Больница Преображения - Страница 50

имся в земле на мириады азотных бактерий, проникнем в корни деревьев, заполним яблоко, которое кто-то съест, философствуя, как мы теперь, и любуясь розовеющими облаками, в которых будет влага из наших тел. И так - по кругу. Число превращений беспредельно.

И, довольный собой, Секуловский закурил.

- Значит, вы атеист.

- Да, но несмотря на это, у меня есть часовенка.

- Часовенка?

- Вы, может, читали "Молитву моему телу"?

Стефан вспомнил этот гимн легким, печени, почкам.

- Оригинальные святыни...

- Ну, это стихи. Я разграничиваю мои философские взгляды и творчество и никому не позволяю судить обо мне по уже написанным вещам, - сказал Секуловский с внезапным озлоблением и, бросив под стол сигарету, продолжал: - Иногда я все-таки молюсь. Прежде говорил: "Господи, которого нет". Какое-то время это, в общем, меня удовлетворяло. Но теперь... молюсь Слепым Силам.

- Как вы сказали?

- Молюсь Слепым Силам. Ведь, в сущности, это они распоряжаются и телом нашим, и миром, и словами, которые я произношу в данную минуту. Я знаю, что они молитвам не внемлют, - поэт улыбнулся, - но... разве это беда?

Время шло к одиннадцати. Стефан, хочешь не хочешь, отправился на утренний обход. В восьмом изоляторе уже около месяца находился ксендз Незглоба, невысокий костлявый человек; руки его были словно оплетены сеткой фиолетовых жил. Видно, когда-то он немало ими потрудился.

- Как вы себя чувствуете? - войдя, ласково спросил Стефан.

Ксендзу сделали поблажку и оставили сутану; она чернела бесформенным пятном на белизне больничной комнатенки. Стефан стремился быть деликатным, поскольку знал, что заведующий отделением Марглевский в минуты хорошего настроения величает ксендза "послом царства небесного" и развлекает анекдотами из жизни церковных иерархов. Тощий доктор был большим докой по этой части.

- Терзает меня это, господин доктор.

Голос у ксендза был нежный; пожалуй, даже чересчур сладкий. Он страдал бесконечно повторяющимися галлюцинациями; как-то, подвыпив на крестинах, он услышал женский голос у себя за спиной. Тщетно озирался он по сторонам: незримый голос звучал с высот, в которые он не мог проникнуть взглядом.

- Все та же персидская княжна?

- Да.

- Но вы ведь понимаете, что это вам лишь чудится, это галлюцинация?

Ксендз пожал плечами. Глаза у него были запавшие от бессонницы, темные веки - в мельчайших жилках.

- Таким же нереальным может быть и мой разговор с вами, тот голос я слышу столь же отчетливо, как ваш.

- Ну-ну, пожалуйста, не расстраивайтесь, это пройдет. Но алкоголя вам уже нельзя ни капли.

- Никогда бы себе этого не позволил, - покаянно отозвался ксендз, глядя в пол, - но мои прихожане - неисправимые людишки. - Он вздохнул. Обижаются, сердятся, а уж настойчивые... Вот, чтобы их не обидеть...

- Гм...

Стефан машинально проверил мышечные рефлексы и, пряча молоточек в карман халата, спросил на прощанье:

- А что вы делаете целый день, отец? Не скучно вам? Может, принестиОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com