Битва за небеса - Страница 11
Мы придерживаемся несколько иного мнения. Нам очень нужен волевой рывок из этой удушающей системы «современной демократии». Такой, какой сделал в 1979 году Иран, ныне добившийся больших успехов в экономике несмотря на все санкции Запада. В играх подльх и подковерных, в мастерстве интриг мы Запад никогда не обскачем. Зато он боится решительности применить силу – чего мы ни разу за последние 15 лет не выказывали. Но послушаем то, что говорит дальше Делягин.
«Надо бороться за восстановление России и ее конкурентных позиций, концентрироваться на развитии, а не на противостоянии. Мы должны понимать объективный характер роста протекционизма в развитых странах: их рынки все больше будут закрываться, в том числе и для экспорта из России. Два миллиарда долларов, потерянные в 1999 году из-за закрытия рынка США для наших черных металлов, и ближайшие потери из-за его закрытия для продукции российской химической промышленности – все это лишь первые опыты по установлению будущих правил, по которым высокоэффективный экспорт в развитые страны смогут вести только базирующиеся в них же транснациональные корпорации».
Переводим на обычный язык. Плевали западники на «святые принципы» свободы конкуренции и торговли. Выгодно возить из России на Запад металл, химические полуфабрикаты или минеральные удобрения? Будете, побежденные русские, делать это через наших «паханов» – монополистов, которые контролируют западные рынки, и будете делиться с ними прибылями. Запад своих промышленников защищает. А у нас добрых пять лет вся эта свора «выдающихся реформаторов» – и чмокающий Гайдар, и «многомудрый» Яков Моисеевич Уринсон, и Боря Федоров – все пели песни о том, что протекционизм, мол, это вчерашний день, что в мире – свобода конкуренции, что надо строить открытую всем ветрам экономику, что таможенные барьеры и защита русского производителя – это варварство.
Под эту идиотскую волынку ельцинский режим снял все заборы на пути потока импортных товаров, который начисто разорил русскую промышленность, наше село. А значит, уменьшил доходы казны и подорвал обороноспособность русских. Уринсон, возглавляя комиссию по таможенной политике, в свое время сделал так, чтобы ввоз в Россию, например, оборудования и сырья для производства шоколада облагался повышенными пошлинами, зато импорт готового шоколада – пониженными. Иными словами, любой не то что экономист, а мало-мальски здравомыслящий человек понимает: Уринсон умело устраивал разорение отечественного производства в угоду иностранцам. И то была не ошибка, а совершенно сознательное вредительство. Что за такую диверсию в интересах Запада полагается? А?(М.К.)
Делягин же пишет: «В этих условиях Россия должна использовать (в том числе и для «взлома» рынков развитых стран) все возможности и любых потенциальных союзников по конкретным вопросам, даже если в других вопросах или в глобальном масштабе в целом они выступают нашими непримиримыми конкурентами или врагами. У нас нет права пренебрегать ни одной возможностью – ни РНЕ, ни исламским фундаментализмом, ни США. (При всем их различии ни РНЕ, ни исламисты никогда даже и не планировали акций, подобных агрессии НАТО, и не заявляли открыто о намерении свергнуть законную власть третьих стран, как Конгресс США.) Надо понимать, что в сложившемся соотношении сил не только вне, но и внутри России любая борьба за ее национальные интересы может быть лишь подпольной, диссидентской, партизанской…»
А в заключение Михаил говорит о преступности политики «умиротворения» и уступок агрессору, политики пассивности. Ведь если нынешние США – это Гитлер наших дней, то надо помнить, чем обернулась попытка «умиротворить» неистового Адольфа в 1938 году, когда Англия и Франция подписали позорные Мюнхенские соглашения, согласившись на оккупацию Чехословакии немцами и на разделение ими той страны. А обернулась она завоеванием Франции в 1940–м и тяжелейшими ударами немцев по англичанам.
Впрочем, все может случиться скорее. Те, кто правил нами в 1991–2000 годах – а этот круг достаточно узок – настолько заворовались и отягощены таким числом преступлений, что им надо во что бы то ни стало замести следы. Им страшно – рано или поздно какой-нибудь новый президент страны может сделать их козлами отпущения. Поскольку России 2000–х придется очень тяжело, это придется сделать хотя бы ради того, чтобы добыть хоть сколько-нибудь денег и хотя бы чем-то успокоить народ.
Чтобы спасти свои поганые задницы, «реформаторская» сволочь вполне может сдать страну Западу. Дескать, вы не трогаете наши наворованные капиталы и гарантируете личную безопасность – а мы отдаем вам Россию со всеми потрохами. А чтобы это выглядело благопристойно, мы найдем повод для ввода в страну войск НАТО. Скажем, сделаем так, что чеченские террористы захватят АЭС, взорвут небольшой реактор или завладеют ядерным зарядом, а в Москве прогремит несколько взрывов в метро или в многолюдных торговых центрах. Не удивлюсь и тому, если наши «реформаторы» подкинут террористам немного бактериологического оружия – десяток-другой пробирок с африканской геморрагической лихорадкой, от которой внутренности людей превращаются в кровавую жижу за какие-нибудь сутки. Для полного счастья можно добавить отпадение от России нескольких новых «государств» и голодуху в нужных регионах.
В этом варианте русским тоже мало что светит. Запад не будет развивать здесь производство – слишком дорого и невыгодно. Мексика лучше. Даже добывать нефть (за исключением каспийской и сахалинской) в промерзшей Восточной Сибири невыгодно. Больше потратишь, чем выручишь от ее продажи по мировым ценам. Может быть, Запад только довы-жимает до конца оставшийся ресурс промышленных центров, построенных еще в Советском Союзе, – Красноярского и Братского алюминиевых заводов, сибирских гидроэлектростанций, нескольких металлургических заводов, «Норильского никеля». Ничего в них не вкладывая.
Очередь до восточносибирской нефти, до газа дойдет в 2025 году, когда в мире начнутся проблемы с органическим топливом из-за исчерпания залежей на Ближнем Востоке, в Нигерии и Венесуэле. Но до тех пор нищета, безработица и водка выкосят русских лучше, чем Гитлер. Особенно если учесть то, что основная масса русских живет не в Сибири, а на холодной, неудобной для производства и земледелия, лишенной природных ресурсов Восточноевропейской равнине.
Массовое вымирание ждет Ярославию и Татарию, Московию и Смоленщину, курян и тамбовцев, вологжан и архангелогородцев, финно-угров Поволжья и башкир, липечан и костромичей. Все эти люди не нужны мировому рынку, всем им нечего этому рынку предложить. Или почти нечего. Только части, покинувшей мертвые города и осевшей на землю, быть может, удастся выжить, создав анклавы нищего крестьянства, работающего на свой прокорм. Но – почти без удобрений, техники, медицинского обслуживания. Им придется познакомиться с такими давно забытыми бедами, как неурожаи, истощение земель, засухи и саранча, с каторжным трудом от зари до зари, эпидемиями.
Придется вспомнить жизнь русских крестьян «счастливой эпохи до 1917 года» – еду из тюри, пустых щей, мясное – в лучшем случае по большим праздникам. Натуральное хозяйство – вещь суровая. Почти нет денег, а значит, нет лекарств, врачей, топлива, связи. Только теперь – во всеобщем размере, а не кое-где, как сегодня.
Страшен будет вид многих наших городов. Грязные коробки бывших многоэтажек с мертвыми лифтами и лифтовыми шахтами, забитыми гниющим мусором. Полчища крыс будут шнырять по разорванным морозами остаткам асфальтовых улиц, среди ржавых остовов автомобилей. И ветер будет гудеть в пустых глазницах окон бывших заводов. Нам не светит даже роль площадки для экологически грязных производств – ведь в мире есть куда более удобные места для их размещения.
Жизнь будет едва-едва теплиться у крупных портов (надо же что-то завозить на оккупированную территорию), у месторождений архангельских алмазов (доходов от них не хватит на прокорм даже самой области, а основная масса прибыли достанется заокеанским хозяевам), на промыслах бывшего русского «Газпрома». Да, может быть, у крупных металлургических комбинатов. Но и то сомнительно: производство на них выгодно только в нынешних россиянских условиях, когда их хозяева почти не платят за газ и уголь. Вряд ли западные хозяева позволят это делать. Ну, еще кому-то повезет обслуживать западных туристов, приехавших полюбоваться экзотикой.