Боги зеленой планеты - Страница 4

– Вот этот, – ответил Алеша и постучал кулаком по металлической дверце вездехода.

– А для чего он должен быть готов? – искренне не понимая, о чем речь, спросил робот.

– Ясно, – вздохнув, проговорил Алеша. – У тебя опять все выскочило из головы.

– А-а-а! – вдруг громко воскликнул Цицерон. – Ну да, мы же едем спасать капитана!

– Не кричи, – зашипел Алеша.

– Молчу, – успокоил его робот. – Сейчас все сделаю. Один момент. Ты и глазом не успеешь моргнуть. Кстати, вы с Фуго захватили автопереводчики? У меня-то он вмонтирован в голову, а вот тебе пригодится.

– Думаешь, они могут понадобиться? – растерянно спросил тот.

– А как же? Все языки созвездия Орион внесены в каталоги Международного лингвистического[3] центра. Так вот, представь, что я сломался в самой середине тропического леса, а тебя опять украли аборигены. Как объяснишь, что ты несъедобный, а они дураки и дикари? А самое главное, как расскажешь, что я сломался ненадолго и, когда починюсь, выкошу эти джунгли к чертовой бабушке вместе с динозаврами?

– А с чего ты взял, что они дураки и дикари?

– Потому что умные и цивилизованные люди давно бы понастроили красивых железобетонных зданий, понаделали телевизоров, утюгов и роботов…

– Я с тобой не согласен, – перебил его Алеша. – Дураков и дикарей полно и в красивых железобетонных зданиях. А умные и цивилизованные не всегда окружают себя утюгами и роботами.

– Все равно, – не унимался Цицерон. – Если я буду считать их дураками и ошибусь, мне будет приятно. А если я понадеюсь на то, что они умные, а у них мозги набекрень, – разочаруюсь.

– И все-таки лучше считать их просто разумными существами, – подумав, ответил Алеша. – Если человека заранее считать дураком, он обидится и поведет себя как дурак.

И все же, вняв дельному совету, мальчик убежал в каюту за автопереводчиками, а робот принялся что-то открывать, прикручивать и подмазывать в маленькой, похожей на жука машине.

Миниатюрный гусеничный вездеход съехал по трапу, уже имея на борту двух путешественников: Алешу и мимикра. Двигатель работал тихо, и опасаться, что их кто-то услышит, не стоило. Поэтому водитель резко потянул на себя ручку акселератора: катер, словно кузнечик, прыгнул в роскошный, усыпанный цветами куст и остановился как вкопанный. Железная машина вспугнула то ли стайку мелких птичек, то ли крупных насекомых, и те с пронзительными криками разлетелись в разные стороны.

– Ай! – закричал Фуго, которого от резкого прыжка швырнуло за сиденье на продукты и коробку с инструментами. – Полегче! Коль уж насильно увезли меня, так уж хотя бы не мучайте.

– Извини, – сказал Алеша. – Сейчас научусь управлять этой штуковиной, и все будет в порядке.

– Так ты еще не умеешь на ней ездить? – возмутился мимикр.

– Умею, – ответил Алеша. – Просто ни разу пока не пробовал.

– Связался я с вами, – заворчал Фуго. – Соблазнили какой-то там дачей, которой, может быть, и не существует на свете, а сами завезли неизвестно куда и издеваетесь. – Неожиданно он наткнулся на огромный кабачок, удивленно осмотрел его и спросил: – Это что? Большая зеленая сосиска или неизвестный науке ромбодаб?

– Это наш земной кабачок, – ответил мальчик. – Мы же ели его вчера жареным. Не помнишь?

– Ну как же, – вспоминая, ответил Фуго. – Я думал, он так и растет колесиками. А он, оказывается, вон какой.

– Когда захотим поесть, мы разведем костер и запечем его в углях. На костре очень вкусная штука получается, не хуже ромбодаба. Жаль только, в темноте я не нашел соль. С ней было бы куда вкуснее.

– Соль есть у меня, целая коробочка, – неожиданно сказал мимкр и тут же пояснил: – Я не украл, а попросил у повара.

– Зачем она тебе? – удивился Алеша.

– Дело в том, что у меня на планете ее много, и мимикры обожают ее сосать. Очень доступное и вкусное лакомство.

– Да, – чему-то обрадовался мальчик. – У нас на Земле тоже ее любят. Особенно жвачные животные. Ну, овцы, верблюды и так далее.

– Я не знаю, кто такие овцы и верблюды, – обиженно проговорил Фуго. – Но сравнивать меня со жвачными животными совсем не по-дружески.

– Не обижайся, – примирительно сказал тот. – Мы ведь тоже едим соль. А про животных – это я так, вспомнил из зоологии.

В этот момент к вездеходу подошел Цицерон. Он постучал манипулятором по крыше катера и попросил Алешу открыть окно.

– Я пойду с этой стороны, чтобы можно было с вами разговаривать. А заодно буду отгонять от окна разных ядовитых тварей, – сказал он. – Итак, мы идем по маршруту Эдуарда Вачагановича: до научной станции, а там – прямо на юг.

– А может, сразу напрямик рванем? – предложил мимикр. – Чего дурака валять, зигзагами ходить?

– Напрямик нельзя, – ответил Цицерон. – Мы не знаем местности, а главное, не знаем, в каком месте пропали спасатели.

На этом обсуждение маршрута было закончено. Робот еще раз объяснил Алеше, как управлять вездеходом, и посоветовал ехать на небольшой скорости. Дорога была очень неровной, и неопытный водитель вполне мог перевернуться или скатиться в какую-нибудь яму.

Путь до научной станции действительно не был похож на асфальтовое шоссе. Слева возвышались угрюмые скалы, справа начинались первобытные джунгли, от одного вида которых у Фуго от страха засосало под ложечкой. Но дорога была видна хорошо – незадолго перед ними здесь проехал тяжелый вездеход капитана корабля, который проложил широкую колею в этом горном редколесье.

По пути нашим героям то и дело попадались мелкие зверушки, и Цицерон по-своему пытался описывать их:

– Так, вижу животное размером с карбюратор КГД-732. Похоже на… Похоже одновременно на ежа, кобру и… больше ни на что. Так, вот еще одно, размером с ручной корабельный домкрат. Похоже на пингвина, удава и еще какую-то мерзость. Черт меня побери, какие здесь у всех длинные шеи. Очень удобно заглядывать в окна, но ведь здесь нет ни домов, ни окон – один дремучий лес. Тогда зачем?

– Наверное, затем же, зачем и жирафу, – сказал Алеша, внимательно глядя на дорогу.

– Я думаю, они тебе тоже удивляются, – откликнулся Фуго. – Столько первосортного железа ходит по земле и болтает всякую ерунду. Зачем? Непонятно.

– Опять ты со своими глупыми мимикриными шутками, – сказал робот. – Сиди себе тихо и дыши в две дырочки. Хотя у тебя и дырочек-то нет.

Неожиданно дорогу им пересек крупный зверь, напоминающий доисторического ящера. Чтобы рептилия не приняла их за безобидных зверушек, Алеша нажал на сигнал и сам удивился его громкости. Сирена взвыла на весь лес, но ящер спокойно повернул к спасателям страшную шипастую голову, видимо, оценил размеры и силы противника и с шумом скрылся в кустах.

– Ого! – крикнул Алеша. – Видели, какой?

– Видели, – ответил Цицерон. – Как такого не увидеть. Думаю, это не самый крупный экземпляр на планете. А вот сиреной пользоваться не советую. Во-первых, нас могут услышать на корабле, а во-вторых, ты только привлекаешь хищных зверей. Можешь накликать на нас большие эти… как его?

– Неприятности, – подсказал мальчик.

– Вот-вот, – проговорил робот. – Именно их.

– С тобой я всегда к ним готов, – проворчал Фуго. – Это единственное, что я от тебя видел.

– Да, – согласился Алеша. – Я как-то об этом не подумал.

Через час пути маленькая экспедиция добралась до того места, где еще совсем недавно располагалась научная станция. В то, что здесь когда-то жили и работали люди, верилось с трудом. Если присмотреться, можно было увидеть лишь несколько торчащих из-под насыпи каменных столбов да наполовину засыпанную железную крышу, на которой грелись похожие на ящериц зверьки.

– Прямо как на Земле, только животные другие, – сказал Алеша, выпрыгнув из катера.

– А я, если можно, выходить не буду, – извиняющимся тоном проговорил мимикр. – Меня что-то знобит. Наверное, за ужином съел какую-нибудь гадость.

– Это от страха, – сказал Цицерон. – Ладно, сиди, а мы поищем следы капитанского вездехода. Если к машине подойдет какой-нибудь крупный зверь, не дразни его, а то он тебя достанет отсюда и без консервного ножа.