Брак у народов Центральной и Юго-Восточной Европы - Страница 29

В Верхней Лужице в ближайшее после свадьбы воскресенье молодожены отправлялись с визитом к родителям новобрачной, где собирались ближайшие родственники, там они обедали, полдничали и вечером возвращались домой.

В Шлайфе в течение четырех недель после свадьбы новобрачные должны были спать на земле у дымовой трубы. Еще в начале XX в. некоторые молодожены спали на полу на соломе.

Молодая в первую неделю не должна была выходить за пределы своего места жительства, иначе люди скажут, что она скоро от мужа убежит, долго там не останется.

Как вытекает из вышеизложенного, в свадебном ритуале лужичан к XX в. сохранилось еще немало обычаев и обрядов магической направленности, различных суеверий. В то же время многие обряды трансформировались, превратившись в развлекательные, или же наполнились иным содержанием. О традиционности ритуала свидетельствует до известной степени и меню свадебного обеда — наличие в нем пшенной каши, отсутствие блюд из картофеля и др. Со временем ослабевало и влияние церкви, менее строго стали придерживаться и церковных запретов на брак с иноверцами.

Вступление в брак у народов Югославии сопровождалось определенным комплексом свадебных обычаев и обрядов; в них в образно-символической форме отразилась культура и быт народов Югославии, нормы обычного права, бытовавшие в тот или иной период.

Фундамент исследования брачно-семейных отношений был заложен в XIX — начале XX в. такими учеными, как В. Караджич, В. Богишич, Й. Цвиич, А. Радич, С. Враз, М. Мурко, Л. Гай, С. Вукосавлевич и др. Благодаря их трудам был не только собран и пущен в научный оборот фактический материал о браке и семье у югославянских народов, но и началась разработка типологии семьи. Богатейший этнографический материал о жизни югославянских народов в конце XVIII — первой половине XIX в. содержится в трудах В. Караджича, стоявшего у истоков сербской этнографии и фольклористики. В его работах приводится много фактического материала о браке и семье сербов, черногорцев и других народов Югославии. Особо следует выделить работы В. Богишича по сбору материалов, освещающих различные стороны жизни южных славян, в том числе и брачно-семейную. Для этих целей в различные области была разослана разработанная им анкета, содержащая 352 вопроса. Ответы на нее, собранные в основном сельским духовенством и учителями и систематизированные В. Богишичем, опубликованы.

Интерес к изучению брачно-семейных отношений не угасает в Югославии и сейчас. В югославской литературе накоплен большой фактический материал по этой теме. Так, в библиографии по свадебным обычаям только сербов, хорватов и мусульман,[1] опубликованной почти 25 лет назад, приводится более шестисот работ, прямо или косвенно затрагивающих эту проблему. Однако этнографических работ общего характера по этой проблеме мало. Среди них работы П. Влаховича об обычаях, в том числе и семейных, С. Зечевича о похоронных обычаях сербов, Б. Орла о семейных обычаях словенцев, Р. Каймакович о свадебных обычаях сербов и хорватов Боснии и Герцеговины, В. Чулинович-Константинович об умыкании, З. Райкович о пробном браке и др.

Литература и источники по данной проблеме характеризуют в основном сельское население. Большинство югославянского населения в XIX в жило в сельских местностях и даже в конце его (1880 г.) горожан было всего 11 %.

В качестве объекта изучения взяты шесть народов: сербы, хорваты, мусульмане, словенцы, македонцы и черногорцы. В работе не ставится цель дать полную разработку проблематики, связанной со вступлением в брак, а предпринимается попытка в самой общей форме показать основные явления, характеризующие брак и свадебные обычаи народов Югославии в XIX — начале XX в., а также по возможности выделить то особенные черты, которые были присущи населению разных регионов. Анализ источников и литературы по этой проблеме свидетельствует о том, что свадебные обычаи народов Югославии отличаются большим разнообразием. Наряду с элементами, имеющими универсальный характер, бытуют и присущие только тому или иному народу или населению определенной области независимо от его национальной принадлежности. Это в значительной степени объясняется различными историческими судьбами народов Югославии и, как следствие, различиями в их политической, экономической и культурной жизни и в вероисповедании. К концу XIX — началу XX в. наиболее заметные различия сложились между западными регионами югославянских земель, входившими в состав Австро-Венгрии, и восточными, длительное время находившимися под властью Османской империи.

В XIX — начале XX в. у югославянских народов бытовали простые и сложные семьи однолинейного и многолинейного подтипов. Наиболее распространенным типом семьи у югославянских народов, особенно в первой половине XIX в., была сложная семья многолинейного подтипа — задруга. Исключение составляли Словения, где задруга встречалась крайне редко и только в пограничных областях, а также Черногория, в которой задруга бытовала не повсеместно.

Несмотря на локальные различия во внутренней организации жизни задруг, все они имели общие принципы. Наиболее существенные из них — коллективное владение всем движимым и недвижимым имуществом семьи (хотя коллективными собственниками, как правило, выступали только лица мужского пола), коллективное потребление, коллективное управление (обычно это право принадлежало мужчинам), вирилокальность. Развитие товарно-денежных отношений приводило к подрыву устоев задруг. Стал нарушаться принцип коллективного владения, когда наряду с коллективной появилась и частная собственность у отдельных семей задруги. Она возникла на основе того имущества, которое приносили в задругу жены, особенно если их брали из зажиточных семей, а также средств, заработанных на отхожих промыслах и не полностью отданных в задругу, и средств, полученных от продажи изделий ручного труда. В конце XIX — начале XX в. довольно широкое распространение получило индивидуальное потребление, наряду с сохранением коллективного, что было своего рода подготовкой к отделению из задруги.

В конце XIX — начале XX в., а в более развитых регионах и раньше, преобладающей становится простая семья. Принципы раздела сложных семей, как правило, определялись нормами обычного права, имеющими локальные различия, а не официальным законодательством. Были и общие черты, характерные для разделов сложных семей. Почти повсеместно собственность делилась по числу мужчин — глав отдельных семей, входящих в задругу; мужчина, возглавляющий задругу и юридически являющийся владельцем всего ее имущества, земли и скота, получал равную со всеми участвующими в разделе долю, но ему нередко предоставлялось право выбора; женщины обычно в разделе не участвовали, хотя юридически право на это имели, но с развитием капиталистических отношений этот обычай стал все чаще забываться.