Безжалостное правление (ЛП) - Страница 7

Вино уже налито, и по комнате разносится легкая болтовня, когда Роман наконец появляется. Катерина пытается подвести его к месту, где сидит, но он игнорирует ее и занимает свободное место рядом с Софией и, к моему неудовольствию, прямо напротив меня. Я знаю, что теперь мы должны быть друзьями, но понятия не имею, как это должно выглядеть.

— София, верно? Мы уже встречались, но прошло много времени. — Роман протягивает руку моей сестре, которая краснеет как школьница — как, я думаю, и большинство женщин, когда он обращает на них внимание.

Я тщательно расправляю салфетку на коленях и избегаю взгляда Романа, когда Анатолий опускается на сиденье рядом со мной и обхватывает рукой спинку моего стула. Я тут же напрягаюсь.

— Итак, София, какие вещи тебе нравятся? — спрашивает Роман, пока команда официантов подает первое блюдо.

Глаза Софии загораются.

— Я увлекаюсь исполнительским искусством. В этом году я участвую в школьном спектакле. Мы играем "Звуки музыки".

— Никому не интересен мюзикл в исполнении кучки подростков, — вклинивается Анатолий. Он пытается поймать взгляд Романа, как бы говоря: «А разве девочки-подростки не идиоты?».

Роман бросает на него жесткий взгляд.

— Так вот, Васильев. У тебя была возможность посмотреть схемы для…

— Какую роль ты играешь? — Роман спрашивает Софию, полностью игнорируя комментарий Анатолия. Меня охватывает удовлетворение от того, что Роман резко отмахнулся.

София краснеет, играя кончиками волос.

— Я одна из детей фон Траппа. Не самая большая роль, но я все равно очень взволнована.

Роман наклоняет голову, как будто ему искренне интересно.

— А ты будешь носить ледерхозе? (прим. Ледерхозе — кожаные штаны, национальная одежда баварцев и тирольцев).

Она хихикает.

— Только мальчики. Думаю, я уклонилась от пули — похоже, им не очень удобно.

Роман слегка подмигивает моей сестре.

— Надеюсь, мне удастся получить приглашение на представление.

Я знаю, что Роман просто вежлив, но ценю его старания.

Глаза Романа перемещаются по столу и останавливаются на мне.

— А ты, старшая сестренка, тоже любишь выступать?

— Нет. Не умею держать ноты, чтобы спасти свою жизнь.

— Ты всегда можешь взять уроки пения, — предлагает София. — Мы так делали в школе, и это многое изменило.

— Может быть, когда-нибудь…

Меня прерывает насмешливое фырканье Анатолия.

— Ни за что моя жена не выйдет на сцену, чтобы петь или танцевать. Это просто смешно.

У меня на языке вертится мысль напомнить ему, что я не его жена, но когда его взгляд переходит на мой с предупреждением оставить эту тему, я так и делаю.

— Что плохого в том, чтобы научиться петь? — Губы Романа сжимаются в тонкую линию. Очевидно, что Анатолий кажется ему таким же очаровательным, как грызун, копающийся в мусоре. — Наверняка у Лизы прекрасный голос.

Я не могу понять, был ли это комплимент или нет, но мое тело реагирует так, как будто это так и есть, — в животе появляется трепет, который я пытаюсь прогнать.

— Итак, Васильев, есть новый маршрут, который я хотел обсудить с тобой и который может значительно расширить сферу нашего влияния.

Роман взбалтывает вино в своем бокале.

— Я уверен, что Лиза и София не хотят слушать все наши деловые разговоры. Давай оставим это на послеобеденное время.

Ухмылка на лице Анатолия говорит обо всем, но он не решается возразить Роману. Вместо этого он отодвигает стул и уходит, предположительно, чтобы обсудить что-то с моим отцом, который гораздо охотнее принимает гостей.

София ловит мой взгляд и в ее глазах читается «ну, это было неловко», но я качаю головой. Я действительно не хочу давать Анатолию повод для гнева. Не сегодня.

Постукивание вилки о стекло привлекает внимание всех присутствующих, в том числе и мое. Мой взгляд устремляется на место во главе стола, где я ожидаю, что мой отец встанет и произнесет пьяную речь в честь наших уважаемых гостей — он уже не раз это делал, — но не он созывает зал. Это Анатолий.

Все взгляды прикованы к нему.

Когда он поднимает бокал с шампанским и поворачивается ко мне лицом, по позвоночнику пробегает тревога. Я стараюсь не выглядеть как олень в лучах прожектора, но знаю, что мне не понравится то, что он скажет дальше.

— Анатолий, мы все еще едим. Сейчас не время, — умоляю я.

Он ничего не отвечает, но ждет, пока все замолчат.

— Как вы все знаете, мы с Лизой помолвлены и собираемся пожениться. — По залу проносится ропот одобрения. — Я хотел бы объявить, что дата свадьбы уже назначена. Через месяц я поведу Лизу к алтарю и сделаю ее своей женой. — Его глаза переходят на мои, и я ненавижу собственнический блеск, с которым он смотрит на меня в ответ.

Раздаются аплодисменты, причем громче всех — мои родители. Мама практически рыдает от счастья, рассказывая о своем волнении, а я чувствую лишь холодный, жесткий ужас, несмотря на улыбку, которая приклеилась к моему лицу.

Я знала, что этот день наступит, но всеми фибрами своего существа молилась о том, чтобы он наступил в далеком будущем. Но месяц… Как это возможно?

Я не могу смотреть в глаза ни Кире, ни Софие, ни кому-либо еще, кто мог бы увидеть меня сквозь тонкую пелену самообладания, но по какой-то причине мой взгляд останавливается на Романе. То, что я вижу, сбивает меня с толку. Он выглядит откровенно взбешенным, как будто может взорваться, по причинам, которые не имеют для меня ни малейшего смысла.

— Дорогой. — Я стараюсь сохранить голос ровным, когда Анатолий приближается. — Не слишком ли все это поспешно? Еще столько всего нужно спланировать и организовать, чтобы у нас была свадьба нашей… мечты.

Анатолий хмурится.

— Вот для чего нужны деньги, Елизавета. Я найму лучшего свадебного организатора в городе. Тебе не нужно беспокоиться о деталях.

Я встаю, думая, что меня сейчас стошнит, но Анатолий воспринимает это как приглашение поцеловать меня. Его тонкие губы прижимаются к моим, и я не могу удержаться на ногах.

Когда он отстраняется, то шепчет мне на ухо:

— Я больше не могу ждать, чтобы трахнуть тебя, принцесса.

Желчь поднимается у меня в горле, но я сглатываю ее. Хотя мы занимались и другими вещами, я все еще девственница, потому что он хотел, чтобы я была чистой в брачную ночь.

Я прекрасно понимаю, что все смотрят на меня, включая Софию. Не хочу, чтобы она волновалась или спрашивала, почему я выгляжу несчастной из-за перспективы этого брака. Поэтому подавляю свои чувства, натягиваю улыбку, принимаю всеобщие поздравления и делаю вид, что не умираю внутри.

Лиза

Опираясь на холодный мрамор стойки в ванной, я глубоко вдыхаю, пытаясь успокоиться. Объявление Анатолия до сих пор звучит в моих ушах.

Я знала, что этот день наступит, но всегда втайне надеялась, что найду другой способ содержать семью и освобожусь от его хватки. Но это было лишь желанием.

Я сузила глаза, глядя на свое отражение в зеркале. Столько времени мечтала о том, чтобы вернуться в прошлое и отменить все свои решения, которые привели меня к этому моменту.

Все началось два года назад, когда я столкнулась с Анатолием на благотворительном вечере. Я как раз выходила из туалета, болтая со знакомым, когда он появился передо мной. Первое, что он сделал, — извинился за свое прошлое поведение, за то, что преследовал меня, когда я явно не была заинтересована.

Ненавижу, что повелась на его уловку "засранец, превратившийся в никчемного парня", но такие мужчины — хамелеоны. Они завлекают тебя сладкими словами и широкими жестами, пока ты не окажешься слишком глубоко, чтобы найти выход. В тот вечер он был очарователен, внимателен и удивительно заботлив. Он казался новым человеком.

Вскоре после сбора средств он прислал мне букет моих любимых цветов и спросил, не пойду ли я с ним на свидание. Прошло пять лет с тех пор, как мы закончили школу, и я решила, что все меняются и заслуживают второго шанса. То первое свидание переросло в другое, а потом еще в одно. Я не была влюблена в него и даже не испытывала особого влечения, но я знала, что со временем эти чувства могут развиться.