Битвы магов. Книга Хаоса (СИ) - Страница 12

Но мне все равно нравилось здесь. Люди обычно боятся кладбищ, они думают, будто сама смерть обитает там. Но это не так. Смерть собирает свою жатву на поле битвы, кого-то подкарауливает на дне бокала или даже в теплой постели, кого-то – на скоростной автомагистрали или в темном переулке. Но на кладбище ее нет. Здесь лежат ее трофеи. Но смерть не слишком честолюбива, чтобы любоваться ими, да и к тому же она – трудоголик, она все время занята. Ее коса не отдыхает никогда, а здесь, среди мертвых, у нее нет работы. Да и призраки на кладбище – редкость. Дух если и появляется в мире людей, то лишь для того, чтобы исправить какую-то ошибку, или его просто тянет к месту, где он многое пережил. В любом случае к кладбищу это обычно не имеет никакого отношения. Ни смерти, ни призраков здесь нет. Если не веришь, то можешь лично в этом убедиться. Приди как-нибудь на кладбище ночью и поймешь, что это одно из самых тихих и спокойных мест на земле.

Вокруг начал сгущаться туман. Как странно. Весьма редкое явление для этих широт в это время года.

Я подошел к краю сектора. В глаза сразу бросилась очень необычная могила. Точнее, она была бы вполне обыкновенной, если бы не торчащая из нее костяная рука. Я подошел ближе и попытался унять невольную дрожь. Рука явно была искусственной декорацией, ведь по контуру могилу украшал забор из таких же декоративных костей желтоватого цвета. А над самой могилой высился весьма оригинальный памятник в виде очень реалистичного скелета, который держал в руках табличку. Я подошел ближе, чтобы прочитать надпись. На табличке виднелась красивая гравировка: «Таким, как ты – когда-то был и я. Таким, как я – когда-то станешь ты». Где-то я уже слышал что-то похожее. Но все же какая странная могила! Ни имени упокоенного, ни дат рождения и смерти, только это зловещее предостережение. Я осмотрел памятник внимательнее, да, так и есть. Других надписей не было. Из могилы вдруг повеяло холодом, и как будто что-то заскрежетало под землей. Нет, всего лишь показалось, разумеется. У меня всегда было слишком живое воображение. Туман стал еще гуще, я еле видел на десяток метров вперед. Давно у нас не было таких густых туманов. Мне стало как-то не по себе, и я довольно быстрым шагом направился дальше. Странно, как я раньше не замечал такой необычной могилы, ведь не первый раз тут гуляю, а судя по датам захоронений в этом секторе, ей не меньше десяти лет.

Я дошел до развилки и подошел к следующему сектору. Меня вдруг пробрал озноб. На углу была точно такая же могила со скелетом. Я медленно подошел ближе. Нет, это не та же самая. Надпись на табличке была другой и гласила: «От судьбы не уйдешь». В остальном же разницы не обнаружилось никакой. Я несколько минут пялился на причудливое захоронение и вдруг неожиданно для самого себя развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел к выходу, быстрее и быстрее, а потом перешел на бег.

Мне казалось, я бежал целую вечность, мимо промелькнуло около двадцати секторов. Неужели я так далеко забрел, углубившись в свои мысли? Туман стал густым, как молоко. Я понял, что меня в нем настораживало. Он был абсолютно неестественным для моего города, такого я не видел никогда. Да я почти уверен, что никто не видел. Здесь что-то не так. Легкие жгло от долгого бега, я остановился отдышаться и взглянул направо. Вот тут-то меня и пробил настоящий озноб, а на лбу выступили капли холодного пота. Справа была все та же могила со скелетом, а на табличке надпись: «Не устал? Может, еще кружочек?» Я выругался и рванул вперед, еще быстрее, чем прежде. Не знаю, сколько бежал, время как будто перестало существовать. Наконец-то последние силы покинули меня, и я, запыхавшись, сел на землю. Поворачивая голову вправо, уже знал, какую могилу увижу, мне просто было интересно, что теперь написано на табличке. Там стояло всего три слова: «А ты упорный». Сам скелет, как мне показалось, ухмылялся. Хотя глупо, конечно, это все моя фантазия. Скелет ведь не может улыбаться, для этого ему нужны мускулы и кожный покров. Но я на всякий случай все же съездил кулаком по костяной черепушке, которая с треском отделилась от туловища и откатилась на десяток метров. Я выругался, поднял череп и почти тут же с отвращением отбросил его. Скелет не был искусственным. Даже такой профан в анатомии, как я, способен узнать настоящие кости.

Так, подытожим. Обливаясь холодным потом, я сижу на земле возле преследующей меня могилы, украшенной настоящими костями, ехидным скелетом и явно насмехающейся надо мной надписью на табличке. И конечно же по законам жанра все вокруг обволакивает неестественно густой молочно-белый туман. Куда же без него. Ситуация патовая, как ни крути. Мне вроде бы пока ничего не угрожает. Но и уйти я тоже не могу. Может, прилечь вздремнуть у могилки, а к утру все само образуется? Но ледяной холод и скрежет, доносящийся из могилы, подсказали мне, что к утру если что-то и образуется, так это еще один мертвец. И им буду я. Интересно, сколько людей умирает за год в густом тумане возле бродячих самоходных могил? Думаю, немного. И что это я все о смерти думаю? Как будто на кладбище ночью не о чем больше подумать!

Но мысли становились все более депрессивными, вместе с туманом меня словно накрыла волна безысходности. Белая густая дымка поползла к моим рукам и ногам, мягкая и нежная, она грозилась окутать меня целиком. Мне вдруг захотелось раствориться в этом тумане. Я понял, что там нет ни боли, ни печали, что только там я спрячусь от вездесущих бесконечных проблем этого мира, полного страданий. Мне захотелось стать частью тумана, он подарит мне вечный покой, и я буду лежать здесь со своими друзьями… Стоп! Откуда это? С какими еще друзьями? Ведь это не мои мысли, ведь я никогда не сдаюсь и ни в чем не желаю растворяться!

Вот тут-то мною и овладел настоящий ужас. Это уже слишком! Бродячие могилы, смеющиеся надо мной надписи на табличках, хищный туман, транслирующий суицидально-депрессивные идеи и чужие мысли прямо мне в голову – явно перебор для одного вечера!

– А он догадался! – раздался из тумана звонкий девичий голос, казалось, в десятке метров справа от меня. – Я же говорила, он вас раскусит!

– Не раскусил бы, если бы кое-кто действовал более тонко! – А это уже голос парня где-то слева. – Нельзя незаметно подбросить чужие мысли.

– Если бы кое-кто действовал более тонко, – передразнил грубый бас где-то впереди, – то парнишка уже схватил бы первую попавшуюся кость и пробил себе сердце. А ты потом в рапорте начальству писал бы объяснение, с какой целью довел Потенциала до суицида.

– Беру на себя смелость напомнить, – прозвучал у меня за спиной ровный голос, который показался каким-то неживым, – что, согласно статье пятьдесят девятой Кодекса, незаконное проникновение в сознание…

– Да заткнись ты, киборг! – прорычал все тот же мужской бас впереди.

– Оскорбление Смотрящего согласно Кодексу…

– Да меня эти болванчики совсем с ума сведут!

– Он лишь напоминает нам, что пора перейти непосредственно к делу! – Этот хрипловатый голос, кажется, принадлежал старой даме, которая, судя по всему, злоупотребляла курением. Голос раздался, казалось, всего в нескольких метрах за моим левым плечом.

– Не тебе указывать, что и когда мне делать, шаманка. Я еще не закончил, – снова бас впереди. – Ты видела, что он сотворил с моим верным прислужником? Так бестактно оторвать голову! Что за невоспитанность? Я научу его хорошим манерам, даже если эти заводные болванчики будут лезть со своими статьями и кодексами куда не просят.

Это они меня, что ли, обсуждают? Видимо, да. И что я сделал с каким-то там прислужником? Это, случайно, не о том, как я снес голову того скелета со странной могилы?

– А я слышала, что все некромаги сдержанные и холодные как лед. – Еще один голос девушки звучал томно и сексуально, казалось, где-то совсем рядом со мной. Потом раздался негромкий смех. – Видимо, нам достался самый вспыльчивый.

– Да что вы все на меня накинулись? Сейчас, еще минутку повеселюсь, и закончим.