Блондинка вокруг света или I did it my way - Страница 19

Сам Бристоль – приятный английский город, со знаменитыми граффити на стенах и подвесным мостом через реку Эйвон. Этот мост печально известен как мост самоубийц. Многие сводят счёты с жизнью, прыгая с этого моста.

Приятель, в свободное от пати время, занимается иглоукалыванием и лечебным массажем. Там, в Бристоле, он организует мой первый английский гиг, в местном клубе (gig – первоначально джазовый, а позже любой концерт). А сосед приятеля, испанский мучачо, делает профессиональную видеосъёмку концерта. Этот мучачо обожает копаться в саду и учится в Бристоле на видеооператора.

Мои «фестивальщики», наконец, проявляются. Но они опечалены. Биг Грин Геззеринг отменяется! До следующего фестиваля, «Beautifull days», остались целые две недели. Придётся возвращаться в родовое поместье «предводителя шайки фестивальщиков».

Главный происходит из герцогского рода. Близ одной древней английской деревеньки на юге Англии стоит его родовой замок с фамильной церковью. Двести лет назад один из его предков построил этот замок для своей невесты. Девушка была из другой части Англии и, чтобы она меньше скучала по дому, замок исполнен в абсолютном сходстве с её собственным родовым замком.

В Англии существует закон, по которому все исторические здания должны быть отреставрированы. Если владелец не может содержать замок, он обязан его продать. Некоторые богатые жилые имения даже принимают экскурсии, чтобы облегчить дорогостоящее содержание. По этой причине замок пришлось продать ещё в семидесятые. В настоящее время он отремонтирован, разделён на несколько секций и в нём живут другие семьи. Родовая церковь сохранила скульптуры прадедушек герцога и памятку с историей его семьи. Теперь церковь принадлежит всей нации. А родители главного живут на юге Франции, они такие же любители пати, как и он сам.

У семьи всё ещё есть кусочек земли, на котором стоит заброшенная ферма бабочек. Это большая пустая теплица, в которой соратники потомственного герцога сушат резиновые сапоги и вымокшую одежду. Музей бабочек всё ещё полон разноцветных, впечатляющих экземпляров.

Сам герцог пренебрегает маленьким домиком и живёт в огромном американском военном грузовике. Теперь грузовик – это его герцогский замок. Соратники тоже проживают во всевозможных фургончиках, вагончиках и старых автобусах. «Нам дворцов заманчивые своды не заменят никогда свободы!! не заменят никогда свободы!»

Как бы то ни было, вся техника на ходу. И авто-хиппи периодически переправляются с места не место и с фестиваля на фестиваль. В Англии многие живут в вагончиках и на лодках. Однажды я была приглашена на большую богатую лодку, стоящую на приколе в одном из элитных районов Лондона. На ней уже давно нет двигателя, и машинный отсек используется как гостевая комната.

Эта лодка, примерно в восемьдесят квадратных метров площади, очень комфортабельна. На ней жить куда удобнее, чем, например, в трёхкомнатной хрущёвке. Плюс возможность перемещаться и выбирать место жительства под настроение. Жалко, что у нас в России люди так привязаны к прописке и четырём стенам.

Итак, на всех крупных фестивалях компания герцога устанавливает огромную остроконечную палатку, называемую типпи. В типпи, на собственной сцене, происходят концерты и продаются алкогольные напитки. У этого коллектива есть и свой маленький фестивальчик, всего на несколько сот человек. Но он случится позже, когда пройдут крупные фестивали.

И вот на эту сцену приглашена и я со своей стилизованной фолк-программой. А пока мы здесь.

По окрестностям герцогского имения до сих пор бродят павлины как остатки былой роскоши. Они любят сидеть на заборе, совершенно по-куриному.

– У нас было сорок девять павлинов. Осталось только двенадцать, – говорит герцог.

Местные жители павлинов не любят и даже убивают за то, что те пожирают цветы в садах и орут злыми голосами. Вечером павлины сидят на старом кедре у фамильной церкви и роняют тропические перья на серую землю Туманного Альбиона. Утром, окружённые характерным английским туманом, павлины вызывающе разноцветно бродят по остаткам ночного пиршества хиппи в поисках «ништяков».

Сам герцог восседает в тумане на крыше музея бабочек, в широкополой шляпе с белым потрёпанным пером. Он обнимает гитару и обозревает крышу своего фамильного замка. Он высокий, сухощавый человек, с волосами до плеч. Он до боли похож на маску Гая Фокса. Вот в такую ячейку английского общества я и попадаю.

(Гай Фокс – самый знаменитый участник порохового заговора в Англии 1605 года. Маска ГФ – бледное узкое лицо с тонкими усиками и саркастической улыбкой. Сейчас это один из основных символов борьбы против коррупции и существующего строя.)

Всю ночь гремело безумное пати. Некоторые до сих пор не могут заснуть и лежат на крыше в карнавальных костюмах. Англичане обожают переодевания и раскраску. Наверное, ещё со времён Генриха Восьмого карнавал в Англии не прекращается, а по зрелищности он не хуже, чем в Гоа.

Мне выделяют больше чем на неделю маленький фургончик одного из моих гоанских друзей.

Вечером мы ходим в деревенские пабы, днём буквально делаем «ничего». В один из таких дней я иду в лес, по грибы и травы. А позже жарю картошку с грибами, варю зелёные щи из дикого щавеля и делаю чай из мяты и ромашки. Почему-то в Англии подобные занятия совсем не развиты. Все эти хиппи до шока удивлены таким знанием леса. Теперь они называют меня собирательницей.

Наконец, мы трогаемся в Девоншир на полуразрушенном жилом автобусе. По дороге автобус трещит по швам, с полок падают книги и мелкие вещицы, как во время землетрясения. Из-под лежанки, на которой я сижу, поигрывая на гитаре, выезжают, клацая «зубами», старомодные чемоданы. По прибытии первым делом приходится всё это собирать и расставлять по своим местам. Будни современных кочевников.

Самое сложное для меня здесь – принятие холодного душа на холодном воздухе Англии. Приходится бросать всё своё мужество под этот одиноко торчащий в поле кран. Хиппи смеются над моими привычками:

– Clean body – dirty mind, – шутят они. (Чистое тело – грязные мысли.)

Начинается установка типпи. Сначала – огромные сваи. Цельные стволы деревьев путешествовали на крыше грузовика герцога. Потом нужно натянуть на сваи плотное белое полотно. Оно было куплено и сшито в Индии. Там дешевле. Затем украшения – искусственный плющ и разноцветные ленты. Далее ставится сцена. Завтра мне предстоит на ней выступить. Затем барная стойка и антикварный кассовый аппарат. Этому аппарату более ста лет.

После выступления, чтобы разгрузить друзей, я помогаю за барной стойкой. Интересно побыть барменом на секундочку. Особенно мне нравится лупить по непослушным клавишам столетней кассы, и вколачивать колотушкой краны в бочки с английским элем. Эль вырывается из пробоины и через некоторое время, я уже насквозь пропитана пенной жидкостью с горчинкой.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.