Битва за ленточку - Страница 6

«Княжеский пир» завершился. Начальник ушел, подчиненные сплетничали, а Тайна все еще сидела за своим столом, уставившись на кусок торта. Вместо благоговения и восторга подачка с барского стола вызвала у нее противоположные чувства. Она вернула торт подхалимам и написала заявление об уходе.

Магическое яблоко, видно, пропиталось колдовскими чарами настолько, что уже посылало любовные импульсы во все стороны света на поиски объекта приворожения. Иначе как объяснить столь внезапную перемену в поведении мужа? Еще не откушав яблока, он с порога заявил Тайне, что жить без нее не может и потому возвращается. А в доказательство серьезности своих намерений предъявил торт в пластиковой упаковке.

Прозвучи это признание на полчаса раньше, чувства увлекли бы события совсем в другом направлении. Но – и это известно уже исстари – искусство побеждать во многом зависит от скорости доставки информации, поэтому при всем уважении к обычаям предков, такой способ, как энергичная пробежка с депешей по свежему воздуху, нынче не особенно привлекателен; современные вести, избалованные достижениями цивилизации, гораздо охотней пользуются услугами разнообразной техники. Вот почему сообщение, доставленное телефонным звонком, на полчаса опередив сообщение, доставленное пешком, не оставило ему ни малейшей надежды на успех.

Когда Тайна, уже дома, накрывала стол к ужину, позвонила знакомая и сообщила нечто интересное. Прозвучи подобная весть из уст кого-нибудь другого, ей можно было бы не поверить. Но эта знакомая дорожила репутацией честной сплетницы, поэтому, узнав какую-либо новость, сначала ей одной известными путями проверяла достоверность полученной информации, а уж потом спешила оповестить об этом других. Присочиненные детали – ну а как же без них! – были незначительны, этакая бижутерия, что слегка приукрашивает наряд, но не затмевает его. Новость, если изложить ее лаконичным стилем телефонограмм, заключалась в следующем:

– На днях бывший муж предложил руку и сердце новой избраннице, к которой он и ушел от Тайны. Однако эта пассия посчитала сердце не слишком надежным, а руку недостаточно крепкой, поэтому решила не расставаться с личной свободой, и ответом влюбленному был от ворот поворот.

Видимо, несколько дней одиночества и неприкаянности оживили увядшие чувства к бывшей жене и стали истинной причиной возвращения. «Древняя старина» добилась-таки своего! Заговоры на любовь подействовали – беглец вернулся. Но Тайну это уже не радовало. Счастливым даром – воспринимать происходящее в свете, выгодном для себя, она, увы, не обладала, так же как и не владела искусством житейской дипломатии, главное правило которого – идти к цели дорогой компромисса между обстоятельствами и самолюбием. Ей хотелось, чтобы муж вернулся к ней… по любви, а не потому, что ему отказала другая.

Истолковав молчание, как знак согласия, муж хозяйской походкой направился в кухню. Обескураженная такой наглостью и в тоже время одолеваемая сомнениями, Тайна стояла в прихожей, пытаясь собраться с мыслями. Может, все-таки простить его? Одиночество – не самая лучшая перспектива для женщины, которой уже под сорок.

Так ничего и не решив, она пошла в кухню. Муж, поставив чайник на плиту, доставал посуду из буфета. Накрытый прозрачной крышкой, торт стоял на столе. Тайна пригляделась к торту… и горько усмехнулась. Точно такой же, каким угощали начальника. И уже второй раз за вечер в ней взметнулось желание – швырнуть тортом в обидчика. Сейчас проблемы выбора не существовало: неприятная личность была в единственном экземпляре, но… бросаться этим «доказательством любви» Тайна все же не стала. Вручила торт мужу, выставила обоих за дверь, яблоко съела сама, а вытащенную из него бумажку с заговором сожгла над пламенем свечи.

Младшая подруга не одобрила ее поступки и велела приструнить эмоции, а также посоветовала остерегаться провокаций гордыни и не углубляться в чужие внутренние миры. Переплетение истинных и ложных мотивов – материя слишком сложная, сам себя и то не всегда понимаешь, где уж другим. Так что довольствуйся итогами – и все! Суровая отповедь завершилась ободряющим: ничего, еще не все потеряно. Есть мощное заклинание, против которого не устоит ни один вреднющий начальник. А «муж-беглец» вернется навсегда, стоит только прибегнуть к старинному и до сих пор весьма эффективному способу приворожения, основанному на медвежьем сале.

Охваченная бунтарским настроем, Тайна отважилась вслух высказать сомнения.

Может, в стародавние времена Топтыгины и помогали загонять в брачный капкан легкомысленных супругов, но поскольку число медведей с той поры значительно уменьшилось, чего нельзя сказать о количестве неверных мужей, дальнейшее использование этого негуманного для обеих сторон метода приведет к полному исчезновению одних, а другие все равно не переведутся. И потом, не такое уж он сокровище, этот драгоценный супруг, чтобы ради него мотаться по тайге за медведями. Что касается начальника, вряд ли вообще найдутся слова, даже магические, способные умилостивить эту вечно недовольную физиономию.

Младшая подруга не стала цепляться за медвежье сало и, достав старинную книгу, предложила Тайне самостоятельно выбрать метод.

Листая старинную книгу, Тайна вдруг сделала открытие. Не научное, не гениальное. Просто Я – ОТКРЫТИЕ, которое нельзя назвать событием всемирного значения, – оно не дарит миру ничего нового и замечательно, пожалуй, только тем, что именно благодаря ему человек впервые по-настоящему осознает мудрость давно известных истин.

Все-таки молодцы были наши предки! Эти неутомимые труженики смело преодолевали мрачные чащобы дикости, без устали выкорчевывали пни косности и разбивали каменные глыбы невежества, расчищая земли для того, чтобы сеять зерна огромным трудом добытого знания и собирать для потомков богатый урожай духовного наследства. И долг последующих поколений – наследством этим толково распорядиться, а это вовсе не означает, что надо приковать уклад жизни к прошлому и поклоняться устаревающим обрядам и традициям. Неизменной должна быть основа бытия, а не его формы. А в основе – тысячелетиями накопленная мудрость, дарованная человеку для того, чтобы, являясь в этот мир, он не терялся во тьме невежества, а быстрей учился искусству жить, и, переосмысливая заветы предков, хранил и приумножал их наследие.

Очень кстати вспомнив старинную поговорку, Тайна ее дополнила: «Всякому овощу свое время, а каждому времени свой метод, и поскольку времена давно уже другие, может быть, пора изменяться и методам?»

Младшая подруга обиделась и ушла, а Тайна задумалась: как жить дальше?

День ото дня уверенности становилось все меньше, сомнений – все больше, и все сильней давила тревога. А что там впереди? Ведет ли этот поворот судьбы к счастью? А если нет? Может, лучше оставить все, как есть? Крутые перемены – слишком большой риск. Безрадостное, но привычное русло гораздо спокойней. Страх ошибки сковывал, решимость сходила на нет – а вдруг на развилке судьбы свернешь не на ту дорогу? Будущее пугало. Явление сколь грустное, столь и закономерное. Ведь неизвестность влечет и притягивает обычно в начале жизненного пути, обещая неискушенной молодости счастье, удачу и заманчивые приключения. Но чем больше сделано шагов на дороге жизни, тем несбыточней кажутся мечты, и все очевидней горькая обманчивость надежд. Тусклые краски разочарования устремляются в будущность, и мнится, что впереди – ничего, кроме безысходной тоски.

Но, что бы там ни мерещилось впереди, а идти все-таки надо. И Тайна смело пошла!.. За советом к старшей подруге.

Утро было воскресное, неспешное, озаренное тем волшебным светом, в котором любой человек, независимо от происхождения, чувствует себя немножко аристократом. В такое утро многое можно себе позволить: и роскошь – досмотреть скомканные буднями сны, и роскошь – не давиться на бегу завтраком, и роскошь – вальяжно выкушать чашечку чая, а затем что-нибудь поплотнее. А там, глядишь, и думы нагрянут о высоких материях – эта роскошь в будни особенно непозволительна. А не явятся думы, так нагрянут незваные гости. И снова чашечка чая, что-нибудь поплотнее или покрепче, а затем непременно беседа.