Богословие иконы - Страница 16

Пятый ряд, сформировавшийся позднее всех предыдущих, представляет праотеческий чин. Здесь представлены ветхозаветные праотцы Авраам, Исаак, Иаков, Ной, Мелхиседек и другие, то есть те, с кем Бог заключил завет. Они жили до Моисея, через которого Бог даровал избранному народу Закон. Кстати, в этот ряд помещают также Адама как первого человека, с которым Господь заключил завет. В центре этого ряда по смыслу должен быть образ, соответствующий ветхозаветным представлениям о Боге. Но это является практически невыполнимым требованием, ведь Бог в Ветхом Завете невидим и неизобразим, о чем и говорит вторая заповедь Декалога. Этот чин появился на рубеже XVI–XVII веков, в период упадка веры и оскудения богословской мысли. Тогда иконописцы уже не слишком стремились придерживаться канона. И это место заняли иконы «Бога Саваофа», «Отечества», «Троицы Новозаветной» и прочие. Против таких изображений восставали уже в XVI веке многие ученые мужи. Первый среди них – думный дьяк Иван Михайлович Висковатый, вопрошавший митрополита и Собор о смущавших его «новописанных» иконах, которые казались ему противоречащими православной вере. Но Церковь не была в состоянии услышать этот трезвый и разумный голос. И хотя Стоглавый собор (1551 г.) категорически отверг изображения Бога Отца как не соответствующие христианскому откровению, такое же решение вынес и Большой Московский собор (1666 г.), но и по сей день мы встречаем подобные изображения в наших храмах. Многие богословы сегодня, в частности, Л. А. Успенский, считают, что для праотеческого чина более соответствует образ Ветхозаветной Троицы (в рублевском варианте), как единственно возможное изображение Божества до воплощения, тем более, что сюжет этой иконы взят из Ветхого Завета.

Венчает иконостас крест. Чаще всего это Распятие (крест с изображенным на нем Иисусом Христом), иногда и с предстоящими Богоматерью и Иоанном Богословом. Крест – вершина мира, венец земной жизни Господа Христа, Голгофа – это «гора недосягаемая», о которой пел псалмопевец (Пс 60:3), подножие Царства Небесного, как ее именовали св. отцы. У Голгофского креста мы собираемся на литургию, ибо в тот момент, когда уста Распятого произнесли «Свершилось!», совершилось и наше спасение. С креста Господь произнес слова, обращенные к Иоанну: «Се Матерь твоя», и Матери своей сказал, указуя на ученика: «Се сын твой» (Ин 19:26–27). Тем самым Он заложил основы братства любящих Христа, прообраз Церкви. Завершение иконостаса крестом соединяет всех и вся и сплавляет все образы иконостаса в единый космос, в единую икону Церкви Торжествующей.

Присутствие в храме образа не ограничивается стенными росписями (фресками, мозаиками), иконостасом, единичными иконами, расставленными в киотах или развешанными на стенах. Образ присутствует в храме всюду. Например, напрестольное Евангелие и крест, помимо того, что они являются образами, украшают изображением Христа, евангелистов, святых. Богослужебные книги в древности, как правило, были иллюстрированы, и образы в них по значимости приближались к иконе, как моленному образу. Литургическая утварь: сосуды, покровцы, облачения, плащаницы, воздухи и т. д. – также украшаются лицевыми (иконными) изображениями для напоминания о Первообразе. Священнические облачения в древней Церкви также расшивались не только орнаментом, но и лицевыми изображениями. В Древней Руси искусство лицевого шитья достигло удивительных вершин. Например, ныне хранятся в музеях такие шедевры, как знаменитый саккос митрополита Фотия или митра первого Московского патриарха Иова – на них золотом и жемчугом вышиты целые иконостасы.

Гораздо реже, чем иконы, встречаются в православных храмах скульптурные изображения. В Северной Руси деревянная резьба издавна была местным промыслом, и потому традиция деревянной скульптуры получила распространение и в Церкви. Яркий пример – знаменитые пермские скульптуры, изображающие Страдающего Христа («Христос в темнице»). В Средней Руси в дереве любили изображать св. Николу Можайского, св. Параскеву Пятницу, св. Георгия Победоносца. При этом образный язык церковной скульптуры также приближался к иконописному канону: фигуры делались плоскими, с минимальным объемом, статичными, больше похожими на плоский невысокий рельеф, чем на круглую скульптуру. Сегодня в православных храмах повсеместно можно видеть резные распятия, но они уже, как правило, выполнены натуралистично. Начиная с конца XVII–XVIII веков в русском церковном искусстве восторжествовал стиль барокко, пришедший с Запада, где скульптура имела всегда широкое распространение, рельефы и круглая скульптура заняли место в иконостасе, а иконы заменили живописные изображения. Но и пышная барочная резьба, и круглая скульптура с ее излишней динамикой, равно как и сухая ордерная система классицизма, пришедшая затем на смену барокко, противоречат миросозерцанию православного христианина и не соответствуют строю православной литургии.

Образ существует также и в музыке. К церковному пению в древности предъявлялись очень высокие аскетические требования, потому что гимнография – эта та же икона, но создаваемая словом и музыкой. Православная литургия в большей степени поется, поэтому музыке придавалось всегда огромное значение. Но со временем литургия претерпевает значительные изменения, вернее, меняется ее музыкальное оформление. С переходом в конце XVII века с крюкового, знаменного (унисонного) пения на партесное (многоголосное) разрушился древний образ церковного хора. В барочных храмах на литургии стали исполнять сложнейшие музыкальные произведения в духе итальянского бельканто, далекого от созерцательного медитативного пения ранней Церкви. Так, образная цельность, сложившаяся в Византии и присущая древнерусским храмам, которая мыслит храм как преображенный космос, разрушилась. И сегодня храмы, где сохраняется этот образ древнего благочестия, большая редкость. В последнее время в некоторых храмах, особенно тех, которые восстанавливаются уже с учетом древних канонов и с пониманием глубокого смысла церковного искусства, и литургическое пение обретает прежние формы благоговейного молитвенного предстояния Богу. Ведь и пение – это образ, икона небесного хора. Не случайно в древнерусской традиции хор назывался «ликом».

Подведем итог. В православной традиции храм является «иконой мира», образом преображенного космоса, икона в нем как организующее начало, которое создает духовное пространство для литургии. Каждый верующий вливается в этот соборный организм как образ Божий. И цель храма – настроить душу прихожанина на созерцание небесной красоты, Царства будущего века, помочь «всякое житейское отложить попечение» и обратить сердца наши горе.

Схема классического иконостаса

I. Местный чин

1. Спаситель

2. Богоматерь

3. Храмовая (местная) икона

4. Местночтимая икона

5. «Тайная вечеря»

6. Царские врата

а) «Благовещение»

б) «Евангелисты»

7. Дьяконские двери

II. Дейсисный чин

1. «Спас в силах»

2. Богоматерь

3. Иоанн Предтеча

4. Архангел Гавриил

5. Архангел Михаил далее: апостолы, отцы Церкви, святители, преподобные

III. Праздничный чин

Двунадесятые праздники от образа «Рождества Богородицы» до «Успения»

IV. Пророческий чин

1. Богоматерь-Знамение

2. Пророки

V. Праотеческий чин

1. «Ветхозаветная Троица»

2. Праотцы

А. Голгофа