какие люди и без охраны. А где же твой шкафообразный братик?
А вот и ещё один, знакомый до боли, причем физической, голос.