Близнецы-соперники - Страница 115

в нее немедленно. На том конце молчали. Наконец Тиг заговорил:

— Но есть еще и Ксенопский орден.

— Одно вытекает из другого. Разве не из этого ты исходил до сих пор? Ксенопцы будут вынуждены признать то, что есть, а не то, чего они хотят. И Донатти со Стоуном неопровержимое тому доказательство. Другого вывода они просто не могут сделать!

— У нас есть люди в Риме, их не много...

— Нам и не надо много. Несколько человек. Мое пребывание в Италии никак не должно связываться с МИ-6. Моим прикрытием будет репарационный суд. Правительство мечтает заполучить мои фабрики и заводы. Ставки предложений в суде растут с каждым днем: они не хотят допускать на «Фонтини-Кристи» американцев.

— Репарационный суд, — повторил Тиг, очевидно помечая что-то у себя в записной книжке.

— Есть такой старик — Барцини, — продолжал Фонтин. — Гвидо Барцини. Он работал в Кампо-ди-Фьори, на конюшне. Он может дать нам ценную информацию. Разыщите его в окрестностях Милана. Если он жив, его можно найти через партизан.

— Барцини, Гвидо, — повторил Тиг. — Я хочу гарантий безопасности.

— Я тоже. Но только, Алек, действуй очень осторожно. Нам надо выманить их из логова. Хватит подпольщины.

— Когда рыбка клюнет, что ты будешь делать?

— Заставлю их выслушать меня. И все.

— Не думаю, — сказал Тиг.

— Тогда я их убью, — ответил Виктор.
* * *

Прошел слух. Хозяин, оказывается, жив. Он вернулся. Его видели выходящим из небольшого отеля недалеко от миланского собора. Фонтини-Кристи в Милане. Новость дошла даже до Рима.

В дверь гостиничного номера постучали. Барцини! Этого момента Виктор ждал и боялся. Снова вернулись воспоминания о белом свете и смерти. Он отогнал их и пошел открывать дверь.

Старый батрак стоял на пороге. Его некогда мускулистое тело одрябло, ссутулилось, почти утонув в груботканом черном пальто. Лицо избороздили морщины, глаза слезились. Руки, которые прижимали к земле его бьющееся, корчащееся тело, пальцы, которые стискивали ему рот, иссохли и дрожали.

К великому сожалению и смущению Виктора, старик рухнул на колени и простер к нему руки:

— Это правда! Вы живы!

Виктор поднял его с пола и обнял. Молча он проводил старика в комнату, подвел к кушетке. Барцини не только одряхлел — он был болен. Виктор предложил ему поесть, но Барцини попросил чаю с бренди. Коридорный тут же принес заказ, и когда чашка с рюмкой были выпиты, Фонтин услышал горестный рассказ о том, что произошло в Кампо-ди-Фьори с той страшной ночи.

Многие месяцы после расправы фашисты держали имение под строгой охраной. Слугам было позволено собрать пожитки и покинуть дом. Служанка, которая стала свидетельницей расстрела, была убита той же ночью. Никому не разрешили жить в Кампо-ди-Фьори — только Барцини, который явно тронулся умом.

— Мне было несложно притвориться. Фашисты ведь всегда считали сумасшедшими всех, кроме себя. Только так они и могли думать и, вставая по утрам, смотреть на себя в зеркало.

Будучи конюхом и садовником, Гвидо имел возможность наблюдатьОригинальный текст книги читать онлайн бесплатно в онлайн-библиотеке Knigger.com