Больница Преображения - Страница 43

ку, вокруг которой пульсировали, петляя среди рыжеватых былинок, жиденькие ручейки муравьев.

Тшинецкий стоял молча, а поэт, окинув его задумчивым взглядом, поднялся с колен и заметил:

- Это только модель...

Поэт взял Стефана под руку. Они выбрались из кустов. Вдали виднелись казавшиеся отсюда серыми и приземистыми-больничные постройки. Красным пятном - словно по ошибке заброшенный туда Детский кубик - выделялся хирургический корпус. Секуловский присел на траву и принялся что-то торопливо строчить в блокноте.

- Вы любите наблюдать за муравьями? - спросил Стефан.

- Не люблю, но иногда приходится. Если бы не мы, насекомые были бы отвратительнейшими творениями природы. Ведь жизнь - это отрицание механизма, а механизм - отрицание жизни, а насекомые - оживленные механизмы, насмешка, издевка природы... Мошки, гусеницы, жучки, а ты тут изволь - трепещи перед ними! Не искушайте сил небесных...

Секуловский наклонил голову и продолжал писать. Стефан заглянул ему через плечо и прочел последние слова: "...мир - борьба Бога с небытием". Он спросил, не строчка ли это будущего стихотворения.

- Почем я знаю?

- А кто же знает?

- И вы хотите быть психиатром, психологом?

- Поэзия - это выражение отношения к двум мирам: зримому и переживаемому, - неуверенно начал Стефан. - Мицкевич, когда он сказал: "Наш народ, как лава"...

- Мы не в школе, бросьте, - перебил его Секуловский, моргая. Мицкевичу можно было, он романтик, наш же народ как коровья лепешка: снаружи - сухо и невзрачно, а внутри - известно что. Впрочем, не только наш. А о выражении всяких там отношений и занимании позиций при мне, пожалуйста, не говорите, меня от этого мутит.

Он долго блуждал взглядом-по залитым солнцем просторам. Спросил:

- Что это такое - стихотворение?

Тяжело вздохнул.

- Стихотворение возникает во мне, как фрагменты росписи, которые проступают из-под облупившейся штукатурки: отдельными, яркими обрывками. Между ними зияет пустота. Потом я стараюсь связать эти сплетения рук и горизонтов, взгляды и предметы воедино... Так бывает днем. Ночью, ибо это порой случается и во сне, ночью - это как вибрирующие удары колокола, которые сливаются в нечто целостное. Самое трудное в том, чтобы проснуться и захватить это с собой в явь.

- Стихотворение, которое вы прочли при нашей первой встрече, дневное или ночное?

- Скорее дневное.

Стефан попытался его похвалить, но получил нахлобучку.

- Вздор. Вы не знаете, что это могло быть. Что вы вообще можете знать о стихах? Писание - это окаянная повинность. Если кто-то, наблюдая за агонией самого близкого ему человека, невольно вылавливает из его последних конвульсий все, что можно описать, - это настоящий писатель, Филистер тут же завопит: "Подлость". Не подлость, милейший, а только страдание. Это не профессия, этого не выбирают, как место в конторе. Спокойствие - удел лишь тех писателей, которые ничего не пишут. А такие есть. Они блаженствуют в океане возможностей, понимаете? Чтобы выразитьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com